46 цитат из книги «Гюстав Флобер. Письма» — подборка редакции

Собрали 46 цитат из книги «Гюстав Флобер. Письма» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Дорогой друг! Сперва я проглотил вашу книгу от начала до конца, точно кухарка фельетон, а теперь, с неделю, как перечитываю стих за стихом, слово за словом, и скажу откровенно, мне она нравится и восхищает меня.

   Дорогой друг! Сперва я проглотил вашу книгу от начала до конца, точно кухарка фельетон, а теперь, с неделю, как перечитываю стих за стихом, слово за словом, и скажу откровенно, мне она нравится и восхищает меня.
2. «

   Человечество не сулит ничего нового. Бесконечное ничтожество его исполнило меня с юных лет горечи. Поэтому я не испытываю сейчас разочарования.

   Человечество не сулит ничего нового. Бесконечное ничтожество его исполнило меня с юных лет горечи. Поэтому я не испытываю сейчас разочарования.
3. «

   Положительно, земля весьма низменная планета.

   Положительно, земля весьма низменная планета.
4. «

   Одно и то же зрелище, один и тот же урок может произвести обратное действие. Бывают натуры мягкие и натуры сухие — это неизбежно.

   Одно и то же зрелище, один и тот же урок может произвести обратное действие. Бывают натуры мягкие и натуры сухие — это неизбежно.
5. «

   Дорогой господин Тургенев, Только что прочел две ваших книги и не могу отказать в желании выразить вам свой восторг. Давно уже вы являетесь для меня мэтром. Но чем больше я вас изучаю, тем более меня изумляет ваш талант. Меня восхищает страстность и в то же время сдержанность вашей манеры письма, симпатия, с которой вы относитесь к маленьким людям и которая насыщает мыслью пейзаж.

   Дорогой господин Тургенев, Только что прочел две ваших книги и не могу отказать в желании выразить вам свой восторг. Давно уже вы являетесь для меня мэтром. Но чем больше я вас изучаю, тем более меня изумляет ваш талант. Меня восхищает страстность и в то же время сдержанность вашей манеры письма, симпатия, с которой вы относитесь к маленьким людям и которая насыщает мыслью пейзаж.
6. «

   Я пишу не для читателя сегодняшнего дня, а для всех читателей, какие представятся, пока жив язык. Значит, мой товар не может ограничиваться исключительно нынешним потребителем, так как вовсе не рассчитан только на моих современников.

   Я пишу не для читателя сегодняшнего дня, а для всех читателей, какие представятся, пока жив язык. Значит, мой товар не может ограничиваться исключительно нынешним потребителем, так как вовсе не рассчитан только на моих современников.
7. «

   Мня удручают людская жестокость и убеждение, что мы вступаем в бессмысленную эру.

   Мня удручают людская жестокость и убеждение, что мы вступаем в бессмысленную эру.
8. «

   Так мало людей, которые любят то, что люблю я, которых волнует то, что волнует мня!

   Так мало людей, которые любят то, что люблю я, которых волнует то, что волнует мня!
9. «

   Чувство гротеска удерживало меня на наклонной плоскости беспорядочности. Я утверждаю, что цинизм граничит с целомудрием.

   Чувство гротеска удерживало меня на наклонной плоскости беспорядочности. Я утверждаю, что цинизм граничит с целомудрием.
10. «

    Замечаете вы, как редко бывает в литературе здравый смысл?

    Замечаете вы, как редко бывает в литературе здравый смысл?
11. «

    Я встречал немного людей с более восхитительной манерой вести беседу (я говорю о Тургеневе).

    Я встречал немного людей с более восхитительной манерой вести беседу (я говорю о Тургеневе).
12. «

    Кромке вас и Тургенева, я не знаю смертного, с кем мог бы излиться по поводу вещей, близких моему сердцу.

    Кромке вас и Тургенева, я не знаю смертного, с кем мог бы излиться по поводу вещей, близких моему сердцу.
13. «

    Редко люди нуждаются в сверхъестественном. Философия всегда будет уделом аристократов. Сколько бы вы ни утучняли человеческое стадо, сколько бы ни клали подстилки под брюхо, можете даже позолотить его стойло, — все равно оно останется скотом.

    Редко люди нуждаются в сверхъестественном. Философия всегда будет уделом аристократов. Сколько бы вы ни утучняли человеческое стадо, сколько бы ни клали подстилки под брюхо, можете даже позолотить его стойло, — все равно оно останется скотом.
14. «

    Искусство продолжает находиться в состоянии «маразма» и для людей со вкусом нет больше места в этом мире.

    Искусство продолжает находиться в состоянии «маразма» и для людей со вкусом нет больше места в этом мире.
15. «

    Жизнь нелегкая штука! Она сложна и требует больших средств! Я-то в этом кое-что понимаю. На все нужны деньги! При скромных средствах и непроизводительном ремесле надо довольствоваться малым. Я так и делаю! Привык.

    Жизнь нелегкая штука! Она сложна и требует больших средств! Я-то в этом кое-что понимаю. На все нужны деньги! При скромных средствах и непроизводительном ремесле надо довольствоваться малым. Я так и делаю! Привык.
16. «

    Мое «я» до смерти надоело мне в данную минуту. Как тяготит иногда этот чудак мои плечи!

    Мое «я» до смерти надоело мне в данную минуту. Как тяготит иногда этот чудак мои плечи!
17. «

    Как редко смертные отличаются терпимостью.

    Как редко смертные отличаются терпимостью.
18. «

    Пожалуйста, больше не извиняйтесь за свой плохой почерк, принцесса. Именно из-за него я больше бываю в вашем обществе и нисколько не жалею, ибо я весь ваш.

    Пожалуйста, больше не извиняйтесь за свой плохой почерк, принцесса. Именно из-за него я больше бываю в вашем обществе и нисколько не жалею, ибо я весь ваш.
19. «

    Грустно видеть, как меняются люди, которых любишь. Эта замена души в оставшемся без изменения теле — глубоко печальное зрелище.

    Грустно видеть, как меняются люди, которых любишь. Эта замена души в оставшемся без изменения теле — глубоко печальное зрелище.
20. «

    Пока не будет найден общий язык для выражения самых различных понятий, пока их не расклассифицируют и не присвоят им совершенно точного наименования, до тех пор все научные изыскания в области психологии останутся в том виде, в каком находятся теперь, то есть будут окутаны мраком.

    Пока не будет найден общий язык для выражения самых различных понятий, пока их не расклассифицируют и не присвоят им совершенно точного наименования, до тех пор все научные изыскания в области психологии останутся в том виде, в каком находятся теперь, то есть будут окутаны мраком.