75 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Триумфальная арка» — большая подборка

75 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Триумфальная арка» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Опять кому-то некуда идти, подумал он. Это следовало предвидеть. Всегда одно и то же. Ночью не знают, куда деваться, а утром исчезают прежде, чем успеешь проснуться. По утрам они почему-то знают, куда идти.

   Опять кому-то некуда идти, подумал он. Это следовало предвидеть. Всегда одно и то же. Ночью не знают, куда деваться, а утром исчезают прежде, чем успеешь проснуться. По утрам они почему-то знают, куда идти.

   — Равик · книга
2. «

   Опять эта проклятая раздвоенность — делаешь одно, думаешь о другом.

   Опять эта проклятая раздвоенность — делаешь одно, думаешь о другом.
3. «

   От маленькой пустой комнаты веяло безнадежностью, тоской и ноябрем.

   От маленькой пустой комнаты веяло безнадежностью, тоской и ноябрем.

   — Равик · книга
4. «

   Скорее всего теряешь то, что держишь в руках; когда оставляешь сам — потери уже не ощущаешь.

   Скорее всего теряешь то, что держишь в руках; когда оставляешь сам — потери уже не ощущаешь.
5. «

   Как много придумано слов для простого, дикого, жестокого влечения двух человеческих тел друг к другу.

   Как много придумано слов для простого, дикого, жестокого влечения двух человеческих тел друг к другу.

   — Равик · книга
6. «

   Утро вечера мудренее. Звучит глупо и затасканно, но это так.

   Утро вечера мудренее. Звучит глупо и затасканно, но это так.

   — Равик · книга
7. «

   Любовь не терпит объяснений. Ей нужны поступки.

   Любовь не терпит объяснений. Ей нужны поступки.

   — Равик · книга
8. «

   Человек может многое выдержать.

   Человек может многое выдержать.

   — Равик · книга
9. «

   Власть — самая заразная болезнь на свете... Да, и сильнее всего уродующая людей.

   Власть — самая заразная болезнь на свете... Да, и сильнее всего уродующая людей.

   — Равик · книга
10. «

    Судьба никогда не может быть сильнее мужества, которое противостоит ей. А если станет совсем невмоготу — можно покончить с собой. Хорошо осознавать это, но еще лучше сознавать, что, покуда ты жив, ничто не потеряно окончательно.

    Судьба никогда не может быть сильнее мужества, которое противостоит ей. А если станет совсем невмоготу — можно покончить с собой. Хорошо осознавать это, но еще лучше сознавать, что, покуда ты жив, ничто не потеряно окончательно.
11. «

    ... кто объясняется — тот уже оправдывается.

    ... кто объясняется — тот уже оправдывается.

    — Равик · книга
12. «

    Странное чувство пустоты, вызываемое всяким «после».

    Странное чувство пустоты, вызываемое всяким «после».
13. «

    Посмотри, что с нами стало? Насколько мне известно, только у древних богов были боги вина и веселья — Вакх и Дионис. А у нас вместо них — Фрейд, комплекс неполноценности и психоанализ, боязнь громких слов в любви и склонность к громким словам в политике. Скучная мы порода, не правда ли?

    Посмотри, что с нами стало? Насколько мне известно, только у древних богов были боги вина и веселья — Вакх и Дионис. А у нас вместо них — Фрейд, комплекс неполноценности и психоанализ, боязнь громких слов в любви и склонность к громким словам в политике. Скучная мы порода, не правда ли?

    — Борис Морозов · книга
14. «

    И что бы с вами ни случилось — ничего не принимайте близко к сердцу. Немногое на свете долго бывает важным.

    И что бы с вами ни случилось — ничего не принимайте близко к сердцу. Немногое на свете долго бывает важным.

    — Равик · книга
15. «

    Покой хорош, когда ты сам спокоен.

    Покой хорош, когда ты сам спокоен.

    — Равик · книга
16. «

    Никогда ещё жизнь не была так драгоценна, как сегодня, когда она так мало стоит.

    Никогда ещё жизнь не была так драгоценна, как сегодня, когда она так мало стоит.
17. «

    Определенность никогда не причиняет боли. Боль причиняет лишь всякое «до» и «после».

    Определенность никогда не причиняет боли. Боль причиняет лишь всякое «до» и «после».
18. «

    Она была очень хороша, и он знал, что любит её. Она не была прекрасна, как статуя или картина; она была прекрасна, как луг, овеваемый ветром. В ней билась жизнь, та самая жизнь, которая, случайно столкнув две клетки в лоне матери, создала её именно такой.

    Она была очень хороша, и он знал, что любит её. Она не была прекрасна, как статуя или картина; она была прекрасна, как луг, овеваемый ветром. В ней билась жизнь, та самая жизнь, которая, случайно столкнув две клетки в лоне матери, создала её именно такой.

    — Равик · книга
19. «

    Одиночество — извечный рефрен жизни. Оно не хуже и не лучше, чем многое другое. О нём лишь чересчур много говорят. Человек одинок всегда и никогда.

    Одиночество — извечный рефрен жизни. Оно не хуже и не лучше, чем многое другое. О нём лишь чересчур много говорят. Человек одинок всегда и никогда.
20. «

    Потерял навсегда – безвозвратно. Нельзя уже более надеяться, что она просто ошиблась, запуталась, что она еще может опомниться и вернуться. Хорошо знать все до конца, особенно когда разыгравшееся воображение начнет снова затемнять рассудок. Мягкая, неумолимая, безнадежно грустная химия! Сердце, однажды слившееся с другим, никогда уже не испытывает того же с прежней силой.

    Потерял навсегда – безвозвратно. Нельзя уже более надеяться, что она просто ошиблась, запуталась, что она еще может опомниться и вернуться. Хорошо знать все до конца, особенно когда разыгравшееся воображение начнет снова затемнять рассудок. Мягкая, неумолимая, безнадежно грустная химия! Сердце, однажды слившееся с другим, никогда уже не испытывает того же с прежней силой.

    — Равик · книга