«Франсуаза Саган. Сигнал к капитуляции» в 21 цитата

Ниже 21 цитата из книги «Франсуаза Саган. Сигнал к капитуляции»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Тревога ещё сильнее ревности подстёгивает страсть.

   Тревога ещё сильнее ревности подстёгивает страсть.
2. «

   К тому же рано или поздно он начнёт, а может, уже начал попрекать вас за то, какая вы: за ваше эпикурейство, беспечность, малодушие. Он полагает, всё это — недостатки, они будут раздражать его. Он ещё не понимает, что в них сила женщины. Что за это мужчины и любят её, даже если порой именно из за этого бывают несчастны. Антуан поймёт это — с вашей помощью. Он поймет, что вы такая весёлая, такая желанная благодаря своим недостаткам, а не вопреки. Но будет поздно.

   К тому же рано или поздно он начнёт, а может, уже начал попрекать вас за то, какая вы: за ваше эпикурейство, беспечность, малодушие. Он полагает, всё это — недостатки, они будут раздражать его. Он ещё не понимает, что в них сила женщины. Что за это мужчины и любят её, даже если порой именно из за этого бывают несчастны. Антуан поймёт это — с вашей помощью. Он поймет, что вы такая весёлая, такая желанная благодаря своим недостаткам, а не вопреки. Но будет поздно.
3. «

   Смех вдвоём — сколько в нём прелести и каверз! Не переоценить его могущества. Любовь и дружба, желание и отчаяние — ничему без него не обойтись.

   Смех вдвоём — сколько в нём прелести и каверз! Не переоценить его могущества. Любовь и дружба, желание и отчаяние — ничему без него не обойтись.
4. «

   Мужчина не может уважать любовницу, если не любит.

   Мужчина не может уважать любовницу, если не любит.
5. «

   Когда мы счастливы, все окружающие кажутся нам пусть второстепенными, но соучастниками нашего счастья. Только потеряв его, мы понимаем, что то были лишь случайные его свидетели.

   Когда мы счастливы, все окружающие кажутся нам пусть второстепенными, но соучастниками нашего счастья. Только потеряв его, мы понимаем, что то были лишь случайные его свидетели.
6. «

   У неё был своеобразный предлог не задумываться о будущем: короткая линия жизни.

   У неё был своеобразный предлог не задумываться о будущем: короткая линия жизни.
7. «

   Не может быть ничего выше мига, когда ты нашёл вторую половину себя.

   Не может быть ничего выше мига, когда ты нашёл вторую половину себя.
8. «

   Чтобы мужчина и женщина полюбили друг друга, недостаточно вместе смеяться. Надо ещё заставлять друг друга страдать.

   Чтобы мужчина и женщина полюбили друг друга, недостаточно вместе смеяться. Надо ещё заставлять друг друга страдать.
9. «

   Иногда он украдкой бросал на неё вопросительные взгляды. Люсиль была необычайно ленива. То, как мало ей нужно для счастья, её способность абсолютно ничего не делать, ни о чём не думать, её дар довольствоваться столь пустыми, бездеятельными, однообразными днями — все это казалось ему странным, почти чудовищным. Антуан знал, что она его любит и потому ей не бывает с ним скучно. Но он догадывался также, что подобный образ жизни вполне соответствует её натуре, тогда как для него эта пустота была временной паузой, данью страсти. Порой ему казалось, что рядом с ним не женщина, а непонятный зверек, неведомое растение, мандрагора.

   Иногда он украдкой бросал на неё вопросительные взгляды. Люсиль была необычайно ленива. То, как мало ей нужно для счастья, её способность абсолютно ничего не делать, ни о чём не думать, её дар довольствоваться столь пустыми, бездеятельными, однообразными днями — все это казалось ему странным, почти чудовищным. Антуан знал, что она его любит и потому ей не бывает с ним скучно. Но он догадывался также, что подобный образ жизни вполне соответствует её натуре, тогда как для него эта пустота была временной паузой, данью страсти. Порой ему казалось, что рядом с ним не женщина, а непонятный зверек, неведомое растение, мандрагора.
10. «

    Она ревновала и не смогла этого скрыть. Значит, она пропала.

    Она ревновала и не смогла этого скрыть. Значит, она пропала.
11. «

    Нередко сетуют, что люди стали забывать цену словам. Но часто они забывают и то, как много безумства и абсурда может заключать молчание.

    Нередко сетуют, что люди стали забывать цену словам. Но часто они забывают и то, как много безумства и абсурда может заключать молчание.
12. «

    Есть в этой музыке нечто жестокое, как и в том, кто пытался стать счастливым и добрым, а вместо того заставил других страдать и теперь сам не знает, кто он и что.

    Есть в этой музыке нечто жестокое, как и в том, кто пытался стать счастливым и добрым, а вместо того заставил других страдать и теперь сам не знает, кто он и что.
13. «

    От мужчин вечно одни неприятности, но не стоит лить из-за них слёз.

    От мужчин вечно одни неприятности, но не стоит лить из-за них слёз.
14. «

    Любовь цепляется за любую соломинку, толкует в свою пользу даже то, что, казалось бы, против нее.

    Любовь цепляется за любую соломинку, толкует в свою пользу даже то, что, казалось бы, против нее.
15. «

    Вы слишком любите быть счастливой. Но есть в вас нечто ещё, страшно притягательное. Как бы сказать… Вечный порыв? Впечатление, будто вы всегда в движении, хотя никуда не едете. Что то вроде ненасытности, хотя вы не желаете ничего иметь. Что то вроде весёлости, хотя вы редко смеётесь. Знаете, люди так часто выглядят уставшими от жизни, опустошёнными. А из вас жизнь бьёт ключом.

    Вы слишком любите быть счастливой. Но есть в вас нечто ещё, страшно притягательное. Как бы сказать… Вечный порыв? Впечатление, будто вы всегда в движении, хотя никуда не едете. Что то вроде ненасытности, хотя вы не желаете ничего иметь. Что то вроде весёлости, хотя вы редко смеётесь. Знаете, люди так часто выглядят уставшими от жизни, опустошёнными. А из вас жизнь бьёт ключом.
16. «

    За гордую осанку приходится дорого платить.

    За гордую осанку приходится дорого платить.
17. «

    ...они были на том этапе любви, когда в любимом нравится не только то, чем он на деле обладает, но и то, каким он хочет казаться, — когда нравится принимать не только правду, но и полуправду о нем. Ведь не скрывая, что это не совсем истина, он как бы оказывает тебе высшее доверие.

    ...они были на том этапе любви, когда в любимом нравится не только то, чем он на деле обладает, но и то, каким он хочет казаться, — когда нравится принимать не только правду, но и полуправду о нем. Ведь не скрывая, что это не совсем истина, он как бы оказывает тебе высшее доверие.
18. «

    Случается порой, что человек совершенно счастлив один, сам по себе. Воспоминания о таких минутах скорее любых других спасают в трудный момент от отчаяния. Вы знаете, что способны быть счастливым в одиночестве и без всяких видимых причин. Вы знаете, что это возможно. И если человек несчастен из-за другого, безнадежно, почти органически зависим от него, такие воспоминания возвращают уверенность.

    Случается порой, что человек совершенно счастлив один, сам по себе. Воспоминания о таких минутах скорее любых других спасают в трудный момент от отчаяния. Вы знаете, что способны быть счастливым в одиночестве и без всяких видимых причин. Вы знаете, что это возможно. И если человек несчастен из-за другого, безнадежно, почти органически зависим от него, такие воспоминания возвращают уверенность.
19. «

    Нельзя курить натощак. Впрочем, нельзя также много пить, слишком быстро водить машину, чересчур усердно заниматься любовью, перетруждать сердце, транжирить деньги. Ничего нельзя.

    Нельзя курить натощак. Впрочем, нельзя также много пить, слишком быстро водить машину, чересчур усердно заниматься любовью, перетруждать сердце, транжирить деньги. Ничего нельзя.
20. «

    Август пролетел как сон. Накануне первого сентября они легли спать в полночь. Бездельничавший целый месяц будильник Антуана был заведён на восемь часов. Антуан неподвижно лежал на спине, рука с зажжённой сигаретой свесилась с кровати. Начался дождь. Тяжёлые капли лениво спускались с небес и плюхались на асфальт. Антуану почему-то казалось, что дождь тёплый, а может, и солёный, как слёзы Люсиль, тихо скатывавшиеся из её глаз ему на щеку. Было бессмысленно спрашивать о причине этих слёз — что у облаков, что у Люсиль. Кончилось лето. Он знал, прошло самое прекрасное лето в их жизни.

    Август пролетел как сон. Накануне первого сентября они легли спать в полночь. Бездельничавший целый месяц будильник Антуана был заведён на восемь часов. Антуан неподвижно лежал на спине, рука с зажжённой сигаретой свесилась с кровати. Начался дождь. Тяжёлые капли лениво спускались с небес и плюхались на асфальт. Антуану почему-то казалось, что дождь тёплый, а может, и солёный, как слёзы Люсиль, тихо скатывавшиеся из её глаз ему на щеку. Было бессмысленно спрашивать о причине этих слёз — что у облаков, что у Люсиль. Кончилось лето. Он знал, прошло самое прекрасное лето в их жизни.