19 сильных цитат из книги «Грегори Дэвид Робертс. Тень Горы»

19 цитат из книги «Грегори Дэвид Робертс. Тень Горы» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Женщину, которая намного умнее тебя, любить очень трудно — самое страшное, что, когда тебя снова и снова швыряют лицом в грязь, от этого получаешь удовольствие.

   Женщину, которая намного умнее тебя, любить очень трудно — самое страшное, что, когда тебя снова и снова швыряют лицом в грязь, от этого получаешь удовольствие.

   — Лин · книга
2. «

   Чем слабее ваша связь с реальностью, тем страшнее для вас окружающий мир. С другой стороны, чем ближе вы к рациональному восприятию мира, тем чаще следует сомневаться и задавать вопросы.

   Чем слабее ваша связь с реальностью, тем страшнее для вас окружающий мир. С другой стороны, чем ближе вы к рациональному восприятию мира, тем чаще следует сомневаться и задавать вопросы.

   — Идрис · книга
3. «

   Память зачастую уносит меня пусть и в правильное место, но в неправильное время, что порождает болезненные конфликты с реальностью.

   Память зачастую уносит меня пусть и в правильное место, но в неправильное время, что порождает болезненные конфликты с реальностью.

   — Линбаба · книга
4. «

   – Кадербхай говорил, что если начиная с Большого взрыва делать снимок Вселенной раз в миллиард лет, то станет заметно ее усложнение. Этот феномен – постоянное движение к усложнению от Большого взрыва до настоящего момента – представляет собой неизменную характеристику Вселенной в целом. А если тенденция к усложнению определяет всю историю Вселенной… – То она же является и прекрасным определением добра и зла – объективным и универсальным, – закончил Идрис. – Все, что стремится к усложнению, – добро, все, что противится усложнению, – зло. – И простым критерием нравственности служит вопрос: «Если бы все в мире делали то, что делаю или собираюсь сделать я, привело бы это к усложнению или нет?»

   – Кадербхай говорил, что если начиная с Большого взрыва делать снимок Вселенной раз в миллиард лет, то станет заметно ее усложнение. Этот феномен – постоянное движение к усложнению от Большого взрыва до настоящего момента – представляет собой неизменную характеристику Вселенной в целом. А если тенденция к усложнению определяет всю историю Вселенной… – То она же является и прекрасным определением добра и зла – объективным и универсальным, – закончил Идрис. – Все, что стремится к усложнению, – добро, все, что противится усложнению, – зло. – И простым критерием нравственности служит вопрос: «Если бы все в мире делали то, что делаю или собираюсь сделать я, привело бы это к усложнению или нет?»

   — Лин · книга
5. «

   Только нанося удары, можно сохранить силу. Когда мельница не машет крыльями, от нее не дождешься муки.

   Только нанося удары, можно сохранить силу. Когда мельница не машет крыльями, от нее не дождешься муки.

   — Хусейн-с-одной · книга
6. «

   С тобой что-то случается внутри, когда женщина, которую ты любишь, улыбается тебе. Тебя пронзает целый дождь стрел, придающих тебе храбрость.

   С тобой что-то случается внутри, когда женщина, которую ты любишь, улыбается тебе. Тебя пронзает целый дождь стрел, придающих тебе храбрость.

   — Лин · книга
7. «

   Музыка — это сублимация смерти.

   Музыка — это сублимация смерти.

   — Шантарам · книга
8. «

   Мужество — это слишком общее определение. Мужество присуще любому человеку, мужчине или женщине, которые не сдаются перед трудностями, а таких подавляющее большинство. Оставим мужество в покое.

   Мужество — это слишком общее определение. Мужество присуще любому человеку, мужчине или женщине, которые не сдаются перед трудностями, а таких подавляющее большинство. Оставим мужество в покое.

   — Карла · книга
9. «

   — Где бы я ни жила, я не принадлежу к этим местам и этим людям, — сказала она. — Не ощущаю тесной связи. Даже с тобой, Лин. Да, ты мне действительно нравишься. Уже довольно долго мы вместе, и мне приятно быть с тобой. Но не более того. Ты ведь знаешь, что у меня никогда не было к тебе настоящего чувства?

   — Где бы я ни жила, я не принадлежу к этим местам и этим людям, — сказала она. — Не ощущаю тесной связи. Даже с тобой, Лин. Да, ты мне действительно нравишься. Уже довольно долго мы вместе, и мне приятно быть с тобой. Но не более того. Ты ведь знаешь, что у меня никогда не было к тебе настоящего чувства?

   — Лиза · книга
10. «

    Никакая улыбка не возымеет эффекта, никакое напутствие не утешит, никакая доброта не спасёт, если наша внутренняя правда не будет прекрасной. Ибо связывает всех нас — всё лучшее в нас — только правда человеческих сердец и чистота любви, неведомая иным созданиям.

    Никакая улыбка не возымеет эффекта, никакое напутствие не утешит, никакая доброта не спасёт, если наша внутренняя правда не будет прекрасной. Ибо связывает всех нас — всё лучшее в нас — только правда человеческих сердец и чистота любви, неведомая иным созданиям.

    — Лин · книга
11. «

    Но дружба это тоже своего рода вера, особенно для тех, кто не очень верит во что-то ещё

    Но дружба это тоже своего рода вера, особенно для тех, кто не очень верит во что-то ещё
12. «

    Если ты берешь на себя ответственность за решения и действия других — ты оскорбляешь карму. Это не меньший грех, чем пытаться избежать ответственности за свои решения и действия.

    Если ты берешь на себя ответственность за решения и действия других — ты оскорбляешь карму. Это не меньший грех, чем пытаться избежать ответственности за свои решения и действия.

    — Идрис · книга
13. «

    Обожание есть подчинение. Все религии, как и все царства земные, требуют от людей подчинения и повиновения. Из десятков тысяч верований, существовавших с начала времен, выжили только те, которые могли принудить людей к повиновению. А если узда повиновения ослабевает, основанная на нем религия уходит в небытие, как это случалось с когда-то великим культом Зевса, Аполлона и Венеры, долго господствовавшим над всем ведомым ему миром.

    Обожание есть подчинение. Все религии, как и все царства земные, требуют от людей подчинения и повиновения. Из десятков тысяч верований, существовавших с начала времен, выжили только те, которые могли принудить людей к повиновению. А если узда повиновения ослабевает, основанная на нем религия уходит в небытие, как это случалось с когда-то великим культом Зевса, Аполлона и Венеры, долго господствовавшим над всем ведомым ему миром.

    — Идрис · книга
14. «

    Однако есть такие люди и такие привязанности, которые тяжело переносят каждое расставание, и всякий раз уходить от них — всё равно что покидать навеки родную страну.

    Однако есть такие люди и такие привязанности, которые тяжело переносят каждое расставание, и всякий раз уходить от них — всё равно что покидать навеки родную страну.

    — Лин · книга
15. «

    Властям на любой улице невыгодны свободный разум и свободные сердца, потому что власть – нечто противоположное свободе.

    Властям на любой улице невыгодны свободный разум и свободные сердца, потому что власть – нечто противоположное свободе.

    — Лин · книга
16. «

    Прелесть прошлого заключается в том, что его нельзя изменить.

    Прелесть прошлого заключается в том, что его нельзя изменить.

    — Клара · книга
17. «

    Все войны ведутся против культуры, а все культуры выношены в телах женщин.

    Все войны ведутся против культуры, а все культуры выношены в телах женщин.

    — Карла · книга
18. «

    Счастье — это гиперактивное дитя довольства.

    Счастье — это гиперактивное дитя довольства.

    — Карла · книга
19. «

    Коррупция – это налог, которым облагается общество, если оно не платит людям достаточно, чтобы они сами отказались от нее.

    Коррупция – это налог, которым облагается общество, если оно не платит людям достаточно, чтобы они сами отказались от нее.

    — Лин · книга