20 известных цитат из книги «Харуки Мураками. Ничья на карусели»

20 цитат из книги «Харуки Мураками. Ничья на карусели» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ... она привыкла думать только о себе. В итоге она не могла даже представить себе, какой болью может обернуться отсутствие другого человека.

   ... она привыкла думать только о себе. В итоге она не могла даже представить себе, какой болью может обернуться отсутствие другого человека.
2. «

   Не знаю, можно ли назвать семьей бездетных супругов.

   Не знаю, можно ли назвать семьей бездетных супругов.
3. «

   Все — таки привычка удивительная вещь. Стоит лишиться крошечной детали, как тут же начинает казаться, будто весь мир бросил тебя на произвол судьбы.

   Все — таки привычка удивительная вещь. Стоит лишиться крошечной детали, как тут же начинает казаться, будто весь мир бросил тебя на произвол судьбы.
4. «

   Возможно, удача и вправду управляет человеческой жизнью, пестрой тенью рисуя темные пятна на карте нашей судьбы. Но если в дело вступает воля, обстоятельства можно преодолеть, воспользовавшись волей словно удобным трапом.

   Возможно, удача и вправду управляет человеческой жизнью, пестрой тенью рисуя темные пятна на карте нашей судьбы. Но если в дело вступает воля, обстоятельства можно преодолеть, воспользовавшись волей словно удобным трапом.
5. «

   Главное – это любовь и понимание, сколь бы избито ни звучали эти слова.

   Главное – это любовь и понимание, сколь бы избито ни звучали эти слова.
6. «

   В нашем ненадёжном мире нет ничего более труднодостижимого и хрупкого, чем доверие.

   В нашем ненадёжном мире нет ничего более труднодостижимого и хрупкого, чем доверие.
7. «

   Уверен, что каждый должен черпать воду из своего колодца.

   Уверен, что каждый должен черпать воду из своего колодца.
8. «

   Не знаю, можно ли назвать семьей бездетных супругов. В том смысле, что это всего лишь договор на определенных условиях.

   Не знаю, можно ли назвать семьей бездетных супругов. В том смысле, что это всего лишь договор на определенных условиях.
9. «

   Сколько ни старайся, старения не избежать. Это как кариес. Можно лишь усилием замедлить его распространение, но, сколько ни замедляй, старение обязательно захватит то, что ему положено.

   Сколько ни старайся, старения не избежать. Это как кариес. Можно лишь усилием замедлить его распространение, но, сколько ни замедляй, старение обязательно захватит то, что ему положено.
10. «

    Писатель пишет, потому что не может не писать. В самом писательстве нет ни пользы, ни спасения.

    Писатель пишет, потому что не может не писать. В самом писательстве нет ни пользы, ни спасения.
11. «

    Чем больше ты слушаешь чужие истории, чем больше наблюдаешь сквозь них чужую жизнь, тем большее тебя охватывает бессилие. Суть бессилия в том, что нам некуда идти. В нашем распоряжении — подвижная система под названием «наша жизнь», в которую мы можем себя вписать, но эта же система одновременно предусматривает и нас самих.

    Чем больше ты слушаешь чужие истории, чем больше наблюдаешь сквозь них чужую жизнь, тем большее тебя охватывает бессилие. Суть бессилия в том, что нам некуда идти. В нашем распоряжении — подвижная система под названием «наша жизнь», в которую мы можем себя вписать, но эта же система одновременно предусматривает и нас самих.
12. «

    Реальность хлебной лавки в хлебе, а не в муке.

    Реальность хлебной лавки в хлебе, а не в муке.
13. «

    Лунный свет окрасил лепестки, листья и газон в совершенно иные, чем днем, цвета. Будто смотришь на мир через фильтр — что-то сияет ярче, чем в действительности, а что-то тонет в сером, утратившем жизненную энергию свете.

    Лунный свет окрасил лепестки, листья и газон в совершенно иные, чем днем, цвета. Будто смотришь на мир через фильтр — что-то сияет ярче, чем в действительности, а что-то тонет в сером, утратившем жизненную энергию свете.
14. «

    С возрастом и взрослением мы начинаем смотреть на жизнь по-другому. Теперь наше существование или бытие в своем формировании не гребет в кучу что попало, а являет собой совершенно неделимое целое.

    С возрастом и взрослением мы начинаем смотреть на жизнь по-другому. Теперь наше существование или бытие в своем формировании не гребет в кучу что попало, а являет собой совершенно неделимое целое.
15. «

    Несмотря на некоторую непонятность его характера, врожденное радушие и любезность совершенно естественным образом притягивали к нему самых разных людей, помогая ему многого добиваться.

    Несмотря на некоторую непонятность его характера, врожденное радушие и любезность совершенно естественным образом притягивали к нему самых разных людей, помогая ему многого добиваться.
16. «

    Факт может выглядеть странно неестественным в той или иной ситуации. Подавляющая часть внутренней силы, которую мы зовем волей, исчезает, едва возникнув, однако мы не в состоянии этого признать, и пустота оборачивается странными и неестественными искривлениями на разных этапах нашей жизни.

    Факт может выглядеть странно неестественным в той или иной ситуации. Подавляющая часть внутренней силы, которую мы зовем волей, исчезает, едва возникнув, однако мы не в состоянии этого признать, и пустота оборачивается странными и неестественными искривлениями на разных этапах нашей жизни.
17. «

    Фрагментированный взгляд на тело и поведение лишает человеческое существо всякой привлекательности.

    Фрагментированный взгляд на тело и поведение лишает человеческое существо всякой привлекательности.

    — Парень · книга
18. «

    Движение. Какая разница, ехать куда-то или возвращаться. Какая в сущности разница. Разверзшаяся в гигантской стене черная дыра. Вход и выход.

    Движение. Какая разница, ехать куда-то или возвращаться. Какая в сущности разница. Разверзшаяся в гигантской стене черная дыра. Вход и выход.
19. «

    Я испытывала к этому мужчине что-то вроде симпатии. Говоря о симпатии, я имею в виду не сочувствие или сострадание, а некую разделенную на двоих печаль.

    Я испытывала к этому мужчине что-то вроде симпатии. Говоря о симпатии, я имею в виду не сочувствие или сострадание, а некую разделенную на двоих печаль.

    — Галеристка · книга
20. «

    Наша жизнь — как карусель — мы всего лишь вращаемся в определенном месте с определенной скоростью. Наше вращение никуда не направлено. Ни выйти, ни пересесть.

    Наша жизнь — как карусель — мы всего лишь вращаемся в определенном месте с определенной скоростью. Наше вращение никуда не направлено. Ни выйти, ни пересесть.