29 известных цитат из книги «Энн Райс. Вампир Лестат»

29 цитат из книги «Энн Райс. Вампир Лестат» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я отдаю, но это не означает, что сам я теряю.

   Я отдаю, но это не означает, что сам я теряю.

   — Арман · книга
2. «

   Духовным и возвышенным может быть даже цвет вина в бокале.

   Духовным и возвышенным может быть даже цвет вина в бокале.

   — Лестат де Лионкур · книга
3. «

   Вновь он умирает. И вновь воскресает. Только на этот раз нет ни спасения, ни искупления.

   Вновь он умирает. И вновь воскресает. Только на этот раз нет ни спасения, ни искупления.

   — Лестат де Лионкур · книга
4. «

   Он приводил меня в восторг своей наивностью, странной свойственной буржуа верой в то, что Бог всегда остается Богом, даже если этот Бог напрочь отвернулся от людей, что границы этого маленького, лишенного всех надежд мира лежат между проклятием и спасением.

   Он приводил меня в восторг своей наивностью, странной свойственной буржуа верой в то, что Бог всегда остается Богом, даже если этот Бог напрочь отвернулся от людей, что границы этого маленького, лишенного всех надежд мира лежат между проклятием и спасением.

   — Лестат де Лионкур · книга
5. «

   Здорово. Я думал, что небо… настоящее.

   Здорово. Я думал, что небо… настоящее.

   — Лестат де Лионкур · книга
6. «

   Но чем больше было в тебе света, тем глубже я погружался во тьму.

   Но чем больше было в тебе света, тем глубже я погружался во тьму.

   — Николя де Ленфен · книга
7. «

   — Ты говоришь мне правду? — А зачем мне тебя обманывать? Почему я должен защищать тебя от истины?

   — Ты говоришь мне правду? — А зачем мне тебя обманывать? Почему я должен защищать тебя от истины?

   — Лестат де Лионкур · книга
8. «

   Вы чувствуете насколько я одинок и как страдаю от того, что фактически выброшен из жизни. Как горько мне осознавать, что я есть не что иное, как зло, что я не заслуживаю любви и в то же время так в ней нуждаюсь. Но всё это не может меня остановить. У меня достаточно сил, чтобы вынести всё это. Как вы сами сказали, я очень хорошо умею быть тем, кто я есть на самом деле. Время от времени я очень страдаю, только и всего.

   Вы чувствуете насколько я одинок и как страдаю от того, что фактически выброшен из жизни. Как горько мне осознавать, что я есть не что иное, как зло, что я не заслуживаю любви и в то же время так в ней нуждаюсь. Но всё это не может меня остановить. У меня достаточно сил, чтобы вынести всё это. Как вы сами сказали, я очень хорошо умею быть тем, кто я есть на самом деле. Время от времени я очень страдаю, только и всего.

   — Лестат де Лионкур · книга
9. «

   Тогда на небесах царит дьявол, и небеса – это ад.

   Тогда на небесах царит дьявол, и небеса – это ад.

   — Лестат де Лионкур · книга
10. «

    Конечно, Бог не обязательно существо антропоморфное, – сказала она. – Или, как мы в своем беспредельном эгоизме сентиментально называем это, «благопристойная личность». Но все же, вполне возможно, Бог существует. А сатана – изобретение человека, имя, придуманное им для той силы, которая пытается сокрушить цивилизованный ход вещей. Первый, кто придумал законы, будь то Моисей или египетский царь Осирис, этот создатель законодательства одновременно создал и сатану. И этот сатана – любой, кто побуждает тебя нарушить законы. А потому мы – истинные дети сатаны, ибо не признаем законов, защищающих интересы человечества. Так почему бы нам действительно все не разрушить? Почему не разжечь пламя зла, которое поглотит цивилизацию на земле?

    Конечно, Бог не обязательно существо антропоморфное, – сказала она. – Или, как мы в своем беспредельном эгоизме сентиментально называем это, «благопристойная личность». Но все же, вполне возможно, Бог существует. А сатана – изобретение человека, имя, придуманное им для той силы, которая пытается сокрушить цивилизованный ход вещей. Первый, кто придумал законы, будь то Моисей или египетский царь Осирис, этот создатель законодательства одновременно создал и сатану. И этот сатана – любой, кто побуждает тебя нарушить законы. А потому мы – истинные дети сатаны, ибо не признаем законов, защищающих интересы человечества. Так почему бы нам действительно все не разрушить? Почему не разжечь пламя зла, которое поглотит цивилизацию на земле?

    — Габриэль де Линокур · книга
11. «

    Слишком больно вспоминать. Это все равно что доставать из архива старые фотографии и, стерев с них пыль, видеть, что изображение и краски по прежнему сохранились. Это фотографии наших давно ушедших предков, а значит, и нас самих.

    Слишком больно вспоминать. Это все равно что доставать из архива старые фотографии и, стерев с них пыль, видеть, что изображение и краски по прежнему сохранились. Это фотографии наших давно ушедших предков, а значит, и нас самих.

    — Лестат де Лионкур · книга
12. «

    Обстоятельства не изменятся. Изменишься только ты сам.

    Обстоятельства не изменятся. Изменишься только ты сам.

    — Мариус · книга
13. «

    Мне вдруг пришло в голову, что волосы ее можно сравнить с золотым дождем и что поистине, когда смотришь на того, кого любишь, все поэтические образы мира обретают смысл.

    Мне вдруг пришло в голову, что волосы ее можно сравнить с золотым дождем и что поистине, когда смотришь на того, кого любишь, все поэтические образы мира обретают смысл.

    — Лестат де Лионкур · книга
14. «

    Чтобы они не заставляли нас испытывать, сами они испытывают только малую часть этого, потому что их защищает возраст.

    Чтобы они не заставляли нас испытывать, сами они испытывают только малую часть этого, потому что их защищает возраст.
15. «

    ... нельзя отдавать себя во власть кого бы то ни было — ни Бога, ни дьявола, ни человека.

    ... нельзя отдавать себя во власть кого бы то ни было — ни Бога, ни дьявола, ни человека.

    — Лестат де Лионкур · книга
16. «

    – Утрата веры в Бога, возможно, и есть первый шаг к невинности, – продолжал он, – утрата чувства греховности и желания повиноваться, отказ от неискренней печали по поводу того, что кажется утраченным. – Значит, ты называешь невинностью не отсутствие опыта, а отсутствие иллюзий? – Скорее отсутствие потребности в иллюзиях. Любовь и уважение к тому, что находится рядом с тобой, перед твоими глазами.

    – Утрата веры в Бога, возможно, и есть первый шаг к невинности, – продолжал он, – утрата чувства греховности и желания повиноваться, отказ от неискренней печали по поводу того, что кажется утраченным. – Значит, ты называешь невинностью не отсутствие опыта, а отсутствие иллюзий? – Скорее отсутствие потребности в иллюзиях. Любовь и уважение к тому, что находится рядом с тобой, перед твоими глазами.

    — Лестат де Лионкур · книга
17. «

    В отчаянии он предпринял попытку покорить то, что даже не в силах был понять.

    В отчаянии он предпринял попытку покорить то, что даже не в силах был понять.

    — Лестат де Лионкур · книга
18. «

    Мне хотелось каким-то образом продемонстрировать чудовищность собственной натуры в надежде, что это поможет мне вновь вернуться к моим смертным собратьям. Пусть лучше они в страхе убегут, чем не заметят моего существования, думал я тогда. Пусть лучше знают, что я монстр, чем я вечно буду скитаться по миру, никому не известный и не признанный теми, на кого готов был молиться.

    Мне хотелось каким-то образом продемонстрировать чудовищность собственной натуры в надежде, что это поможет мне вновь вернуться к моим смертным собратьям. Пусть лучше они в страхе убегут, чем не заметят моего существования, думал я тогда. Пусть лучше знают, что я монстр, чем я вечно буду скитаться по миру, никому не известный и не признанный теми, на кого готов был молиться.

    — Лестат де Лионкур · книга
19. «

    Даже Мариус не смог бы вообразить себе столь сострадательное и склонное к размышлениям существо, джентльмена до мозга костей, додумавшегося учить Клодию пользоваться столовыми приборами, при том, что она, благослови Господи ее черную душу, совершенно не нуждалась ни в ложке, ни в вилке.

    Даже Мариус не смог бы вообразить себе столь сострадательное и склонное к размышлениям существо, джентльмена до мозга костей, додумавшегося учить Клодию пользоваться столовыми приборами, при том, что она, благослови Господи ее черную душу, совершенно не нуждалась ни в ложке, ни в вилке.

    — Лестат де Лионкур · книга
20. «

    Христианство возникло из праха язычества только затем, чтобы придать древнейшим верованиям новые формы.

    Христианство возникло из праха язычества только затем, чтобы придать древнейшим верованиям новые формы.

    — Мариус · книга