26 цитат из книги «Гюстав Флобер. Воспитание чувств», которые стоит перечитать

26 цитат из книги «Гюстав Флобер. Воспитание чувств» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Нищета существует, надо в этом сознаться! Ни наука, ни власть не помогут излечиться от нее.

   Нищета существует, надо в этом сознаться! Ни наука, ни власть не помогут излечиться от нее.

   — Мартинон · книга
2. «

   Никогда не видел он такой восхитительной смуглой кожи, такого чарующего стана, таких тонких пальцев, просвечивающих на солнце. На ее рабочую корзинку он глядел с изумлением, словно на что-то необыкновенное. Как ее имя, откуда она, что у нее в прошлом? Ему хотелось увидеть обстановку ее комнаты, все платья, которые она когда-либо носила, людей, с которыми она знакома; и даже стремление обладать ею исчезало перед желанием более глубоким, перед мучительным любопытством, которому не было предела.

   Никогда не видел он такой восхитительной смуглой кожи, такого чарующего стана, таких тонких пальцев, просвечивающих на солнце. На ее рабочую корзинку он глядел с изумлением, словно на что-то необыкновенное. Как ее имя, откуда она, что у нее в прошлом? Ему хотелось увидеть обстановку ее комнаты, все платья, которые она когда-либо носила, людей, с которыми она знакома; и даже стремление обладать ею исчезало перед желанием более глубоким, перед мучительным любопытством, которому не было предела.
3. «

   Есть люди, назначение которых в том, чтобы служить посредниками для других; через них переходят, как через мост, и идут дальше.

   Есть люди, назначение которых в том, чтобы служить посредниками для других; через них переходят, как через мост, и идут дальше.
4. «

   В жизни бывают положения, когда человек, наименее жестокий, настолько оторван от других людей, что даже гибель всего рода человеческого может оставить его равнодушным.

   В жизни бывают положения, когда человек, наименее жестокий, настолько оторван от других людей, что даже гибель всего рода человеческого может оставить его равнодушным.
5. «

   — Ведь чтобы нравиться женщинам, нужно держать себя беззаботно, точно шут, или неистовствовать, как в трагедии. Они над нами смеются, когда мы просто говорим, что любим их. По-моему, гиперболы, которые их забавляют, это осквернение подлинной любви. В конце концов не знаешь, как ее выразить, особенно когда вас слушают… женщины… умные. Она смотрела на него прищурившись. Он понижал голос, наклонялся к ее лицу. — Да! Я вас боюсь! Я, может быть, оскорбил вас?... Простите! Ведь я всего этого не хотел говорить! Это не моя вина! Вы так прекрасны! Г-жа Дамбрёз закрыла глаза, и он изумился, как легко одержана победа.

   — Ведь чтобы нравиться женщинам, нужно держать себя беззаботно, точно шут, или неистовствовать, как в трагедии. Они над нами смеются, когда мы просто говорим, что любим их. По-моему, гиперболы, которые их забавляют, это осквернение подлинной любви. В конце концов не знаешь, как ее выразить, особенно когда вас слушают… женщины… умные. Она смотрела на него прищурившись. Он понижал голос, наклонялся к ее лицу. — Да! Я вас боюсь! Я, может быть, оскорбил вас?... Простите! Ведь я всего этого не хотел говорить! Это не моя вина! Вы так прекрасны! Г-жа Дамбрёз закрыла глаза, и он изумился, как легко одержана победа.

   — Фредерик Моро · книга
6. «

   Я хотел бы всегда любить одну и ту же!

   Я хотел бы всегда любить одну и ту же!

   — Дюсардье · книга
7. «

   Да! Маленькие враги опасны, низкая и слепая злость может со временем сделать несносною жизнь, которая теперь для меня так спокойна и счастлива.

   Да! Маленькие враги опасны, низкая и слепая злость может со временем сделать несносною жизнь, которая теперь для меня так спокойна и счастлива.
8. «

   Он любил ее без всякой задней мысли, без надежды на взаимность, самозабвенно, и в своих немых порывах, похожих на пыл благодарности, хотел бы покрыть ее лоб градом поцелуев. В то же время некая внутренняя сила словно возвышала его над самим собой: то была жажда принести себя в жертву, потребность немедленно доказать свою преданность, тем более сильная, что он не мог ее удовлетворить.

   Он любил ее без всякой задней мысли, без надежды на взаимность, самозабвенно, и в своих немых порывах, похожих на пыл благодарности, хотел бы покрыть ее лоб градом поцелуев. В то же время некая внутренняя сила словно возвышала его над самим собой: то была жажда принести себя в жертву, потребность немедленно доказать свою преданность, тем более сильная, что он не мог ее удовлетворить.
9. «

   Никто не имеет права возбуждать во мне интерес к тому, что я осуждаю!

   Никто не имеет права возбуждать во мне интерес к тому, что я осуждаю!

   — Сенекаль · книга
10. «

    Что казалось так просто, было не легче, чем повернуть солнце.

    Что казалось так просто, было не легче, чем повернуть солнце.
11. «

    Никаких высших классов нет; человека возвышает лишь его сердце.

    Никаких высших классов нет; человека возвышает лишь его сердце.
12. «

    Без денег ничего не предпримешь. Вот проклятье — растрачивать молодость в погоне за куском хлеба.

    Без денег ничего не предпримешь. Вот проклятье — растрачивать молодость в погоне за куском хлеба.

    — Делорье · книга
13. «

    Наверно, испытываешь большое наслаждение, когда непосредственно воздействуешь на толпу, когда видишь, что ей передаются все чувства твоей души.

    Наверно, испытываешь большое наслаждение, когда непосредственно воздействуешь на толпу, когда видишь, что ей передаются все чувства твоей души.

    — госпожа Арну · книга
14. «

    Живя в бедности, он стремился к роскоши в ее самой яркой форме.

    Живя в бедности, он стремился к роскоши в ее самой яркой форме.
15. «

    Построение драмы не вызывает спора! В страстях я знаю толк — достаточно таскался по свету, а что до остроумия, так это моя профессия.

    Построение драмы не вызывает спора! В страстях я знаю толк — достаточно таскался по свету, а что до остроумия, так это моя профессия.

    — Юсоне · книга
16. «

    Струись вино, вы, девы, улыбайтесь! От брюнетки поспешим к блондинке!

    Струись вино, вы, девы, улыбайтесь! От брюнетки поспешим к блондинке!

    — Юсоне · книга
17. «

    Действие для некоторых людей тем неосуществимее, чем сильнее желание. Недоверие к самим себе гнетет их, боязнь не понравиться их пугает.

    Действие для некоторых людей тем неосуществимее, чем сильнее желание. Недоверие к самим себе гнетет их, боязнь не понравиться их пугает.
18. «

    Большинство мужчин, находившихся здесь, служили по крайней мере четырем правительствам; они готовы были продать и Францию, и род человеческий, чтобы спасти свое богатство, избегнуть неудобства, затруднения, или просто из подлости, из врожденного преклонения перед силой.

    Большинство мужчин, находившихся здесь, служили по крайней мере четырем правительствам; они готовы были продать и Францию, и род человеческий, чтобы спасти свое богатство, избегнуть неудобства, затруднения, или просто из подлости, из врожденного преклонения перед силой.
19. «

    Мы ищем прибежища в посредственности, отчаявшись в той красоте, о которой мечтали.

    Мы ищем прибежища в посредственности, отчаявшись в той красоте, о которой мечтали.
20. «

    Нет большего унижения, чем видеть глупца, преуспевающего там, где ты терпишь неудачу.

    Нет большего унижения, чем видеть глупца, преуспевающего там, где ты терпишь неудачу.