16 коротких цитат из книги «Фридрих Вильгельм Ницше. Стихотворения»

Ниже 16 цитат из книги «Фридрих Вильгельм Ницше. Стихотворения»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Встречаясь с великим — а я встречаюсь, - надо молчать или заговорить вровень с ним: заговори вровень с ним, моя восхищенная мудрость!

   Встречаясь с великим — а я встречаюсь, - надо молчать или заговорить вровень с ним: заговори вровень с ним, моя восхищенная мудрость!
2. «

   У ржавого — к заточенным кинжалам Претензия: почет вещам бывалым.

   У ржавого — к заточенным кинжалам Претензия: почет вещам бывалым.
3. «

   Так всякий говорит военачальник: «Не давай покоя ни победителю, ни побежденному».

   Так всякий говорит военачальник: «Не давай покоя ни победителю, ни побежденному».
4. «

   Чем погибает безвозвратней Мой дух, прикованный к страстям, Тем мысль смелей и необъятней Стремится к вечным небесам. Так пальма, корни отрастая, Чем глубже ранит землю в грудь, Тем выше ветви простирая, Яснее видит звёздный путь.

   Чем погибает безвозвратней Мой дух, прикованный к страстям, Тем мысль смелей и необъятней Стремится к вечным небесам. Так пальма, корни отрастая, Чем глубже ранит землю в грудь, Тем выше ветви простирая, Яснее видит звёздный путь.
5. «

   Череп! Мудрость глядит из зияющих впадин глазных, Тихо гниющая лобная кость говорит без тумана: Нет наслаждения правдой в волненьях пустых, Нет красоты и ума вдохновений в пожаре обмана. Ряд обнажённых зубов, искривлённых тоской, Грустно смеётся над тем, что мы славим и нагло позорим... Избранных эта насмешка зовёт на покой Без упоения призрачным счастьем, иль видимым горем... Правда — в недвижном одном замираньи, в гниеньи одном! Тайна — нирвана; получит блаженство в ней ум безнадёжно-бессильный... Жизнь — есть святое затишье, покрытое сном... Жизнь — это мирно и тихо гниющий от света могильный Череп.

   Череп! Мудрость глядит из зияющих впадин глазных, Тихо гниющая лобная кость говорит без тумана: Нет наслаждения правдой в волненьях пустых, Нет красоты и ума вдохновений в пожаре обмана. Ряд обнажённых зубов, искривлённых тоской, Грустно смеётся над тем, что мы славим и нагло позорим... Избранных эта насмешка зовёт на покой Без упоения призрачным счастьем, иль видимым горем... Правда — в недвижном одном замираньи, в гниеньи одном! Тайна — нирвана; получит блаженство в ней ум безнадёжно-бессильный... Жизнь — есть святое затишье, покрытое сном... Жизнь — это мирно и тихо гниющий от света могильный Череп.
6. «

   Вот с чего я начал: разучился сочувствовать себе самому!

   Вот с чего я начал: разучился сочувствовать себе самому!
7. «

   Тем идеал священен и велик, Что мы достичь его вершин не в силах, Но юноша, и дева, и старик Перестают томиться им... в могилах. Как радуга сияет идеал... Мы знаем все, что радуга виденье, Но идеал так мощно б не блистал, Когда свои мы поняли стремленья... Он навсегда б, как метеор, угас, Когда б мы все пришли к его вершине... И вера в жизнь и свет исчезла в нас, И мы все умерли б, тоскуя о святыне.

   Тем идеал священен и велик, Что мы достичь его вершин не в силах, Но юноша, и дева, и старик Перестают томиться им... в могилах. Как радуга сияет идеал... Мы знаем все, что радуга виденье, Но идеал так мощно б не блистал, Когда свои мы поняли стремленья... Он навсегда б, как метеор, угас, Когда б мы все пришли к его вершине... И вера в жизнь и свет исчезла в нас, И мы все умерли б, тоскуя о святыне.
8. «

   В поисках любви я вечно — и вечно личины, личины проклятья должен обнаруживать и разбивать.

   В поисках любви я вечно — и вечно личины, личины проклятья должен обнаруживать и разбивать.
9. «

   Тоска традиций и тоска новаций... Не лучше ли в пустыне затеряться?

   Тоска традиций и тоска новаций... Не лучше ли в пустыне затеряться?
10. «

    Твой оплот - Скользкий лед, Если танец — не полет.

    Твой оплот - Скользкий лед, Если танец — не полет.
11. «

    Раскинулась водой озерной Душа, и в ней, как солнца блик, Живет, смеясь в волне повторной Твой милый лучезарный лик.

    Раскинулась водой озерной Душа, и в ней, как солнца блик, Живет, смеясь в волне повторной Твой милый лучезарный лик.
12. «

    Она умна — а дурою слыла. Из-за нее, такие вот дела, Сошел с ума умнейший обожатель.

    Она умна — а дурою слыла. Из-за нее, такие вот дела, Сошел с ума умнейший обожатель.
13. «

    Как я люблю живое слово! Оно, как мир, старо и ново, Оно встречает нас кивком, Оно пронзает нас клинком И, даже оступившись в грязь, Нас веселит, развеселясь, - Лишь становясь еще живей В самой неловкости своей.

    Как я люблю живое слово! Оно, как мир, старо и ново, Оно встречает нас кивком, Оно пронзает нас клинком И, даже оступившись в грязь, Нас веселит, развеселясь, - Лишь становясь еще живей В самой неловкости своей.
14. «

    Бог ваш, скажите-ка мне, богом любви зовется? А совести укол есть бога укус, есть укус любовный?

    Бог ваш, скажите-ка мне, богом любви зовется? А совести укол есть бога укус, есть укус любовный?
15. «

    Зверь хитрый, хищный, крадущийся, на ложь обреченный, на заведомую, неизбывную ложь, добычи алчущий, личину носящий, с личиной сроднившийся, добычею ставший, не это ли значит - взыскующий истины?

    Зверь хитрый, хищный, крадущийся, на ложь обреченный, на заведомую, неизбывную ложь, добычи алчущий, личину носящий, с личиной сроднившийся, добычею ставший, не это ли значит - взыскующий истины?
16. «

    Моя душа — это и есть пламя, ненасытно рвущееся вдаль и ввысь. ввысь и ввысь своим бесшумным жаром.

    Моя душа — это и есть пламя, ненасытно рвущееся вдаль и ввысь. ввысь и ввысь своим бесшумным жаром.