27 цитат из книги «Фредерик Бегбедер. Каникулы в коме» — коротко и по делу

27 цитат из книги «Фредерик Бегбедер. Каникулы в коме» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Забавный парадокс: болтуны, как правило, остаются в одиночестве.

   Забавный парадокс: болтуны, как правило, остаются в одиночестве.
2. «

   Основные события двадцать первого века или развернутся в дамских комнатах, или не случатся вовсе.

   Основные события двадцать первого века или развернутся в дамских комнатах, или не случатся вовсе.
3. «

   Жосс и Марк совсем не похожи: наверное, поэтому они когда-то были так дружны.

   Жосс и Марк совсем не похожи: наверное, поэтому они когда-то были так дружны.
4. «

   На лице безразлично-презрительное выражение – как у всех женщин, которых в настоящем кадрят гораздо реже, чем в прошлом.

   На лице безразлично-презрительное выражение – как у всех женщин, которых в настоящем кадрят гораздо реже, чем в прошлом.
5. «

   ... Я люблю разочаровывать людей. И стараюсь делать это как можно чаще. Только так я могу заставить их продолжать интересоваться моей особой.

   ... Я люблю разочаровывать людей. И стараюсь делать это как можно чаще. Только так я могу заставить их продолжать интересоваться моей особой.
6. «

   Вечеринка, которая начинается с давки у дверей, притом что внутри нет ни души, это – правильная вечеринка.

   Вечеринка, которая начинается с давки у дверей, притом что внутри нет ни души, это – правильная вечеринка.
7. «

   Завтра — это поцелуй в шею. Капля дождичка на лбу. Завтра — это поехавший чулок и упавшая с плеча бретелька. Завтра — день вечного Великого поста. Завтра ночь пройдет в тишине.

   Завтра — это поцелуй в шею. Капля дождичка на лбу. Завтра — это поехавший чулок и упавшая с плеча бретелька. Завтра — день вечного Великого поста. Завтра ночь пройдет в тишине.
8. «

   — А как насчет вот этой, моей коронной: «Мадемуазель, вы в рот берете?»? — Рискованно. Девять шансов из десяти, что заработаете фонарь под глаз. — Но разве остающийся шанс не стоит того, чтобы рискнуть? — Если посмотреть с этой точки зрения — конечно! Кто ничем не рискует, тот не пьет шампанское. Марк только что соврал: на самом деле его любимая фраза для начала знакомства — «Мадемуазель, позвольте угостить вас лимонадом?»

   — А как насчет вот этой, моей коронной: «Мадемуазель, вы в рот берете?»? — Рискованно. Девять шансов из десяти, что заработаете фонарь под глаз. — Но разве остающийся шанс не стоит того, чтобы рискнуть? — Если посмотреть с этой точки зрения — конечно! Кто ничем не рискует, тот не пьет шампанское. Марк только что соврал: на самом деле его любимая фраза для начала знакомства — «Мадемуазель, позвольте угостить вас лимонадом?»
9. «

   Душ из шампанского, ведерки для льда, надетые на головы вместо шляп, бронхопневмония в перспективе...

   Душ из шампанского, ведерки для льда, надетые на головы вместо шляп, бронхопневмония в перспективе...
10. «

    В чем тут дело: мир ли на самом деле прекрасен и Удивителен или просто наш Марк напился?

    В чем тут дело: мир ли на самом деле прекрасен и Удивителен или просто наш Марк напился?
11. «

    — Анна, запомни главное: самые скучные минуты в жизни любого мужчины — между эякуляцией и следующей эрекцией.

    — Анна, запомни главное: самые скучные минуты в жизни любого мужчины — между эякуляцией и следующей эрекцией.
12. «

    Её грудь позвала его в путь.

    Её грудь позвала его в путь.
13. «

    Вы не замечали ни разу, что именно те люди, которые боятся показаться смешными, чаще всего кажутся смешными?

    Вы не замечали ни разу, что именно те люди, которые боятся показаться смешными, чаще всего кажутся смешными?

    — Марк Марронье · книга
14. «

    Адепты пирсинга сводят с ума детектор металла.

    Адепты пирсинга сводят с ума детектор металла.
15. «

    Три слагаемых успеха на «Н»: Напор, Наглость и Независимость.

    Три слагаемых успеха на «Н»: Напор, Наглость и Независимость.

    — Фредерик Бегбедер · книга
16. «

    Я дрейфующий дредноут. Я — комета, лунатик, мне сделали трепанацию черепа. Я — клоака, кахексия, атаксия, атараксия.

    Я дрейфующий дредноут. Я — комета, лунатик, мне сделали трепанацию черепа. Я — клоака, кахексия, атаксия, атараксия.
17. «

    С тех пор как я стал знаменит, мои хохмы всегда вызывают бурю смеха.

    С тех пор как я стал знаменит, мои хохмы всегда вызывают бурю смеха.
18. «

    Как только в мир пришел СПИД, все стало супер сексуальным, вот только трах***ся почти перестали.

    Как только в мир пришел СПИД, все стало супер сексуальным, вот только трах***ся почти перестали.
19. «

    Каждый борется за себя, как может. Некоторые пытаются вести беседы, несмотря на шум. Им приходится часто повторять слова и постоянно напрягать притупившийся слух. Но на дискотеке кричать бесполезно. Чаще всего дело кончается тем, что собеседники невпопад обмениваются номерами телефонов, нацарапанными на тыльной стороне ладони, и откладывают беседу до лучших времен. Другие танцуют, держа в руках стаканы и вперив в них взгляд. Время от времени они сильно рискуют, поднося их к губам: при этом любое неловкое движение локтя соседа ведет к тому, что они обливают себя. Поскольку на дорожке невозможно ни пить, ни разговаривать, созерцание собственных ботинок представляется Марку вполне этически допустимым занятием. Не стоит думать, что вся абсурдность ситуации ускользнула от него. Напротив, никогда он столь ясно не осознавал свою принадлежность к классу юных идиотов из хороших семей, как в этом одиночестве посреди толпы охваченных энтузиазмом безумцев, на этом беломраморном полу, воображая себя бунтарём, при том, что принадлежит он к весьма привилегированной касте, в то время как миллионы людей спят на улице при температуре ниже 15С, подложив под себя лист гофрированного картона. Он всё это знает и именно поэтому уставился в пол.

    Каждый борется за себя, как может. Некоторые пытаются вести беседы, несмотря на шум. Им приходится часто повторять слова и постоянно напрягать притупившийся слух. Но на дискотеке кричать бесполезно. Чаще всего дело кончается тем, что собеседники невпопад обмениваются номерами телефонов, нацарапанными на тыльной стороне ладони, и откладывают беседу до лучших времен. Другие танцуют, держа в руках стаканы и вперив в них взгляд. Время от времени они сильно рискуют, поднося их к губам: при этом любое неловкое движение локтя соседа ведет к тому, что они обливают себя. Поскольку на дорожке невозможно ни пить, ни разговаривать, созерцание собственных ботинок представляется Марку вполне этически допустимым занятием. Не стоит думать, что вся абсурдность ситуации ускользнула от него. Напротив, никогда он столь ясно не осознавал свою принадлежность к классу юных идиотов из хороших семей, как в этом одиночестве посреди толпы охваченных энтузиазмом безумцев, на этом беломраморном полу, воображая себя бунтарём, при том, что принадлежит он к весьма привилегированной касте, в то время как миллионы людей спят на улице при температуре ниже 15С, подложив под себя лист гофрированного картона. Он всё это знает и именно поэтому уставился в пол.
20. «

    Вот там, прямо по курсу, – юг, Африка! Слева – русские, справа – америкашки. Первые дохнут от голода, вторые – от зависти, а третьи – от несварения желудка.

    Вот там, прямо по курсу, – юг, Африка! Слева – русские, справа – америкашки. Первые дохнут от голода, вторые – от зависти, а третьи – от несварения желудка.