10 цитат из книги «Хантер Томпсон. Страх и отвращение в Лас-Вегасе: Дикое путешествие в Сердце Американской Мечты» — от иронии до философии

Собрали 10 цитат из книги «Хантер Томпсон. Страх и отвращение в Лас-Вегасе: Дикое путешествие в Сердце Американской Мечты» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Галлюцинации вообще довольно противны. Но через некоторое время ты учишься приспосабливаться к таким явлениям, как визит покойной бабушки, ползущей по твоей ноге с ножом в зубах. Большинство знатоков кислоты легко могут справиться с подобного рода вещами.

   Галлюцинации вообще довольно противны. Но через некоторое время ты учишься приспосабливаться к таким явлениям, как визит покойной бабушки, ползущей по твоей ноге с ножом в зубах. Большинство знатоков кислоты легко могут справиться с подобного рода вещами.
2. «

   После бессонной ночи репортёрам требовались пончики и чашка кофе. Нам нужно было что-то посильнее.

   После бессонной ночи репортёрам требовались пончики и чашка кофе. Нам нужно было что-то посильнее.
3. «

   Достать химию не составило особого труда, а вот приличные колеса и магнитофон в шесть тридцать вечера нарыть в Голливуде не так-то и легко.

   Достать химию не составило особого труда, а вот приличные колеса и магнитофон в шесть тридцать вечера нарыть в Голливуде не так-то и легко.
4. «

   Время от времени, когда твоя жизнь усложняется и вокруг начинают виться всякие скользкие подхалимы, настоящий, действенный курс лечения — загрузиться под завязку гнусной химией, а потом мчаться, как бешеная скотина, из Голливуда в Лac-Beгac. Расслабиться, как это бывало, в чреве исступленного солнца пустыни. Вернуть крышу в прежнее состояние, привинтить ее наглухо болтами реальности; намазать рожу белым кремом для загара и двинуться дальше с музыкой, врубленной на полную громкость, и хотя бы с пинтой эфира.

   Время от времени, когда твоя жизнь усложняется и вокруг начинают виться всякие скользкие подхалимы, настоящий, действенный курс лечения — загрузиться под завязку гнусной химией, а потом мчаться, как бешеная скотина, из Голливуда в Лac-Beгac. Расслабиться, как это бывало, в чреве исступленного солнца пустыни. Вернуть крышу в прежнее состояние, привинтить ее наглухо болтами реальности; намазать рожу белым кремом для загара и двинуться дальше с музыкой, врубленной на полную громкость, и хотя бы с пинтой эфира.
5. «

   В закрытом обществе, где каждый виновен, преступление заключается в том, что тебя поймали.

   В закрытом обществе, где каждый виновен, преступление заключается в том, что тебя поймали.
6. «

   В городе, в котором полным-полно закоренелых психопатов, никто даже и не заметит кислотного торчка.

   В городе, в котором полным-полно закоренелых психопатов, никто даже и не заметит кислотного торчка.
7. «

   Главное заблуждение всех наркокультур — мысль о том, что кто-то или что-то поддерживает свет в конце тоннеля.

   Главное заблуждение всех наркокультур — мысль о том, что кто-то или что-то поддерживает свет в конце тоннеля.
8. «

   Здесь злобствуют тучи стервятников. Они склюют мясо на твоих костях еще до рассвета.

   Здесь злобствуют тучи стервятников. Они склюют мясо на твоих костях еще до рассвета.
9. «

   Эфир — отличный наркотик для Лас-Вегаса. В этом городе любят пьяных. Легкая добыча. Свежатинка. Так что они протащили нас через турникет и бросили внутри как мусор.

   Эфир — отличный наркотик для Лас-Вегаса. В этом городе любят пьяных. Легкая добыча. Свежатинка. Так что они протащили нас через турникет и бросили внутри как мусор.
10. «

    Психоделики почти неуместны в городе, в котором ты можешь вломиться в казино в любое время дня или ночи и наблюдать распятие гориллы — на пламенеющем неоновом кресте, внезапно превращающемся в цевочное колесо, вращающее зверя немыслимыми кругами над толпами обезумевших игроков.

    Психоделики почти неуместны в городе, в котором ты можешь вломиться в казино в любое время дня или ночи и наблюдать распятие гориллы — на пламенеющем неоновом кресте, внезапно превращающемся в цевочное колесо, вращающее зверя немыслимыми кругами над толпами обезумевших игроков.