47 коротких цитат из книги «Эрнест Хемингуэй. Праздник, который всегда с тобой»

Собрали 47 цитат из книги «Эрнест Хемингуэй. Праздник, который всегда с тобой» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Все дурное начинается невинно.

   Все дурное начинается невинно.

   — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
2. «

   Говорят, что во всех нас скрыты семена того, что мы будем делать, но мне всегда казалось, что у тех, кто умеет шутить в жизни, семена эти прикрыты лучшей почвой и более щедро удобрены.

   Говорят, что во всех нас скрыты семена того, что мы будем делать, но мне всегда казалось, что у тех, кто умеет шутить в жизни, семена эти прикрыты лучшей почвой и более щедро удобрены.
3. «

   Пока я голодал, я научился гораздо лучше понимать Сезанна и по-настоящему постиг, как он создавал свои пейзажи. Я часто спрашивал себя, не голодал ли и он, когда работал. Но решил, что он, наверно, просто забывал поесть. Такие не слишком здравые мысли-открытия приходят в голову от бессонницы или недоедания. Позднее я решил, что Сезанн все-таки испытывал голод, но другой.

   Пока я голодал, я научился гораздо лучше понимать Сезанна и по-настоящему постиг, как он создавал свои пейзажи. Я часто спрашивал себя, не голодал ли и он, когда работал. Но решил, что он, наверно, просто забывал поесть. Такие не слишком здравые мысли-открытия приходят в голову от бессонницы или недоедания. Позднее я решил, что Сезанн все-таки испытывал голод, но другой.
4. «

   Это было столь же бестактно, как в разговоре с одним генералом лестно отозваться о другом. Допустив такой промах однажды, вы больше никогда его не повторите. Зато, разговаривая с генералом, разрешается упоминать о том генерале, над которым он однажды одержал верх. Генерал, с которым вы разговариваете, будет восхвалять того генерала и с удовольствием вспоминать подробности того, как он его разбил.

   Это было столь же бестактно, как в разговоре с одним генералом лестно отозваться о другом. Допустив такой промах однажды, вы больше никогда его не повторите. Зато, разговаривая с генералом, разрешается упоминать о том генерале, над которым он однажды одержал верх. Генерал, с которым вы разговариваете, будет восхвалять того генерала и с удовольствием вспоминать подробности того, как он его разбил.
5. «

   Простые мелодии успокаивают душу, если она у вас, конечно же, есть.

   Простые мелодии успокаивают душу, если она у вас, конечно же, есть.
6. «

   Потом погода испортилась. Так в один день кончилась осень.

   Потом погода испортилась. Так в один день кончилась осень.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
7. «

   Люди всегда вмешивались в твою жизнь, ради твоего же блага, и в конце концов я понял, что хотят они на самом деле, чтобы ты полностью вписался в их стандарты, не отличался от них и участвовал в разгуле, самом глупом и скучном, как у коммивояжеров на их съезде.

   Люди всегда вмешивались в твою жизнь, ради твоего же блага, и в конце концов я понял, что хотят они на самом деле, чтобы ты полностью вписался в их стандарты, не отличался от них и участвовал в разгуле, самом глупом и скучном, как у коммивояжеров на их съезде.

   — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
8. «

   Если есть два человека, любящих друг друга, счастливых, веселых, и один из них или оба создают что-то по-настоящему хорошее, люди тянутся к ним, как перелетные птицы слетаются ночью к яркому маяку. Люди, привлекающие других своим счастьем и успехом в работе, обычно неопытны, но быстро учатся противостоять чужой воле и учатся уходить в сторону. Но они не научились противостоять добрым, привлекательным, обаятельным, щедрым, чутким богачам, которые скоро завоевывают вашу любовь, а, напитавшись, идут дальше, оставляя после себя мертвую, вытоптанную землю, похуже, чем конница Атиллы.

   Если есть два человека, любящих друг друга, счастливых, веселых, и один из них или оба создают что-то по-настоящему хорошее, люди тянутся к ним, как перелетные птицы слетаются ночью к яркому маяку. Люди, привлекающие других своим счастьем и успехом в работе, обычно неопытны, но быстро учатся противостоять чужой воле и учатся уходить в сторону. Но они не научились противостоять добрым, привлекательным, обаятельным, щедрым, чутким богачам, которые скоро завоевывают вашу любовь, а, напитавшись, идут дальше, оставляя после себя мертвую, вытоптанную землю, похуже, чем конница Атиллы.

   — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
9. «

   Если тебе повезло и ты в молодости жил в Париже, то, где бы ты ни был потом, он до конца дней твоих останется с тобой, потому что Париж — это праздник, который всегда с тобой.

   Если тебе повезло и ты в молодости жил в Париже, то, где бы ты ни был потом, он до конца дней твоих останется с тобой, потому что Париж — это праздник, который всегда с тобой.
10. «

    Говорят, во всех нас заложены семена того, что мы сделаем, но мне всегда казалось, что у тех, кто шутит при жизни, семена покрыты лучшей почвой и навозом высшей категории.

    Говорят, во всех нас заложены семена того, что мы сделаем, но мне всегда казалось, что у тех, кто шутит при жизни, семена покрыты лучшей почвой и навозом высшей категории.

    — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
11. «

    Он врет, когда устал.

    Он врет, когда устал.

    — Эзра Паунд · книга
12. «

    Когда память ушла и ты сознаешь, что она ушла, можно впасть в отчаяние.

    Когда память ушла и ты сознаешь, что она ушла, можно впасть в отчаяние.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
13. «

    Не обманывай, да не обманут будешь.

    Не обманывай, да не обманут будешь.

    — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
14. «

    Насколько хороша книга, судит пишущий ее по тому, насколько хорош материал, от которого он отказался.

    Насколько хороша книга, судит пишущий ее по тому, насколько хорош материал, от которого он отказался.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
15. «

    — И тебе не интересно, чем все кончилось? — Нет. — И тебе не интересны жизнь и страдания других людей? — Только не твои. — Ты свинья. — Да.

    — И тебе не интересно, чем все кончилось? — Нет. — И тебе не интересны жизнь и страдания других людей? — Только не твои. — Ты свинья. — Да.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
16. «

    Все эти годы у меня не было более верного друга, чем Скотт, когда он был трезв.

    Все эти годы у меня не было более верного друга, чем Скотт, когда он был трезв.

    — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
17. «

    Думать было легче, когда гулял, или что-то делал, или видел людей за каким-то делом, им понятным.

    Думать было легче, когда гулял, или что-то делал, или видел людей за каким-то делом, им понятным.

    — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
18. «

    За последнюю нашу зиму в горах в нашу жизнь глубоко вошли новые люди, и всё навсегда переменилось.

    За последнюю нашу зиму в горах в нашу жизнь глубоко вошли новые люди, и всё навсегда переменилось.

    — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
19. «

    Электрошоковая терапия может уничтожить память, как уничтожает ее смерть или безумие, но, в отличии от смерти и безумия, ты остаешься с сознанием, что она уничтожена.

    Электрошоковая терапия может уничтожить память, как уничтожает ее смерть или безумие, но, в отличии от смерти и безумия, ты остаешься с сознанием, что она уничтожена.

    — Патрик Хемингуэй · книга
20. «

    Париж никогда не кончается, и воспоминания каждого человека, который жил в нем, отличается от воспоминаний любого другого. Мы всегда возвращались туда, кем бы мы ни были, как бы он ни изменился, независимо от того, насколько трудно или легко было до него добраться. Он всегда того стоит и всегда воздал нам за то, что мы ему приносили.

    Париж никогда не кончается, и воспоминания каждого человека, который жил в нем, отличается от воспоминаний любого другого. Мы всегда возвращались туда, кем бы мы ни были, как бы он ни изменился, независимо от того, насколько трудно или легко было до него добраться. Он всегда того стоит и всегда воздал нам за то, что мы ему приносили.

    — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга