«Франц Кафка. Дневники»: 71 цитата

Собрали 71 цитата из книги «Франц Кафка. Дневники» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Великие времена придворных шутов, пожалуй, прошли и больше не вернутся.

   Великие времена придворных шутов, пожалуй, прошли и больше не вернутся.
2. «

   За гробом Достоевского студенты хотели нести его кандалы. Он умер в рабочем квартале, на четвертом этаже доходного дома.

   За гробом Достоевского студенты хотели нести его кандалы. Он умер в рабочем квартале, на четвертом этаже доходного дома.
3. «

   Мы вправе собственной рукой поднять на себя кнут.

   Мы вправе собственной рукой поднять на себя кнут.

   — Франц Кафка · книга
4. «

   Пограничную зону между одиночеством и общением я пересекал крайне редко, в ней я обосновался даже более прочно, чем в самом одиночестве.

   Пограничную зону между одиночеством и общением я пересекал крайне редко, в ней я обосновался даже более прочно, чем в самом одиночестве.
5. «

   Отец братьев Карамазовых отнюдь не дурак — он очень умный, почти равный по уму Ивану, но злой человек.

   Отец братьев Карамазовых отнюдь не дурак — он очень умный, почти равный по уму Ивану, но злой человек.
6. «

   Директор страхового общества «Прогресс» всегда был крайне недоволен своими служащими. Пожалуй, всякий директор недоволен своими служащими, разница между служащими и директорами слишком велика, чтоб ее могли выравнять одни лишь приказы директора и одно лишь послушание служащих. Только обоюдная ненависть приводит к выравниванию и придает законченность всему делу.

   Директор страхового общества «Прогресс» всегда был крайне недоволен своими служащими. Пожалуй, всякий директор недоволен своими служащими, разница между служащими и директорами слишком велика, чтоб ее могли выравнять одни лишь приказы директора и одно лишь послушание служащих. Только обоюдная ненависть приводит к выравниванию и придает законченность всему делу.
7. «

   Мое определение было правильным и признано правильным: каждый любит другого таким, каков тот есть. Но с таким, каков тот есть, он не сможет, думает он, жить.

   Мое определение было правильным и признано правильным: каждый любит другого таким, каков тот есть. Но с таким, каков тот есть, он не сможет, думает он, жить.
8. «

   Последнее воспоминание о ней — неприязненная гримаса, которую она сделала, когда я в прихожей ее дома не удовольствовался поцелуем через перчатку, а расстегнул ее и поцеловал руку.

   Последнее воспоминание о ней — неприязненная гримаса, которую она сделала, когда я в прихожей ее дома не удовольствовался поцелуем через перчатку, а расстегнул ее и поцеловал руку.
9. «

   Возможное счастье все больше становится невозможным.

   Возможное счастье все больше становится невозможным.
10. «

    Человек, достигший чего-либо путного в малом, так натужно растягивает свой талант на большой роман, что становится тошно, даже если не забываешь восхититься той энергией, с которой насилуется собственный талант.

    Человек, достигший чего-либо путного в малом, так натужно растягивает свой талант на большой роман, что становится тошно, даже если не забываешь восхититься той энергией, с которой насилуется собственный талант.
11. «

    Будь я посторонним человеком, наблюдавшим за мной и за течением моей жизни, я должен был бы сказать, что все должно окончиться безрезультатно, растратиться в беспрестанных сомнениях, изобретательных лишь в самоистязании. Но, как лицо заинтересованное, я — живу надеждой.

    Будь я посторонним человеком, наблюдавшим за мной и за течением моей жизни, я должен был бы сказать, что все должно окончиться безрезультатно, растратиться в беспрестанных сомнениях, изобретательных лишь в самоистязании. Но, как лицо заинтересованное, я — живу надеждой.
12. «

    Как только я каким-либо образом осознаю, что оставляю в покое зло, устранить которое призван, я перестаю на какой-то момент ощущать мускулы рук.

    Как только я каким-либо образом осознаю, что оставляю в покое зло, устранить которое призван, я перестаю на какой-то момент ощущать мускулы рук.
13. «

    В сущности, я бездарный, невежественный человек, который, не принуждали бы его ходить в школу — не по доброй воле, но и едва ли замечая принуждение, — способен был бы забиться в собачью конуру, вылезая из нее только тогда, когда ему приносят жратву, и забираясь обратно, проглотив ее.

    В сущности, я бездарный, невежественный человек, который, не принуждали бы его ходить в школу — не по доброй воле, но и едва ли замечая принуждение, — способен был бы забиться в собачью конуру, вылезая из нее только тогда, когда ему приносят жратву, и забираясь обратно, проглотив ее.
14. «

    Если бы французы по характеру своему были бы немцами, как бы тогда восхищались ими немцы.

    Если бы французы по характеру своему были бы немцами, как бы тогда восхищались ими немцы.
15. «

    Сознание несчастья пробуждалось постепенно, само же несчастье уже существовало, нужен был проницательный, даже не пророческий взгляд, чтобы увидеть его.

    Сознание несчастья пробуждалось постепенно, само же несчастье уже существовало, нужен был проницательный, даже не пророческий взгляд, чтобы увидеть его.
16. «

    Это хорошее испытание меры несчастья — дать человеку совладать с собой в одиночестве.

    Это хорошее испытание меры несчастья — дать человеку совладать с собой в одиночестве.
17. «

    Я словно из камня, я словно надгробный памятник себе, нет даже щёлки для сомнения или веры, для любви или отвращения, для отваги или страха перед чем-то определённым или вообще, — живёт лишь шаткая надежда; бесплодная, как надписи на надгробиях.

    Я словно из камня, я словно надгробный памятник себе, нет даже щёлки для сомнения или веры, для любви или отвращения, для отваги или страха перед чем-то определённым или вообще, — живёт лишь шаткая надежда; бесплодная, как надписи на надгробиях.

    — Франц Кафка · книга
18. «

    Зачем позволять кому-то родиться, чтобы затем пытаться его угробить.

    Зачем позволять кому-то родиться, чтобы затем пытаться его угробить.
19. «

    Прими меня в свои объятия, в них — глубина, прими меня в глубину, не хочешь сейчас — пусть позже. Возьми меня, возьми меня — сплетение глупости и боли.

    Прими меня в свои объятия, в них — глубина, прими меня в глубину, не хочешь сейчас — пусть позже. Возьми меня, возьми меня — сплетение глупости и боли.
20. «

    Воспитание как заговор взрослых. Разными обманами, в которые мы сами, правда в другом смысле, верим, мы завлекаем играющих на свободе детей в наш тесный дом.

    Воспитание как заговор взрослых. Разными обманами, в которые мы сами, правда в другом смысле, верим, мы завлекаем играющих на свободе детей в наш тесный дом.