23 фразы из книги «Эми Хармон. Из песка и пепла», которые запомнились

Собрали 23 цитаты из книги «Эми Хармон. Из песка и пепла» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Истина иногда принимает причудливые формы.

   Истина иногда принимает причудливые формы.

   — Анджело Бьянко · книга
2. «

   Полагаю, все мы – сумма тех мест, в которых были воспитаны, людей, которые нас любили или оказывали на нас влияние, и истин, которые нам внушали снова и снова по мере взросления.

   Полагаю, все мы – сумма тех мест, в которых были воспитаны, людей, которые нас любили или оказывали на нас влияние, и истин, которые нам внушали снова и снова по мере взросления.

   — Батшева Росселли · книга
3. «

   Чем дольше он жил на земле, тем больше убеждался, что человечество понятия не имеет ни о Боге, ни о рае; только когда использует Его имя в качестве оправдания для убийства, преследования и дискриминации.

   Чем дольше он жил на земле, тем больше убеждался, что человечество понятия не имеет ни о Боге, ни о рае; только когда использует Его имя в качестве оправдания для убийства, преследования и дискриминации.

   — Анджело Бьянко · книга
4. «

   Жизнь трудна. Жизнь трудна. Какое преуменьшение! «Трудна» – слишком мягкое слово для тех зверств, которые мы видели. Жизнь – это ад с редкими просветами неба, которые лишь делают надежду еще более болезненной. Жизнь невыносима. Уродлива. Мучительна. Это пытка.

   Жизнь трудна. Жизнь трудна. Какое преуменьшение! «Трудна» – слишком мягкое слово для тех зверств, которые мы видели. Жизнь – это ад с редкими просветами неба, которые лишь делают надежду еще более болезненной. Жизнь невыносима. Уродлива. Мучительна. Это пытка.
5. «

   Она так добра и так печальна – сочетание, которому просто невозможно не симпатизировать.

   Она так добра и так печальна – сочетание, которому просто невозможно не симпатизировать.
6. «

   Есть чувства и воспоминания, которые лучше похоронить, свести до патины фотографий и отдельных эпизодов, выборочно всплывающих из глубин памяти.

   Есть чувства и воспоминания, которые лучше похоронить, свести до патины фотографий и отдельных эпизодов, выборочно всплывающих из глубин памяти.
7. «

   Прозвища в армии дело обыденное и даже служат выражением симпатии.

   Прозвища в армии дело обыденное и даже служат выражением симпатии.
8. «

   – Иногда мне кажется, что верить слишком больно. – Не верить ещё больнее.

   – Иногда мне кажется, что верить слишком больно. – Не верить ещё больнее.

   — Анджело Бьянко · книга
9. «

   – Есть вещи хуже страха. – Какие? – Смирение. Равнодушие. Страх доказывает, что ты ещё не потеряла вкус к жизни.

   – Есть вещи хуже страха. – Какие? – Смирение. Равнодушие. Страх доказывает, что ты ещё не потеряла вкус к жизни.

   — Грета фон Эссен · книга
10. «

    Любовь – единственное переживание, доступное нам, женщинам.

    Любовь – единственное переживание, доступное нам, женщинам.

    — Грета фон Эссен · книга
11. «

    Ева давно подметила эту странность католического духовенства – объятие, никогда не получающее завершения. Оно заставляло ее чувствовать себя обманутой.

    Ева давно подметила эту странность католического духовенства – объятие, никогда не получающее завершения. Оно заставляло ее чувствовать себя обманутой.

    — Батшева Росселли · книга
12. «

    Любить, а потом потерять кого-то – намного хуже, чем не знать его вообще.

    Любить, а потом потерять кого-то – намного хуже, чем не знать его вообще.
13. «

    Иногда Бог действует через людей.

    Иногда Бог действует через людей.
14. «

    Наши убеждения необязательно основываются на личном опыте, но, когда это так, их почти невозможно переломить.

    Наши убеждения необязательно основываются на личном опыте, но, когда это так, их почти невозможно переломить.

    — Батшева Росселли · книга
15. «

    Удивительно, как распространяются слухи: передаются из уст в уста и преодолевают огромные расстояния, чтобы поддержать или утешить, огорчить или ужаснуть.

    Удивительно, как распространяются слухи: передаются из уст в уста и преодолевают огромные расстояния, чтобы поддержать или утешить, огорчить или ужаснуть.
16. «

    Музыка – это открытая дверь, через которую ускользает душа. Пусть только на пять минут, но тот, кто слушает ее здесь и сейчас, свободен. Любой, кто слышит ее, поднимается над земным.

    Музыка – это открытая дверь, через которую ускользает душа. Пусть только на пять минут, но тот, кто слушает ее здесь и сейчас, свободен. Любой, кто слышит ее, поднимается над земным.

    — дядя Феликс · книга
17. «

    Она любила сына достаточно, чтобы расстаться с ним, если это могло спасти ему жизнь.

    Она любила сына достаточно, чтобы расстаться с ним, если это могло спасти ему жизнь.
18. «

    Одно дело убить кого-то. Совсем другое – унизить его и расчеловечить, лишить гордости, словно еще одной части тела. Первое делает человека убийцей. Второе – чудовищем.

    Одно дело убить кого-то. Совсем другое – унизить его и расчеловечить, лишить гордости, словно еще одной части тела. Первое делает человека убийцей. Второе – чудовищем.
19. «

    Мы приходим на землю, чтобы учиться.

    Мы приходим на землю, чтобы учиться.

    — Камилло Росселли · книга
20. «

    Страх вернулся. Если подумать, он обладает странной природой: зарождается где-то на груди, а потом просачивается сквозь кожу, ткани, мышцы и кости, пока не превращается в черную дыру размером с душу – Дыру, поглощающую любую радость, удовольствие и красоту. Но не надежду. Каким-то образом надежда единственная остается неподвластна страху, и именно она заставляет человека совершать следующий вдох, следующий шаг, следующий крохотный акт неповиновения, пускай он и заключается всего лишь в том, чтобы продолжать жить.

    Страх вернулся. Если подумать, он обладает странной природой: зарождается где-то на груди, а потом просачивается сквозь кожу, ткани, мышцы и кости, пока не превращается в черную дыру размером с душу – Дыру, поглощающую любую радость, удовольствие и красоту. Но не надежду. Каким-то образом надежда единственная остается неподвластна страху, и именно она заставляет человека совершать следующий вдох, следующий шаг, следующий крохотный акт неповиновения, пускай он и заключается всего лишь в том, чтобы продолжать жить.