11 цитат из книги «Гор Видал. Император Юлиан» — подборка редакции

11 цитат из книги «Гор Видал. Император Юлиан» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я усвоил только одно: Констанций истреблял свой род и при этом был добрым христианином; а если убийца может быть благочестивым христианином, значит, в этой религии что-то не так.

   Я усвоил только одно: Констанций истреблял свой род и при этом был добрым христианином; а если убийца может быть благочестивым христианином, значит, в этой религии что-то не так.

   — Юлиан · книга
2. «

   Бедняга Юлиан, подобно многим нашим современникам, желал верить, что человеческая жизнь значит несопоставимо больше, нежели она значит на самом деле. Болезнь его чрезвычайно характерна для нашей эпохи: нам так не хочется смиряться с конечностью нашего бытия, что мы готовы пойти на все, поверить любым фокусам, лишь бы только отдалить осознание той горькой тайной истины, что в конце нас ждет небытие.

   Бедняга Юлиан, подобно многим нашим современникам, желал верить, что человеческая жизнь значит несопоставимо больше, нежели она значит на самом деле. Болезнь его чрезвычайно характерна для нашей эпохи: нам так не хочется смиряться с конечностью нашего бытия, что мы готовы пойти на все, поверить любым фокусам, лишь бы только отдалить осознание той горькой тайной истины, что в конце нас ждет небытие.

   — Приск · книга
3. «

   Мир слишком велик, чтобы им можно было править в одиночку

   Мир слишком велик, чтобы им можно было править в одиночку

   — Констанций · книга
4. «

   Когда люди начинают верить в один-единственный миф или магию, это неизбежно приводит к безумию

   Когда люди начинают верить в один-единственный миф или магию, это неизбежно приводит к безумию

   — Приск · книга
5. «

   Таков человек: если уж нельзя быть первым, он готов удовольствоваться тем, что он последний.

   Таков человек: если уж нельзя быть первым, он готов удовольствоваться тем, что он последний.

   — Приск · книга
6. «

   Достойно удивления, как страстно некоторые личности, якобы чуждые ко всему, жаждут заручиться поддержкой власть имущих. Под напускным презрением к власти они скрывают страстное желание быть поближе к тем, кто ею облечен.

   Достойно удивления, как страстно некоторые личности, якобы чуждые ко всему, жаждут заручиться поддержкой власть имущих. Под напускным презрением к власти они скрывают страстное желание быть поближе к тем, кто ею облечен.

   — Приск · книга
7. «

   Почему нужно непременно стремиться к вечной жизни? То, что до рождения мы не существовали, никем не оспаривается, так разве не естественно вернуться в это первозданное состояние?... Какое печальное зрелище являет собою человек, как страшно им быть!

   Почему нужно непременно стремиться к вечной жизни? То, что до рождения мы не существовали, никем не оспаривается, так разве не естественно вернуться в это первозданное состояние?... Какое печальное зрелище являет собою человек, как страшно им быть!

   — Приск · книга
8. «

   Порой ненависть легко рядится в одежды любви.

   Порой ненависть легко рядится в одежды любви.

   — Юлиан · книга
9. «

   Почему мы так стремимся обелить злодеев? Возможно, подсознательно мы испытываем чувство неловкости, понимая, что они, со своей стороны, думают о нас то же самое, хотя и исходят из своих, противоположных нашим, интересов и взглядов.

   Почему мы так стремимся обелить злодеев? Возможно, подсознательно мы испытываем чувство неловкости, понимая, что они, со своей стороны, думают о нас то же самое, хотя и исходят из своих, противоположных нашим, интересов и взглядов.

   — Приск · книга
10. «

    Мы, жители Афин, по-прежнему гордимся тем, что видим вещи такими, каковы они есть на самом деле. Если нам показывают камень, то мы видим камень, а не Вселенную.

    Мы, жители Афин, по-прежнему гордимся тем, что видим вещи такими, каковы они есть на самом деле. Если нам показывают камень, то мы видим камень, а не Вселенную.

    — Приск · книга
11. «

    Я ненавижу бои гладиаторов за то, что они низводят человека до уровня животных, и я не имею в виду тех несчастных, которых заставляют ради потехи сражаться и убивать друг друга. Речь идет о зрителях.

    Я ненавижу бои гладиаторов за то, что они низводят человека до уровня животных, и я не имею в виду тех несчастных, которых заставляют ради потехи сражаться и убивать друг друга. Речь идет о зрителях.

    — Либаний · книга