«Эмиль Мишель Чоран (Сьоран). Признания и проклятия» в 40 цитат

Собрали 40 цитат из книги «Эмиль Мишель Чоран (Сьоран). Признания и проклятия» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Скука, имеющая дурную репутацию легкомысленной особы, тем не менее заставляет нас заглянуть в ту бездну, из которой рождается потребность в молитве.

   Скука, имеющая дурную репутацию легкомысленной особы, тем не менее заставляет нас заглянуть в ту бездну, из которой рождается потребность в молитве.
2. «

   «Я трус, муки счастья мне невыносимы».

   «Я трус, муки счастья мне невыносимы».
3. «

   Любой, кто не умер в молодости, рано или поздно будет в этом раскаиваться.

   Любой, кто не умер в молодости, рано или поздно будет в этом раскаиваться.
4. «

   Изобретательство предполагает наличие не столько быстроты ума, сколько настойчивости, способности углубляться, упрямо докапываться… Искра возникает из упорства.

   Изобретательство предполагает наличие не столько быстроты ума, сколько настойчивости, способности углубляться, упрямо докапываться… Искра возникает из упорства.
5. «

   Он приезжает как турист, и я встречаю его всегда случайно. На этот раз он с особой откровенностью сообщает мне, что чувствует себя превосходно и испытывает ощущение легкости, которую он непрестанно осознает. В ответ я говорю, что его здоровье внушает мне сомнение, ибо постоянно замечать, что оно у тебя есть, — это ненормально, и что настоящее здоровье никогда не ощущается. Не доверяйте своему хорошему самочувствию, — пожелал я ему на прощанье. Не стоит добавлять, что с тех пор я больше его не встречал.

   Он приезжает как турист, и я встречаю его всегда случайно. На этот раз он с особой откровенностью сообщает мне, что чувствует себя превосходно и испытывает ощущение легкости, которую он непрестанно осознает. В ответ я говорю, что его здоровье внушает мне сомнение, ибо постоянно замечать, что оно у тебя есть, — это ненормально, и что настоящее здоровье никогда не ощущается. Не доверяйте своему хорошему самочувствию, — пожелал я ему на прощанье. Не стоит добавлять, что с тех пор я больше его не встречал.
6. «

   Невозможно больше четверти часа без раздражения наблюдать отчаяние другого человека.

   Невозможно больше четверти часа без раздражения наблюдать отчаяние другого человека.
7. «

   Он отказывался жить, покорно плетясь вслед за Богом.

   Он отказывался жить, покорно плетясь вслед за Богом.
8. «

   Хочется рычать, плевать людям в лицо, таскать их по земле, топтать...

   Хочется рычать, плевать людям в лицо, таскать их по земле, топтать...
9. «

   Можно вообразить и предвидеть все, кроме глубины своего падения.

   Можно вообразить и предвидеть все, кроме глубины своего падения.
10. «

    Оптимизм, как известно, — это судорога умирающего.

    Оптимизм, как известно, — это судорога умирающего.
11. «

    Чудесно то, что каждый день приносит нам новый повод умереть.

    Чудесно то, что каждый день приносит нам новый повод умереть.
12. «

    Ничего не совершить и умереть от переутомления.

    Ничего не совершить и умереть от переутомления.
13. «

    Всё приходит слишком поздно, всё существует слишком поздно.

    Всё приходит слишком поздно, всё существует слишком поздно.
14. «

    Чем больше человек страдал, тем меньше он отстаивает свои права. Протест есть признак того, что человек никогда не испытывал мук ада.

    Чем больше человек страдал, тем меньше он отстаивает свои права. Протест есть признак того, что человек никогда не испытывал мук ада.
15. «

    Сегодня утром услышав, как какой-то астроном рассказывает о мириадах солнц, я не стал приводить себя в порядок: к чему теперь мыться?

    Сегодня утром услышав, как какой-то астроном рассказывает о мириадах солнц, я не стал приводить себя в порядок: к чему теперь мыться?
16. «

    Семидесятилетняя леди Монте­гю уверяла, что перестала смотреться в зеркало одиннадцать лет назад. Эксцентричность? Возможно. Но только для тех, кому неведома мука мучени­ческая от ежедневной встречи с собственной физиономией.

    Семидесятилетняя леди Монте­гю уверяла, что перестала смотреться в зеркало одиннадцать лет назад. Эксцентричность? Возможно. Но только для тех, кому неведома мука мучени­ческая от ежедневной встречи с собственной физиономией.
17. «

    Небытие для буддизма (а по правде сказать, и для всего Востока в целом) не содержит в себе того довольно мрачного значения, какое придаем ему мы. Оно совпадает с последним опытом света или, если угодно, с состоянием вечного сияющего отсутствия, лучистой пустоты: это бытие, возобладавшее над всеми своими атрибутами, или скорее в высшей степени позитивное несуществование, которое излучает нематериальное, беспочвенное блаженство, не имеющее никакой опоры в каком бы то ни было из миров.

    Небытие для буддизма (а по правде сказать, и для всего Востока в целом) не содержит в себе того довольно мрачного значения, какое придаем ему мы. Оно совпадает с последним опытом света или, если угодно, с состоянием вечного сияющего отсутствия, лучистой пустоты: это бытие, возобладавшее над всеми своими атрибутами, или скорее в высшей степени позитивное несуществование, которое излучает нематериальное, беспочвенное блаженство, не имеющее никакой опоры в каком бы то ни было из миров.
18. «

    Чтобы разглядеть главное, не нужно заниматься никаким делом. Просто лежать целый день и вздыхать.

    Чтобы разглядеть главное, не нужно заниматься никаким делом. Просто лежать целый день и вздыхать.
19. «

    Страсть к музыке сама по себе является признанием. О незнакомце, который предается этой страсти, мы узнаем больше, чем о человеке, с которым мы общаемся каждый день, но который не чувствует музыку.

    Страсть к музыке сама по себе является признанием. О незнакомце, который предается этой страсти, мы узнаем больше, чем о человеке, с которым мы общаемся каждый день, но который не чувствует музыку.
20. «

    Для человека, только что оправившегося от любовного недуга, возможность нового увлечения видится столь немыслимой, что ему кажется, будто все живые существа, вплоть до последней мошки, ввергнуты в пучину разочарования.

    Для человека, только что оправившегося от любовного недуга, возможность нового увлечения видится столь немыслимой, что ему кажется, будто все живые существа, вплоть до последней мошки, ввергнуты в пучину разочарования.