35 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Тени в раю» для вдохновения

Собрали 35 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Тени в раю» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я очень любил ее. Любил за то, что она не знала сомнений. И еще она умела стать тебе необходимой и в то же время никогда не быть в тягость; ты не успевал оглянуться, а ее уже и след простыл.

   Я очень любил ее. Любил за то, что она не знала сомнений. И еще она умела стать тебе необходимой и в то же время никогда не быть в тягость; ты не успевал оглянуться, а ее уже и след простыл.

   — Роберт Росс · книга
2. «

   Раз ты спрашиваешь, жениться тебе или не жениться, то не женись.

   Раз ты спрашиваешь, жениться тебе или не жениться, то не женись.

   — Роберт Росс · книга
3. «

   Если во всех случайностях видеть проявление судьбы, нельзя будет и шагу ступить.

   Если во всех случайностях видеть проявление судьбы, нельзя будет и шагу ступить.

   — Равик · книга
4. «

   Чувства не имеют отношения к правде.

   Чувства не имеют отношения к правде.

   — Наташа Петрова · книга
5. «

   Фальшь и лицемерие производят большее впечатление, чем истина.

   Фальшь и лицемерие производят большее впечатление, чем истина.

   — Роберт Росс · книга
6. «

   — Вы любите сигары? — Я ещё плохо в них разбираюсь. Курю всё, что попадется под руку. — Вам можно позавидовать. ... — Это для меня новость. Не думал, что этому можно завидовать. — У вас всё ещё впереди — выбор, наслаждение и пресыщение. Чем ниже ступень, с которой начинаешь свой путь, тем позже наступает пресыщение.

   — Вы любите сигары? — Я ещё плохо в них разбираюсь. Курю всё, что попадется под руку. — Вам можно позавидовать. ... — Это для меня новость. Не думал, что этому можно завидовать. — У вас всё ещё впереди — выбор, наслаждение и пресыщение. Чем ниже ступень, с которой начинаешь свой путь, тем позже наступает пресыщение.

   — Силверс · книга
7. «

   — Я не умею ездить верхом, плавать или играть в теннис. Я из тех, кто любит валяться на диване и болтать. — Что вы еще можете о себе рассказать? — Я сентиментальна, романтична и невыносима. Обожаю дешевую романтику. И чем дешевле, тем лучше.

   — Я не умею ездить верхом, плавать или играть в теннис. Я из тех, кто любит валяться на диване и болтать. — Что вы еще можете о себе рассказать? — Я сентиментальна, романтична и невыносима. Обожаю дешевую романтику. И чем дешевле, тем лучше.

   — Наташа Петрова · книга
8. «

   Всегда надо учиться новому, если есть возможность.

   Всегда надо учиться новому, если есть возможность.

   — миссис Уимпер · книга
9. «

   Благодаря любви примитивный страх перед собственной смертью превращается в тревогу за другого. И как раз эта сублимация страха делает любовь ещё большей мукой, чем смерть, ибо страх полностью переходит к тому, кто пережил партнёра.

   Благодаря любви примитивный страх перед собственной смертью превращается в тревогу за другого. И как раз эта сублимация страха делает любовь ещё большей мукой, чем смерть, ибо страх полностью переходит к тому, кто пережил партнёра.

   — Танненбаум · книга
10. «

    Раскаяние разъедает душу сильнее, чем соляная кислота. Это занятие для спокойных эпох.

    Раскаяние разъедает душу сильнее, чем соляная кислота. Это занятие для спокойных эпох.

    — Роберт Росс · книга
11. «

    Чтобы не спугнуть ожидание, надо прежде всего чего-то ждать.

    Чтобы не спугнуть ожидание, надо прежде всего чего-то ждать.

    — Роберт Росс · книга
12. «

    Раскаяние разъедает душу сильнее, чем соляная кислота.

    Раскаяние разъедает душу сильнее, чем соляная кислота.

    — Роберт Росс · книга
13. «

    — Я вообще люблю сидеть в гостиницах. В гостиницах не бывает скучно. Люди приходят и уходят. Здороваются и прощаются. Это и есть лучшие минуты в жизни. — Вы так считаете? — Наименее скучные, во всяком случае. А все, что между ними... Правда, большие гостиницы безлики. Там человек слишком тщательно скрывает свои эмоции. Тебе кажется, что в воздухе пахнет приключениями, но приобщиться к ним невозможно.

    — Я вообще люблю сидеть в гостиницах. В гостиницах не бывает скучно. Люди приходят и уходят. Здороваются и прощаются. Это и есть лучшие минуты в жизни. — Вы так считаете? — Наименее скучные, во всяком случае. А все, что между ними... Правда, большие гостиницы безлики. Там человек слишком тщательно скрывает свои эмоции. Тебе кажется, что в воздухе пахнет приключениями, но приобщиться к ним невозможно.

    — Наташа Петрова · книга
14. «

    Вещи начинают говорить, только когда на них долго смотришь. А те вещи, которые говорят сразу, далеко не самые лучшие.

    Вещи начинают говорить, только когда на них долго смотришь. А те вещи, которые говорят сразу, далеко не самые лучшие.

    — Роберт Росс · книга
15. «

    Бедняга тот, кто больше ничего не хочет.

    Бедняга тот, кто больше ничего не хочет.

    — Меликов · книга
16. «

    Есть вещи, раздумье о которых не способствует их прояснению. Потому и не стоит о них слишком долго рассуждать. Это только всё портит и усложняет.

    Есть вещи, раздумье о которых не способствует их прояснению. Потому и не стоит о них слишком долго рассуждать. Это только всё портит и усложняет.

    — Роберт Росс · книга
17. «

    Мне нравится, когда человек серьезно рассуждает о материях, в которых он ничего не смыслит. Это звучит по-детски и успокаивает нервы. Узкие специалисты нагоняют скуку.

    Мне нравится, когда человек серьезно рассуждает о материях, в которых он ничего не смыслит. Это звучит по-детски и успокаивает нервы. Узкие специалисты нагоняют скуку.

    — Роберт Росс · книга
18. «

    — ... быть может, во всём виновата осень; я ощущаю её сильнее, чем ты. Осенью рвутся пакты и всё становится недействительным. И человек хочет... Да, чего же он хочет? — Любви.

    — ... быть может, во всём виновата осень; я ощущаю её сильнее, чем ты. Осенью рвутся пакты и всё становится недействительным. И человек хочет... Да, чего же он хочет? — Любви.

    — Наташа Петрова · книга
19. «

    Телесный комфорт куда важнее душевного. Стоит немного постараться, и человек уже счастлив.

    Телесный комфорт куда важнее душевного. Стоит немного постараться, и человек уже счастлив.

    — Роберт Росс · книга
20. «

    — Ты будешь мне изменять? — Естественно, — сказала она. — По-твоему, это естественно? — Я не изменяю тебе, когда ты здесь. Когда человека нет, у тебя появляется чувство, будто он уже никогда не вернётся. Не сразу появляется, но очень скоро. — Как скоро? — Разве это можно сказать заранее? Не оставляй меня одну, и тебе не придётся задавать таких вопросов. — Да, это удобнее всего. — Проще всего, — поправила она. — Когда рядом кто-то есть, тебе ничего больше не нужно. А когда нет, наступает одиночество. Кто же в силах вынести одиночество? Я не в силах. — И это происходит мгновенно? Просто меняют одного на другого? — Нет, конечно. Совсем не так. Меняют не одного на другого, а одиночество на неодиночество.

    — Ты будешь мне изменять? — Естественно, — сказала она. — По-твоему, это естественно? — Я не изменяю тебе, когда ты здесь. Когда человека нет, у тебя появляется чувство, будто он уже никогда не вернётся. Не сразу появляется, но очень скоро. — Как скоро? — Разве это можно сказать заранее? Не оставляй меня одну, и тебе не придётся задавать таких вопросов. — Да, это удобнее всего. — Проще всего, — поправила она. — Когда рядом кто-то есть, тебе ничего больше не нужно. А когда нет, наступает одиночество. Кто же в силах вынести одиночество? Я не в силах. — И это происходит мгновенно? Просто меняют одного на другого? — Нет, конечно. Совсем не так. Меняют не одного на другого, а одиночество на неодиночество.

    — Наташа Петрова · книга