60 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Искра жизни» без воды

60 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Искра жизни» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   У кого они ещё остались, слезы? Они давно уже перегорели, пересохли, как колодец в степи. И лишь немая боль — мучительный распад чего-то, что давно уже должно было обратиться в ничто, в прах, — изредка напоминала о том, что ещё осталось нечто, что можно было потерять. Термометр, давно уже упавший до точки замерзания чувств, когда о том, что мороз стал сильнее, узнаешь, только увидев почти безболезненно отвалившийся отмороженный палец.

   У кого они ещё остались, слезы? Они давно уже перегорели, пересохли, как колодец в степи. И лишь немая боль — мучительный распад чего-то, что давно уже должно было обратиться в ничто, в прах, — изредка напоминала о том, что ещё осталось нечто, что можно было потерять. Термометр, давно уже упавший до точки замерзания чувств, когда о том, что мороз стал сильнее, узнаешь, только увидев почти безболезненно отвалившийся отмороженный палец.

   — Пятьсот девятый · книга
2. «

   …заключенные стояли в строю голыми. Каждый из них был человеком. Но они давно забыли об этом.

   …заключенные стояли в строю голыми. Каждый из них был человеком. Но они давно забыли об этом.
3. «

   Жизнь есть жизнь. Даже самая жалкая.

   Жизнь есть жизнь. Даже самая жалкая.

   — Анасфер · книга
4. «

   Голод не только в желудке, а как бы в голове, в мозгу. Желудок-то давно к голодухе притерпелся и, похоже, ни на какие другие ощущения, кроме тупой и равномерной голодной боли, давно не способен. А вот голод в мозгу – он куда страшней. Он пробуждает галлюцинации и вообще неутолим. Он прогрызается даже в сны.

   Голод не только в желудке, а как бы в голове, в мозгу. Желудок-то давно к голодухе притерпелся и, похоже, ни на какие другие ощущения, кроме тупой и равномерной голодной боли, давно не способен. А вот голод в мозгу – он куда страшней. Он пробуждает галлюцинации и вообще неутолим. Он прогрызается даже в сны.
5. «

   Странно – как быстро исчезает с лица решительность, стоит только снять военную форму!

   Странно – как быстро исчезает с лица решительность, стоит только снять военную форму!
6. «

   Странно. Иногда умирает сотня людей, и ничего не ощущаешь, а иногда — один, с которым в общем-то не многое тебя связывает, а кажется, будто это тысяча.

   Странно. Иногда умирает сотня людей, и ничего не ощущаешь, а иногда — один, с которым в общем-то не многое тебя связывает, а кажется, будто это тысяча.

   — Бухер · книга
7. «

   У него была власть, огромная власть, а это дурман похлеще всякого зелья.

   У него была власть, огромная власть, а это дурман похлеще всякого зелья.
8. «

   Почти любое сопротивление можно сломить; это вопрос времени и условий.

   Почти любое сопротивление можно сломить; это вопрос времени и условий.

   — 509-й · книга
9. «

   Еще месяц назад мы вообще ничего не знали. А теперь нам кажется, что все долго. Странно, как все меняется, едва обретаешь надежду. И начинаешь ждать.

   Еще месяц назад мы вообще ничего не знали. А теперь нам кажется, что все долго. Странно, как все меняется, едва обретаешь надежду. И начинаешь ждать.

   — 509 · книга
10. «

    Одной ненависти мало. Чтобы жить, требуется нечто большее, чем ненависть.

    Одной ненависти мало. Чтобы жить, требуется нечто большее, чем ненависть.

    — Пятьсот девятый · книга
11. «

    Он знал только одно: жить – значит, выбраться из лагеря, а все, что должно наступить потом, казалось огромным, расплывчатым, зыбким облаком, сквозь которое он ничего не мог разобрать.

    Он знал только одно: жить – значит, выбраться из лагеря, а все, что должно наступить потом, казалось огромным, расплывчатым, зыбким облаком, сквозь которое он ничего не мог разобрать.
12. «

    Жизнь есть жизнь. Даже самая маленькая.

    Жизнь есть жизнь. Даже самая маленькая.

    — Агасфер · книга
13. «

    Наше воображение не умеет считать. И цифры не действуют на чувство – оно не становится от них сильнее. Оно умеет считать лишь до одного. Но и одного достаточно, если действительно чувствуешь.

    Наше воображение не умеет считать. И цифры не действуют на чувство – оно не становится от них сильнее. Оно умеет считать лишь до одного. Но и одного достаточно, если действительно чувствуешь.

    — 509-й · книга
14. «

    …лень души, страх… паралич совести – вот наше несчастье…

    …лень души, страх… паралич совести – вот наше несчастье…

    — 509-й · книга
15. «

    Бессмысленное мужество — это самоубийство.

    Бессмысленное мужество — это самоубийство.

    — Пятьсот девятый · книга
16. «

    То, что он сказал, означало примерно следующее: мы уже не просто приговоренные к смерти, у нас появился крохотный шанс. Вот и все — но сколь же огромна разница между отчаянием и надеждой.

    То, что он сказал, означало примерно следующее: мы уже не просто приговоренные к смерти, у нас появился крохотный шанс. Вот и все — но сколь же огромна разница между отчаянием и надеждой.
17. «

    Никогда не знаешь, с какой стороны грозит опасность…

    Никогда не знаешь, с какой стороны грозит опасность…
18. «

    Надо рассчитывать только на то, что держишь в руке.

    Надо рассчитывать только на то, что держишь в руке.
19. «

    Если во что-то веришь, страдания не столь мучительны.

    Если во что-то веришь, страдания не столь мучительны.

    — Хелльвиг · книга
20. «

    Весна каждый раз возвращалась, каждый год, с ласточками и цветами, ей не было никакого дела ни до войны, ни до смерти, ни до печали, ни до чьих-то надежд. Она возвращалась. Она и сейчас была здесь. И этого достаточно.

    Весна каждый раз возвращалась, каждый год, с ласточками и цветами, ей не было никакого дела ни до войны, ни до смерти, ни до печали, ни до чьих-то надежд. Она возвращалась. Она и сейчас была здесь. И этого достаточно.