36 цитат из книги «Гюстав Флобер. Бувар и Пекюше» — читать онлайн

36 цитат из книги «Гюстав Флобер. Бувар и Пекюше» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я чувствую себя одновременно материей и мыслью, хотя и не знаю ничего ни о той, ни о другой.

   Я чувствую себя одновременно материей и мыслью, хотя и не знаю ничего ни о той, ни о другой.

   — Бувар · книга
2. «

   Благодаря философии они выросли в собственных глазах. Жалкими казались им теперь их прежние занятия сельским хозяйством, политикой.

   Благодаря философии они выросли в собственных глазах. Жалкими казались им теперь их прежние занятия сельским хозяйством, политикой.
3. «

   Сговариваться друг с другом нужно лгунам, люди праведные об этом не думают! Смущаясь душою, будем искать прибежище в Церкви. Она всегда непогрешима.

   Сговариваться друг с другом нужно лгунам, люди праведные об этом не думают! Смущаясь душою, будем искать прибежище в Церкви. Она всегда непогрешима.

   — Жефруа · книга
4. «

   Революция в глазах одних историков является делом сатаны. Другие ее считают величественной аномалией. Жертвы с обеих сторон, конечно, мученики.

   Революция в глазах одних историков является делом сатаны. Другие ее считают величественной аномалией. Жертвы с обеих сторон, конечно, мученики.

   — Бувар · книга
5. «

   Право одного человека нужно также уважать, как и право всех, и вы ничего не можете ему противопоставить кроме силы, если он обратит эту аксиому против вас.

   Право одного человека нужно также уважать, как и право всех, и вы ничего не можете ему противопоставить кроме силы, если он обратит эту аксиому против вас.

   — Пекюше · книга
6. «

   — Театр — это кушанье, как всякое другое. Он принадлежит к числу парижских удовольствий. Туда ходишь развлекаться. Хрошо то, что забавно. — То, что забавно тебе, меня не забавляет, а позже наскучит и другим и тебе самому. Если пьесы пишутся непременно для постановки их на сцене, то почему самые лучшие из них постоянно читаются?

   — Театр — это кушанье, как всякое другое. Он принадлежит к числу парижских удовольствий. Туда ходишь развлекаться. Хрошо то, что забавно. — То, что забавно тебе, меня не забавляет, а позже наскучит и другим и тебе самому. Если пьесы пишутся непременно для постановки их на сцене, то почему самые лучшие из них постоянно читаются?

   — Бувар · книга
7. «

   Вы не имеете права показывать нам преступление, не делая к нему поправок, не преподавая нам урока.

   Вы не имеете права показывать нам преступление, не делая к нему поправок, не преподавая нам урока.

   — Граф · книга
8. «

   Только бы он продолжал составлять акты и жить среди своих тарелок, в уютной комфортабельной обстановке, а там пусть совершаются какие угодно несправедливости, они его не тревожат.

   Только бы он продолжал составлять акты и жить среди своих тарелок, в уютной комфортабельной обстановке, а там пусть совершаются какие угодно несправедливости, они его не тревожат.

   — нотариус Мареско · книга
9. «

   Без воображения история несовершенна.

   Без воображения история несовершенна.

   — Пекюше · книга
10. «

    Уроки нравственности подходят только нравственным людям.

    Уроки нравственности подходят только нравственным людям.

    — Пекюше · книга
11. «

    Нельзя быть ученым, не будучи христианином.

    Нельзя быть ученым, не будучи христианином.

    — кюре · книга
12. «

    Женщины не все одинаковы: одних нужно брать врасплох, с другими смелость пагубна.

    Женщины не все одинаковы: одних нужно брать врасплох, с другими смелость пагубна.

    — Бувар · книга
13. «

    Одна лишь власть способна судить об опасностях науки; при слишком широком распространении она внушает народу роковые стремления. Он был счастливее, этот бедный народ, когда сеньоры и еископы умеряли абсолютизм короля. Теперь его эксплуатируют промышленники. Он накануне рабства.

    Одна лишь власть способна судить об опасностях науки; при слишком широком распространении она внушает народу роковые стремления. Он был счастливее, этот бедный народ, когда сеньоры и еископы умеряли абсолютизм короля. Теперь его эксплуатируют промышленники. Он накануне рабства.

    — Граф · книга
14. «

    Бувар продолжал читать Вальтер Скотта, но ему в конце концов наскучило повторение все тех же эффектов. Героиня обыкновенно живет в деревне со своим отцом, а любовник, в детстве похищенный, добивается восстановления в правах и торжествует над своими соперниками. Всегда там есть какой-нибудь нищенствующий философ, угрюмый феодал, чистая девушка, балагуры-слуги и бесконечные диалог, глупая чопорность, полное отсутствие глубины.

    Бувар продолжал читать Вальтер Скотта, но ему в конце концов наскучило повторение все тех же эффектов. Героиня обыкновенно живет в деревне со своим отцом, а любовник, в детстве похищенный, добивается восстановления в правах и торжествует над своими соперниками. Всегда там есть какой-нибудь нищенствующий философ, угрюмый феодал, чистая девушка, балагуры-слуги и бесконечные диалог, глупая чопорность, полное отсутствие глубины.
15. «

    Мир создан струящимся и быстротечным.

    Мир создан струящимся и быстротечным.

    — Бувар · книга
16. «

    Буржуа свирепы, а рабочие завистливы, священники угодливы, а народ, в конце концов, принимает всех тиранов, лишь бы ему дали уткнуться мордой в кормушку.

    Буржуа свирепы, а рабочие завистливы, священники угодливы, а народ, в конце концов, принимает всех тиранов, лишь бы ему дали уткнуться мордой в кормушку.

    — Пекюше · книга
17. «

    По ту сторону канала, между домами, где расположены лесные склады, широкое чистое небо вырисовывалось лазурными квадратами, и в лучах солнца белые фасады, черепичные кровли, гранитные набережные слепили глаза. Смутный отдаленный гул стоял в теплом воздухе; и все словно оцепенело от воскресной праздности и грусти, свойственной летним дням.

    По ту сторону канала, между домами, где расположены лесные склады, широкое чистое небо вырисовывалось лазурными квадратами, и в лучах солнца белые фасады, черепичные кровли, гранитные набережные слепили глаза. Смутный отдаленный гул стоял в теплом воздухе; и все словно оцепенело от воскресной праздности и грусти, свойственной летним дням.
18. «

    Они стали восхвалять преимущества наук: сколько вещей можно узнать, сколько исследовать... если иметь время! Увы, оно уходило на добывание хлеба.

    Они стали восхвалять преимущества наук: сколько вещей можно узнать, сколько исследовать... если иметь время! Увы, оно уходило на добывание хлеба.
19. «

    Все книги, вместе взятые, не стоят одного личного наблюдения.

    Все книги, вместе взятые, не стоят одного личного наблюдения.

    — Бувар · книга
20. «

    Так протекала их жизнь в этой деревенской скуке, такой тягостной, когда серое небо одноцветностью своей нежит сердце, лишенное надежд.

    Так протекала их жизнь в этой деревенской скуке, такой тягостной, когда серое небо одноцветностью своей нежит сердце, лишенное надежд.