16 фраз из книги «Хосе Антонио Марина. Анатомия страха» — избранное

Ниже 16 цитат из книги «Хосе Антонио Марина. Анатомия страха»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Нарциссическая личность поглощена созерцанием собственной красоты, собственной важности или собственного страдания и с помощью психоаналитика упоенно смакует его, удобно расположившись на ложе печали.

   Нарциссическая личность поглощена созерцанием собственной красоты, собственной важности или собственного страдания и с помощью психоаналитика упоенно смакует его, удобно расположившись на ложе печали.
2. «

   Опасно или не опасно — зависит от субъективной оценки, которая может оказаться ошибочной. Например, опасность курения доказана, но страха ни у кого не вызывает. Привидения, души умерших, призраки объективно никому не угрожают, однако наводят ужас.

   Опасно или не опасно — зависит от субъективной оценки, которая может оказаться ошибочной. Например, опасность курения доказана, но страха ни у кого не вызывает. Привидения, души умерших, призраки объективно никому не угрожают, однако наводят ужас.
3. «

   Мужествен тот, кому трудности не мешают осуществить благородное и смелое предприятие, кого препятствия не заставляют отступить на полпути к цели. Он действует наперекор всему, ведомый чувством справедливости, без которого мужество не имеет смысла.

   Мужествен тот, кому трудности не мешают осуществить благородное и смелое предприятие, кого препятствия не заставляют отступить на полпути к цели. Он действует наперекор всему, ведомый чувством справедливости, без которого мужество не имеет смысла.
4. «

   Неумение умного человека использовать мыслительные способности во благо себе и другим неизбежно ведёт к краху разума.

   Неумение умного человека использовать мыслительные способности во благо себе и другим неизбежно ведёт к краху разума.
5. «

   Многие отношения держатся не столько на радости взаимного общения, сколько на стремлении избежать одиночества.

   Многие отношения держатся не столько на радости взаимного общения, сколько на стремлении избежать одиночества.
6. «

   Власть символов над нашей жизнью очевидна. Знамя, гимн или слово способны вызывать патриотические чувства. Доброе слово утешает и радует. Оскорбление приводит в ярость. Ну а страшная история пугает.

   Власть символов над нашей жизнью очевидна. Знамя, гимн или слово способны вызывать патриотические чувства. Доброе слово утешает и радует. Оскорбление приводит в ярость. Ну а страшная история пугает.
7. «

   Страх — великий захватчик и, как все захватчики, стремится разложить дух побежденного. Он способен целиком завладеть сознанием личности, испортить отношения с окружающими.

   Страх — великий захватчик и, как все захватчики, стремится разложить дух побежденного. Он способен целиком завладеть сознанием личности, испортить отношения с окружающими.
8. «

   В период ухаживания жених и невеста стремятся не к душевному комфорту, а к сильным чувствам. Потом все меняется. Они уже не так старательно следят за своей внешностью и не так тщательно готовятся к беседе. На смену красноречию приходит рациональная немногословность. Сухой, почти административный стиль общения, обмен репликами на рутинные темы.

   В период ухаживания жених и невеста стремятся не к душевному комфорту, а к сильным чувствам. Потом все меняется. Они уже не так старательно следят за своей внешностью и не так тщательно готовятся к беседе. На смену красноречию приходит рациональная немногословность. Сухой, почти административный стиль общения, обмен репликами на рутинные темы.
9. «

   Научись отличать страхи полезные от страхов вредных. Полезные предупреждают об опасности и позволяют избежать её, они мобилизуют на борьбу. А вот вредные, напротив, отнимают волю к действию, обескровливают и обессиливают.

   Научись отличать страхи полезные от страхов вредных. Полезные предупреждают об опасности и позволяют избежать её, они мобилизуют на борьбу. А вот вредные, напротив, отнимают волю к действию, обескровливают и обессиливают.
10. «

    Угроза подразумевает слова или действия, которые предвещают опасность, ущерб или наказание, ожидающие человека. Это символическое предвосхищение зла.

    Угроза подразумевает слова или действия, которые предвещают опасность, ущерб или наказание, ожидающие человека. Это символическое предвосхищение зла.
11. «

    В пору моего детства в Толедо существовало забавное суеверие, якобы помогающее отвадить нежелательных визитеров: следовало только поставить за дверью метлу. Вот бы и страхи, этих зловредных гостей, можно было отогнать так же просто!

    В пору моего детства в Толедо существовало забавное суеверие, якобы помогающее отвадить нежелательных визитеров: следовало только поставить за дверью метлу. Вот бы и страхи, этих зловредных гостей, можно было отогнать так же просто!
12. «

    Не надо забывать, что власть, а точнее говоря, способность сильного навязывать свою волю, стоит на трёх китах: поощрение, наказание и влияние на чувства и убеждения слабого.

    Не надо забывать, что власть, а точнее говоря, способность сильного навязывать свою волю, стоит на трёх китах: поощрение, наказание и влияние на чувства и убеждения слабого.
13. «

    Борьба за жизнь приводит к поиску изощренных средств защиты, что в свою очередь подстегивает агрессоров к разработке ещё более коварных способов нападения.

    Борьба за жизнь приводит к поиску изощренных средств защиты, что в свою очередь подстегивает агрессоров к разработке ещё более коварных способов нападения.
14. «

    Внушать страх очень выгодно. Варвар почти всегда добивается своего.

    Внушать страх очень выгодно. Варвар почти всегда добивается своего.
15. «

    Страх — это эмоция, а трусость — линия поведения.

    Страх — это эмоция, а трусость — линия поведения.
16. «

    Мы существуем между воспоминаниями и воображением, между призраком прошлого и призраком будущего, мы воскрешаем пережитые страхи и придумываем новые угрозы, не можем разобраться в себе, путая реальность и вымысел. В довершении всех бед нам недостаточно изводить себя тревогами сегодняшнего дня — мы принимаемся размышлять над тревогами дня вчерашнего и в конце концов начинаем бояться самого страха, который коварно подкрадывается, множится, ширится.

    Мы существуем между воспоминаниями и воображением, между призраком прошлого и призраком будущего, мы воскрешаем пережитые страхи и придумываем новые угрозы, не можем разобраться в себе, путая реальность и вымысел. В довершении всех бед нам недостаточно изводить себя тревогами сегодняшнего дня — мы принимаемся размышлять над тревогами дня вчерашнего и в конце концов начинаем бояться самого страха, который коварно подкрадывается, множится, ширится.