57 фраз из книги «Эрих Мария Ремарк. Искра жизни» для дневника

57 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Искра жизни» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   …кого интересует искусство, когда говорят пушки?

   …кого интересует искусство, когда говорят пушки?
2. «

   Женщины есть женщины, а дети есть дети, на каком бы языке они не говорили. А злой рок обычно выбирает себе жертвы среди невинных, обходя стороной грешников.

   Женщины есть женщины, а дети есть дети, на каком бы языке они не говорили. А злой рок обычно выбирает себе жертвы среди невинных, обходя стороной грешников.
3. «

   При сопротивлении важно, чего ты достигаешь, а не как ты при этом выглядишь. Бессмысленное геройство — все равно что бессмысленное самоубийство.

   При сопротивлении важно, чего ты достигаешь, а не как ты при этом выглядишь. Бессмысленное геройство — все равно что бессмысленное самоубийство.

   — Пятьсот девятый · книга
4. «

   Надо рассчитывать только на то, что держишь в руках.

   Надо рассчитывать только на то, что держишь в руках.

   — Лебенталь · книга
5. «

   Он охотно позвонил бы, чтобы получить инструкции, как быть. Но телефонная связь была прервана. Поэтому пришлось делать то, что он больше всего ненавидел и боялся: действовать самостоятельно.

   Он охотно позвонил бы, чтобы получить инструкции, как быть. Но телефонная связь была прервана. Поэтому пришлось делать то, что он больше всего ненавидел и боялся: действовать самостоятельно.
6. «

   Хандке — не нацист. Он такой же заключённый, как и мы. На воле он, наверное, ни за что не убил бы человека. А здесь это делает, потому что у него есть власть, понимая, что нам бесполезно жаловаться. Его-то прикроют. Он не несет никакой ответственности. Вот в чем дело. Власть и никакой ответственности — чересчур много власти в чьих-то руках, понимаешь.

   Хандке — не нацист. Он такой же заключённый, как и мы. На воле он, наверное, ни за что не убил бы человека. А здесь это делает, потому что у него есть власть, понимая, что нам бесполезно жаловаться. Его-то прикроют. Он не несет никакой ответственности. Вот в чем дело. Власть и никакой ответственности — чересчур много власти в чьих-то руках, понимаешь.
7. «

   Вчера — золотое дно, сегодня — уже пепелище.

   Вчера — золотое дно, сегодня — уже пепелище.

   — Нойбауер · книга
8. «

   Странно. Иногда умирает сотня людей, и ничего не ощущаешь, а иногда — один, с которым в общем-то не многое тебя связывает, а кажется, будто это тысяча.

   Странно. Иногда умирает сотня людей, и ничего не ощущаешь, а иногда — один, с которым в общем-то не многое тебя связывает, а кажется, будто это тысяча.

   — Бухер · книга
9. «

   Лица их заливал пот, а в глазах метался, словно огонь, отчаянный, безжалостный страх смерти, не инстинктивный, а осознанный, опирающийся на опыт; такой страх не способно испытывать ни одно живое существо, кроме человека.

   Лица их заливал пот, а в глазах метался, словно огонь, отчаянный, безжалостный страх смерти, не инстинктивный, а осознанный, опирающийся на опыт; такой страх не способно испытывать ни одно живое существо, кроме человека.
10. «

    Скелет под номером пятьсот девять медленно приподнял голову и открыл глаза. Он не понимал, забытье это или просто сон. Здесь между ними особой разницы не было. И то и другое означало погружение в глубинные трясины, из которых, казалось, уже ни за что не выбраться наверх: голод и изнеможение давно уже сделали свое дело.

    Скелет под номером пятьсот девять медленно приподнял голову и открыл глаза. Он не понимал, забытье это или просто сон. Здесь между ними особой разницы не было. И то и другое означало погружение в глубинные трясины, из которых, казалось, уже ни за что не выбраться наверх: голод и изнеможение давно уже сделали свое дело.
11. «

    …хотя жизнь узника не представляла в глазах эсэсовцев никакой ценности, количество присутствующих – живых или мертвых – должно было быть в строгом соответствии с количеством номеров и фамилий в списке. Бюрократизм не отступал даже перед трупами.

    …хотя жизнь узника не представляла в глазах эсэсовцев никакой ценности, количество присутствующих – живых или мертвых – должно было быть в строгом соответствии с количеством номеров и фамилий в списке. Бюрократизм не отступал даже перед трупами.
12. «

    …ненависть и воспоминания так же разрушают борющееся со смертью Я, как и боль.

    …ненависть и воспоминания так же разрушают борющееся со смертью Я, как и боль.
13. «

    Это слово [надежда] бьет наповал, это – жуткое слово. Я избегал его все эти годы, иначе оно разъело бы меня изнутри. И вот оно опять всплыло, и я еще не решаюсь думать о том, что оно означает, но оно – уже здесь, и теперь оно или сломает меня, или станет реальностью.

    Это слово [надежда] бьет наповал, это – жуткое слово. Я избегал его все эти годы, иначе оно разъело бы меня изнутри. И вот оно опять всплыло, и я еще не решаюсь думать о том, что оно означает, но оно – уже здесь, и теперь оно или сломает меня, или станет реальностью.

    — 509-й · книга
14. «

    Кто мы сейчас на самом деле, – покажет время. Кто это сегодня может сказать?

    Кто мы сейчас на самом деле, – покажет время. Кто это сегодня может сказать?

    — Бергер · книга
15. «

    Еще месяц назад мы вообще ничего не знали. А теперь нам кажется, что все долго. Странно, как все меняется, едва обретаешь надежду. И начинаешь ждать.

    Еще месяц назад мы вообще ничего не знали. А теперь нам кажется, что все долго. Странно, как все меняется, едва обретаешь надежду. И начинаешь ждать.

    — 509 · книга
16. «

    Голод не только в желудке, а как бы в голове, в мозгу. Желудок-то давно к голодухе притерпелся и, похоже, ни на какие другие ощущения, кроме тупой и равномерной голодной боли, давно не способен. А вот голод в мозгу – он куда страшней. Он пробуждает галлюцинации и вообще неутолим. Он прогрызается даже в сны.

    Голод не только в желудке, а как бы в голове, в мозгу. Желудок-то давно к голодухе притерпелся и, похоже, ни на какие другие ощущения, кроме тупой и равномерной голодной боли, давно не способен. А вот голод в мозгу – он куда страшней. Он пробуждает галлюцинации и вообще неутолим. Он прогрызается даже в сны.
17. «

    Одной ненависти мало. Чтобы жить, требуется нечто большее, чем ненависть.

    Одной ненависти мало. Чтобы жить, требуется нечто большее, чем ненависть.

    — Пятьсот девятый · книга
18. «

    Надо рассчитывать только на то, что держишь в руке.

    Надо рассчитывать только на то, что держишь в руке.
19. «

    Он знал только одно: жить – значит, выбраться из лагеря, а все, что должно наступить потом, казалось огромным, расплывчатым, зыбким облаком, сквозь которое он ничего не мог разобрать.

    Он знал только одно: жить – значит, выбраться из лагеря, а все, что должно наступить потом, казалось огромным, расплывчатым, зыбким облаком, сквозь которое он ничего не мог разобрать.
20. «

    …чем лучше люди, тем удивительнее глупости, которые они совершают, когда им кажется, что надо проявить отвагу.

    …чем лучше люди, тем удивительнее глупости, которые они совершают, когда им кажется, что надо проявить отвагу.

    — 509-й · книга