Топ-14 цитат из книги «Франсуаза Саган. Здравствуй, грусть»

14 цитат из книги «Франсуаза Саган. Здравствуй, грусть» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Достаточно причин, чтобы быть счастливой и молчать.

   Достаточно причин, чтобы быть счастливой и молчать.

   — Сесиль · книга
2. «

   Оба улыбались счастливой улыбкой. Это произвело на меня впечатление – счастье всегда было в моих глазах залогом правоты и удачи.

   Оба улыбались счастливой улыбкой. Это произвело на меня впечатление – счастье всегда было в моих глазах залогом правоты и удачи.

   — Сесиль · книга
3. «

   Бывают фразы, от которых на меня веет духом изысканной интеллектуальности, и это покоряет меня, даже если я не до конца их понимаю.

   Бывают фразы, от которых на меня веет духом изысканной интеллектуальности, и это покоряет меня, даже если я не до конца их понимаю.

   — Сесиль · книга
4. «

   Жалость — приятное чувство, устоять перед ним так же трудно, как перед музыкой военного оркестра.

   Жалость — приятное чувство, устоять перед ним так же трудно, как перед музыкой военного оркестра.

   — Сесиль · книга
5. «

   Быть может, ее доброта была утонченной формой ума, а то и просто равнодушия.

   Быть может, ее доброта была утонченной формой ума, а то и просто равнодушия.

   — Сесиль · книга
6. «

   Вы редко думаете о будущем — правда ведь? Это привилегия молодости.

   Вы редко думаете о будущем — правда ведь? Это привилегия молодости.
7. «

   Удивительная штука: я взяла Эльзу на мушку, подметила её уязвимое место и, прежде чем заговорить, точно рассчитала удар. Я впервые познала ни с чем не сравнимое наслаждение: разгадать человека, увидеть его насквозь, заглянуть ему в душу и поразить в больное место. Осторожно, точно прикасаясь пальцем к пружинке, я пыталась прощупать кого-то — и тотчас сработало. Я попала в цель! Прежде я никогда не испытывала ничего подобного, я была слишком импульсивна. Если я затрагивала чью-нибудь чувствительную струнку, то только по неосмотрительности. И вдруг мне приоткрылся удивительный механизм человеческих реакций, могущество слова… Как жаль, что я обнаружила это на путях обмана. Но в один прекрасный день я полюблю кого-нибудь всей душой, и вот так же осторожно, ласково, трепетной рукой нащупаю путь к его сердцу…

   Удивительная штука: я взяла Эльзу на мушку, подметила её уязвимое место и, прежде чем заговорить, точно рассчитала удар. Я впервые познала ни с чем не сравнимое наслаждение: разгадать человека, увидеть его насквозь, заглянуть ему в душу и поразить в больное место. Осторожно, точно прикасаясь пальцем к пружинке, я пыталась прощупать кого-то — и тотчас сработало. Я попала в цель! Прежде я никогда не испытывала ничего подобного, я была слишком импульсивна. Если я затрагивала чью-нибудь чувствительную струнку, то только по неосмотрительности. И вдруг мне приоткрылся удивительный механизм человеческих реакций, могущество слова… Как жаль, что я обнаружила это на путях обмана. Но в один прекрасный день я полюблю кого-нибудь всей душой, и вот так же осторожно, ласково, трепетной рукой нащупаю путь к его сердцу…

   — Сесиль · книга
8. «

   Знаю, — сказала я, — я молодое, здоровое и безмозглое существо, весёлое и глупое.

   Знаю, — сказала я, — я молодое, здоровое и безмозглое существо, весёлое и глупое.

   — Сесиль · книга
9. «

   К чужим недостаткам легко привыкаешь, если не считаешь своим долгом их исправлять.

   К чужим недостаткам легко привыкаешь, если не считаешь своим долгом их исправлять.

   — Сесиль · книга
10. «

    Потом я растягивалась на берегу, зачерпывала целую горсть песка и, пропуская между пальцами желтоватую ласковую струйку, думала, что вот так же утекает время, что это нехитрая мысль и что нехитрые мысли приятны.

    Потом я растягивалась на берегу, зачерпывала целую горсть песка и, пропуская между пальцами желтоватую ласковую струйку, думала, что вот так же утекает время, что это нехитрая мысль и что нехитрые мысли приятны.

    — Сесиль · книга
11. «

    Глупо, когда мужчина всю свою жизнь посвящает одной женщине!

    Глупо, когда мужчина всю свою жизнь посвящает одной женщине!

    — Ломбар · книга
12. «

    Это незнакомое чувство, преследующие меня своей вкрадчивой тоской, я не решаюсь назвать, дать ему прекрасное и торжественное имя — грусть. Это такое всепоглощающее, такое эгоистическое чувство, что я почти стыжусь его, а грусть всегда внушала мне уважение. А теперь что-то раздражающее и мягкое, как шелк обволакивает меня и отчуждает от других.

    Это незнакомое чувство, преследующие меня своей вкрадчивой тоской, я не решаюсь назвать, дать ему прекрасное и торжественное имя — грусть. Это такое всепоглощающее, такое эгоистическое чувство, что я почти стыжусь его, а грусть всегда внушала мне уважение. А теперь что-то раздражающее и мягкое, как шелк обволакивает меня и отчуждает от других.

    — Сесиль · книга
13. «

    И я поняла, что куда больше подхожу для того, чтобы целоваться на солнце с юношей, чем для того, чтобы защищать диссертацию...

    И я поняла, что куда больше подхожу для того, чтобы целоваться на солнце с юношей, чем для того, чтобы защищать диссертацию...

    — Сесиль · книга
14. «

    Удивительное дело — судьба любит являться нам в самом не достойном или заурядном обличье.

    Удивительное дело — судьба любит являться нам в самом не достойном или заурядном обличье.

    — Сесиль · книга