14 цитат из книги «Фрэнсис Бёрнетт. Маленькая принцесса» — от иронии до философии

14 цитат из книги «Фрэнсис Бёрнетт. Маленькая принцесса» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда все плохо… очень плохо… я изо всех сил вспоминаю, что я принцесса. Я себе говорю: «Я принцесса, я сказочная принцесса, и потому никто меня не может обидеть и ничто – огорчить». Ты даже не знаешь, как это помогает отвлечься…

   Когда все плохо… очень плохо… я изо всех сил вспоминаю, что я принцесса. Я себе говорю: «Я принцесса, я сказочная принцесса, и потому никто меня не может обидеть и ничто – огорчить». Ты даже не знаешь, как это помогает отвлечься…
2. «

   Если Природа сделала тебя дающей, руки твои и сердце всегда раскрыты. Конечно, может случиться, что руки у тебя иногда бывают пусты, но сердце твое всегда полно; это от сердечной полноты ты даришь людям и тепло, и ласку, и помощь, и участие, и смех. Доброта и веселый смех порой помогают лучше всего!

   Если Природа сделала тебя дающей, руки твои и сердце всегда раскрыты. Конечно, может случиться, что руки у тебя иногда бывают пусты, но сердце твое всегда полно; это от сердечной полноты ты даришь людям и тепло, и ласку, и помощь, и участие, и смех. Доброта и веселый смех порой помогают лучше всего!
3. «

   — Я Сару приютила, — с жаром повторяла она — Я всё для неё делала. Если бы не я, она бы умерла с голоду на улице! Тут индийский джентльмен не выдержал — Во всяком случае, там она умирала бы с большим комфортом, чем у вас на чердаке!

   — Я Сару приютила, — с жаром повторяла она — Я всё для неё делала. Если бы не я, она бы умерла с голоду на улице! Тут индийский джентльмен не выдержал — Во всяком случае, там она умирала бы с большим комфортом, чем у вас на чердаке!

   — мисс Минчин · книга
4. «

   Если я — принцесса, то неважно, во что я одета: в тряпье или в шелка. Легко быть принцессой, если твоя одежда из золота. Попробуй остаться ею в нищете и в горестях. Мария-Антуанетта сохранила королевское достоинство и тогда, когда у неё отняли трон и заключили в тюрьму, оскорбляли и называли вдовой Капет. У неё было единственное черное платье, а волосы поседели, но она оставалась королевой в большей степени, чем когда вела беспутную жизнь, носила яркие, блестящие наряды и жила в роскоши и великолепии. Толпы орущей черни не испугали её. Она была сильнее их, даже когда поднималась на эшафот. Когда Саре было особенно грустно и одиноко, она часто обращалась к этой мысли. Она помогала ей принимать все тяготы судьбы, не впадая в отчаяние, с душевной стойкостью.

   Если я — принцесса, то неважно, во что я одета: в тряпье или в шелка. Легко быть принцессой, если твоя одежда из золота. Попробуй остаться ею в нищете и в горестях. Мария-Антуанетта сохранила королевское достоинство и тогда, когда у неё отняли трон и заключили в тюрьму, оскорбляли и называли вдовой Капет. У неё было единственное черное платье, а волосы поседели, но она оставалась королевой в большей степени, чем когда вела беспутную жизнь, носила яркие, блестящие наряды и жила в роскоши и великолепии. Толпы орущей черни не испугали её. Она была сильнее их, даже когда поднималась на эшафот. Когда Саре было особенно грустно и одиноко, она часто обращалась к этой мысли. Она помогала ей принимать все тяготы судьбы, не впадая в отчаяние, с душевной стойкостью.
5. «

   — Да, моя дорогая — проговорил мистер Кэррисфорд — Конечно, это тяжело. Иди и сядь сюда, на скамеечку, и помни только одно: ты принцесса. — Да, — отвечала Сара с улыбкой, — и я могу раздавать народу хлеб и булки.

   — Да, моя дорогая — проговорил мистер Кэррисфорд — Конечно, это тяжело. Иди и сядь сюда, на скамеечку, и помни только одно: ты принцесса. — Да, — отвечала Сара с улыбкой, — и я могу раздавать народу хлеб и булки.

   — Сара Кру · книга
6. «

   Неизвестно, как животные понимают людей, только они их, вне всякого сомнения, понимают. Возможно, существует какой-то язык, который не зависит от слов, и его понимают все на свете. Возможно, в каждом существе скрыта душа, и она может без слов общаться с другими душами.

   Неизвестно, как животные понимают людей, только они их, вне всякого сомнения, понимают. Возможно, существует какой-то язык, который не зависит от слов, и его понимают все на свете. Возможно, в каждом существе скрыта душа, и она может без слов общаться с другими душами.
7. «

   Как тяжело быть крысой! — подумала Сара. — Никто не любит их. Все вскакивают, когда увидят крысу, и кричат: «Ах, отвратительная крыса!» Мне было бы очень неприятно, если бы люди вскакивали, увидав меня, и кричали: «Ах, отвратительная Сара!» — и ставили для меня ловушки, прикидываясь, как будто хотят угостить меня обедом. Быть воробьем несравненно лучше. Но ведь никто не спрашивал крысу, кем она хочет быть — крысой или воробьем.

   Как тяжело быть крысой! — подумала Сара. — Никто не любит их. Все вскакивают, когда увидят крысу, и кричат: «Ах, отвратительная крыса!» Мне было бы очень неприятно, если бы люди вскакивали, увидав меня, и кричали: «Ах, отвратительная Сара!» — и ставили для меня ловушки, прикидываясь, как будто хотят угостить меня обедом. Быть воробьем несравненно лучше. Но ведь никто не спрашивал крысу, кем она хочет быть — крысой или воробьем.
8. «

   Ничего нет приятнее, чем что-нибудь вообразить. Это почти то же самое, что быть волшебницей.

   Ничего нет приятнее, чем что-нибудь вообразить. Это почти то же самое, что быть волшебницей.
9. «

   Когда живётся плохо, надо думать о ком-нибудь другом.

   Когда живётся плохо, надо думать о ком-нибудь другом.
10. «

    Ей всегда стоило немалого труда сдержаться, если ее вдруг отрывали от чтения. Тем, кто любит читать, знакомо это чувство раздражения. В такие минуты трудно бывает сдержаться и не наговорить резкостей.

    Ей всегда стоило немалого труда сдержаться, если ее вдруг отрывали от чтения. Тем, кто любит читать, знакомо это чувство раздражения. В такие минуты трудно бывает сдержаться и не наговорить резкостей.
11. «

    Куклы много чего умеют, только мы об этом не догадываемся. Я это твердо знаю. Может быть, Эмили и правда умеет читать, говорить и ходить, но делает это только тогда, когда в комнате никого нет. Это ее тайна. Ведь если бы люди узнали, что куклы многое умеют, они бы заставили их работать. Может быть, поэтому куклы и дали друг другу клятву хранить тайну. Если вы останетесь в комнате, Эмили будет просто сидеть с широко открытыми глазами. Однако если вы уйдете, она станет читать или, может, смотреть в окошко. Но только услышит, что кто-то возвращается, тотчас прибежит, прыгнет в свое креслице и сделает вид, что так там и сидела все время.

    Куклы много чего умеют, только мы об этом не догадываемся. Я это твердо знаю. Может быть, Эмили и правда умеет читать, говорить и ходить, но делает это только тогда, когда в комнате никого нет. Это ее тайна. Ведь если бы люди узнали, что куклы многое умеют, они бы заставили их работать. Может быть, поэтому куклы и дали друг другу клятву хранить тайну. Если вы останетесь в комнате, Эмили будет просто сидеть с широко открытыми глазами. Однако если вы уйдете, она станет читать или, может, смотреть в окошко. Но только услышит, что кто-то возвращается, тотчас прибежит, прыгнет в свое креслице и сделает вид, что так там и сидела все время.
12. «

    Большую семью она полюбила потому, что все в ней были такие счастливые, а индийского джентльмена – за то, что он был несчастлив.

    Большую семью она полюбила потому, что все в ней были такие счастливые, а индийского джентльмена – за то, что он был несчастлив.
13. «

    Если о чем-нибудь думать изо всех сил, то кажется, что так оно и есть на самом деле.

    Если о чем-нибудь думать изо всех сил, то кажется, что так оно и есть на самом деле.
14. «

    Когда кому-то нравишься, хочется сказать «спасибо».

    Когда кому-то нравишься, хочется сказать «спасибо».