17 фраз из книги «Гийом Мюссо. Девушка и ночь» для дневника

Собрали 17 цитат из книги «Гийом Мюссо. Девушка и ночь» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Любовь — это все или ничего.

   Любовь — это все или ничего.
2. «

   Смерть не обычный противник. В конце концов она всегда побеждает.

   Смерть не обычный противник. В конце концов она всегда побеждает.

   — Тома Дегале · книга
3. «

   У тебя никогда не было товарищей, Тома. Твоими единственными друзьями были книги.

   У тебя никогда не было товарищей, Тома. Твоими единственными друзьями были книги.

   — Мать · книга
4. «

   Всякий раз, задумываясь о будущем, я чувствую страх, тоску, пустоту, желание бежать и боль.

   Всякий раз, задумываясь о будущем, я чувствую страх, тоску, пустоту, желание бежать и боль.

   — Фанни · книга
5. «

   Сочинять роман — дело хитрое и сложное.

   Сочинять роман — дело хитрое и сложное.
6. «

   Мы буквально читали мысли друг друга, и наше взаимопонимание неизменно меня изумляло. Винка стала для меня родной душой, которую я ждал с той поры, как достиг того возраста, когда начинаешь кого-то ждать.

   Мы буквально читали мысли друг друга, и наше взаимопонимание неизменно меня изумляло. Винка стала для меня родной душой, которую я ждал с той поры, как достиг того возраста, когда начинаешь кого-то ждать.

   — Тома Дегале · книга
7. «

   Человек пишет не для того, чтобы прослыть писателем. А для того, чтобы в тишине познать любовь, которой недостает всякой любви.

   Человек пишет не для того, чтобы прослыть писателем. А для того, чтобы в тишине познать любовь, которой недостает всякой любви.

   — Кристиан Бобен · книга
8. «

   Любой роман — как и любой кинофильм и любая театральная пьеса — зачастую плод многих лет упорного труда, сомнений и переосмыслений.

   Любой роман — как и любой кинофильм и любая театральная пьеса — зачастую плод многих лет упорного труда, сомнений и переосмыслений.

   — Тома Дегале · книга
9. «

   Когда я обкладывался книгами и погружался в творческую обстановку, на душе у меня становилось легче. Я физически ощущал, как все мои тревоги отступают.

   Когда я обкладывался книгами и погружался в творческую обстановку, на душе у меня становилось легче. Я физически ощущал, как все мои тревоги отступают.

   — Тома Дегале · книга
10. «

    Жизнь научила меня, что многие трудности можно преодолеть, если все хорошенько обдумать.

    Жизнь научила меня, что многие трудности можно преодолеть, если все хорошенько обдумать.

    — Аннабель · книга
11. «

    Жизнь наша многогранна, зачастую непонятна и полна противоречий. Жизнь наша хрупка, бесценна и в то же время ничтожна; нас швыряет то в стылые воды одиночества, то в теплый источник молодости. Но самое главное — жизнь наша на самом деле не поддается управлению. Довольно сущего пустяка — и она уже летит под откос.

    Жизнь наша многогранна, зачастую непонятна и полна противоречий. Жизнь наша хрупка, бесценна и в то же время ничтожна; нас швыряет то в стылые воды одиночества, то в теплый источник молодости. Но самое главное — жизнь наша на самом деле не поддается управлению. Довольно сущего пустяка — и она уже летит под откос.

    — Тома Дегале · книга
12. «

    Я снимаю с ручки колпачок и начинаю писать. Всю жизнь я только этим и занимался. Писал, влекомый двойным противоречивым порывом: воздвигать стены и распахивать двери. Стены — чтобы оградить действительность от разрушительной жестокости, а двери — чтобы вырваться в параллельный мир, ту же действительность, но не такую, какая она есть, а такую, какой она должна быть.

    Я снимаю с ручки колпачок и начинаю писать. Всю жизнь я только этим и занимался. Писал, влекомый двойным противоречивым порывом: воздвигать стены и распахивать двери. Стены — чтобы оградить действительность от разрушительной жестокости, а двери — чтобы вырваться в параллельный мир, ту же действительность, но не такую, какая она есть, а такую, какой она должна быть.
13. «

    Ведь это привилегия писателя, нет? Придумывать истории и таким образом бросать вызов действительности. Не только для того, чтобы сделать ее лучше, а еще для того, чтобы сразиться с ней на ее собственной территории. Исследовать ее, чтобы потом ловчее ниспровергнуть. Познать ее, чтобы со спокойной совестью противопоставить ей взамен другой мир.

    Ведь это привилегия писателя, нет? Придумывать истории и таким образом бросать вызов действительности. Не только для того, чтобы сделать ее лучше, а еще для того, чтобы сразиться с ней на ее собственной территории. Исследовать ее, чтобы потом ловчее ниспровергнуть. Познать ее, чтобы со спокойной совестью противопоставить ей взамен другой мир.

    — Полина Делатур · книга
14. «

    Страсть не имеет ничего общего с любовью.

    Страсть не имеет ничего общего с любовью.

    — Тома Дегале · книга
15. «

    У меня за спиной висела школьная карта Видаль-Лаблаша — она устарела еще в ту пору, когда я здесь учился, на которой был изображен мир 50-х годов и страны, которых больше нет: СССР, ГДР, Югославия, Чехословакия...

    У меня за спиной висела школьная карта Видаль-Лаблаша — она устарела еще в ту пору, когда я здесь учился, на которой был изображен мир 50-х годов и страны, которых больше нет: СССР, ГДР, Югославия, Чехословакия...

    — Тома Дегале · книга
16. «

    Существование в целом есть борьба. А жизнь — это продолжительная победа.

    Существование в целом есть борьба. А жизнь — это продолжительная победа.

    — Роже Мартен дю Гар · книга
17. «

    Когда вам звонят со скрытого номера в три часа утра, обычно это не сулит ничего хорошего.

    Когда вам звонят со скрытого номера в три часа утра, обычно это не сулит ничего хорошего.