26 цитат из книги «Хью Лори. Торговец пушками» для статуса

Ниже 26 цитат из книги «Хью Лори. Торговец пушками»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Ведь что значит сказать, что дела идут не ахти? Не ахти по сравнению с чем? Вы тут же ответите: да хотя бы по сравнению с тем, как они шли пару часов назад или пару лет назад. Однако, суть-то совсем не в этом. Если взять две машины без тормозов, несущиеся прямо на кирпичную стену, и одна из них врезается на мгновение раньше другой, разве можно сказать, что второй машине повезло больше? Беда и смерть. Каждую секунду нашей жизни они нависают над нами, стараясь нас достать. По большей части промахиваясь. Тысячи миль по скоростному шоссе и ни одного прокола в переднем колесе. Тысячи вирусов, проползающих сквозь наши тела, и ни один так и не зацепился. Тысячи роялей, летящих на мостовую, через минуту после того, как мы прошли мимо. Или через месяц, без разницы.

   Ведь что значит сказать, что дела идут не ахти? Не ахти по сравнению с чем? Вы тут же ответите: да хотя бы по сравнению с тем, как они шли пару часов назад или пару лет назад. Однако, суть-то совсем не в этом. Если взять две машины без тормозов, несущиеся прямо на кирпичную стену, и одна из них врезается на мгновение раньше другой, разве можно сказать, что второй машине повезло больше? Беда и смерть. Каждую секунду нашей жизни они нависают над нами, стараясь нас достать. По большей части промахиваясь. Тысячи миль по скоростному шоссе и ни одного прокола в переднем колесе. Тысячи вирусов, проползающих сквозь наши тела, и ни один так и не зацепился. Тысячи роялей, летящих на мостовую, через минуту после того, как мы прошли мимо. Или через месяц, без разницы.

   — Томас Лэнг · книга
2. «

   Но кому это надо – мыть за собой одноразовые тарелки?

   Но кому это надо – мыть за собой одноразовые тарелки?
3. «

   Из моего опыта, командир, я знаю, что никого нельзя назвать наемным убийцей. До тех пор, пока он им не станет.

   Из моего опыта, командир, я знаю, что никого нельзя назвать наемным убийцей. До тех пор, пока он им не станет.

   — Соломон · книга
4. «

   – Знаете, как у собачников? – заговорил Соломон. – «Что вы, мой пёсик совсем не кусается», – вечно твердят они. До тех пор, пока вдруг не приходится признать: «Сам не пойму, никогда с ним раньше такого не было». <...> Я просто хочу сказать, командир, что по-настоящему никто ни про кого ничего не знает. Ни про человека, ни про собаку. По-настоящему – никто.

   – Знаете, как у собачников? – заговорил Соломон. – «Что вы, мой пёсик совсем не кусается», – вечно твердят они. До тех пор, пока вдруг не приходится признать: «Сам не пойму, никогда с ним раньше такого не было». <...> Я просто хочу сказать, командир, что по-настоящему никто ни про кого ничего не знает. Ни про человека, ни про собаку. По-настоящему – никто.

   — Соломон · книга
5. «

   — Иди ты к чёрту! — Непременно пойду, причём обязательно проверю, чтобы и вам там комнатку приготовили.

   — Иди ты к чёрту! — Непременно пойду, причём обязательно проверю, чтобы и вам там комнатку приготовили.

   — Томас Лэнг · книга
6. «

   Третий закон Ньютона о ведении разговора, если бы таковой существовал, непременно утверждал бы, что любое заявление предполагает равное по силе и диаметрально противоположное по смыслу ответное заявление.

   Третий закон Ньютона о ведении разговора, если бы таковой существовал, непременно утверждал бы, что любое заявление предполагает равное по силе и диаметрально противоположное по смыслу ответное заявление.

   — Томас Лэнг · книга
7. «

   Безусловно, имелась одна, причем весьма веская причина, почему я желал сохранить его благосклонность. Да, возможно, он слегка того, а доченька его — не более чем смазливая фифа, вывернутая мехом внутрь. Однако я не мог отрицать очевидного факта: эта парочка определенно обладала каким-то шармом.

   Безусловно, имелась одна, причем весьма веская причина, почему я желал сохранить его благосклонность. Да, возможно, он слегка того, а доченька его — не более чем смазливая фифа, вывернутая мехом внутрь. Однако я не мог отрицать очевидного факта: эта парочка определенно обладала каким-то шармом.

   — Томас Лэнг · книга
8. «

   Насколько же, оказывается, легче быть кем-то другим.

   Насколько же, оказывается, легче быть кем-то другим.
9. «

   Народ не читает книг. Народу плевать на философию. Народ волнует только одно. Все, что народу нужно от своего правительства — это зарплата, которая растет и растет. Год от года, они хотят, чтобы зарплата становилась все больше и больше. Стоит ей остановиться — и народ моментально устроит себе другое правительство. Вот чего хочет народ. Вот чего он хотел всегда, во все времена. Вот, друг мой, что такое демократия.

   Народ не читает книг. Народу плевать на философию. Народ волнует только одно. Все, что народу нужно от своего правительства — это зарплата, которая растет и растет. Год от года, они хотят, чтобы зарплата становилась все больше и больше. Стоит ей остановиться — и народ моментально устроит себе другое правительство. Вот чего хочет народ. Вот чего он хотел всегда, во все времена. Вот, друг мой, что такое демократия.
10. «

    Видите ли, в тюрьме я уже бывал. Правда, всего три недели и всего лишь в предвариловке, но когда тебе дважды в день приходится играть в шахматы с угрюмо-свирепым болельщиком «Вест Хэм», у которого татуировка «УБЬЮ» на одной руке и «УБЬЮ» на другой, да еще набором шахматных фигур, где не хватает шести пешек, всех ладей и двух слонов, – в общем, ты невольно вдруг начинаешь ценить кое-какие мелочи. Такие, например, как свобода.

    Видите ли, в тюрьме я уже бывал. Правда, всего три недели и всего лишь в предвариловке, но когда тебе дважды в день приходится играть в шахматы с угрюмо-свирепым болельщиком «Вест Хэм», у которого татуировка «УБЬЮ» на одной руке и «УБЬЮ» на другой, да еще набором шахматных фигур, где не хватает шести пешек, всех ладей и двух слонов, – в общем, ты невольно вдруг начинаешь ценить кое-какие мелочи. Такие, например, как свобода.

    — Томас Лэнг · книга
11. «

    — Томас, не заставляй меня ещё раз говорить «пожалуйста». Это ужасно вредно для женского самолюбия. – Зато ужасно полезно для мужского.

    — Томас, не заставляй меня ещё раз говорить «пожалуйста». Это ужасно вредно для женского самолюбия. – Зато ужасно полезно для мужского.
12. «

    У денег есть только одно положительное свойство, одно-единственное: на них можно купить массу всевозможных вещей. В остальном это невероятно пошлая, вульгарная и гадкая штука, которая мне абсолютно не по душе.

    У денег есть только одно положительное свойство, одно-единственное: на них можно купить массу всевозможных вещей. В остальном это невероятно пошлая, вульгарная и гадкая штука, которая мне абсолютно не по душе.

    — Томас Лэнг · книга
13. «

    Для громкой музыки было поздновато, так что оставалось лишь одно развлечение – виски.

    Для громкой музыки было поздновато, так что оставалось лишь одно развлечение – виски.
14. «

    Она обвела квартиру скептическим взглядом, выразительно изогнув бровь. — У вас есть уборщица?! — Да-да, сам знаю, — ответил я. — Дай ей Бог здоровья. Артрит, знаете ли. Не может убирать ничего ниже своих колен или выше своих плеч. Я стараюсь оставлять грязные шмотки где-нибудь на уровне талии, но порой...

    Она обвела квартиру скептическим взглядом, выразительно изогнув бровь. — У вас есть уборщица?! — Да-да, сам знаю, — ответил я. — Дай ей Бог здоровья. Артрит, знаете ли. Не может убирать ничего ниже своих колен или выше своих плеч. Я стараюсь оставлять грязные шмотки где-нибудь на уровне талии, но порой...

    — Том Лэнг · книга
15. «

    На свете полно людей старше меня на десять лет, с кем у меня сложились добрые и тёплые отношения, без намёка на выламывание рук. Да и вообще, все, кто старше меня на десять лет, в большинстве своём люди просто замечательные.

    На свете полно людей старше меня на десять лет, с кем у меня сложились добрые и тёплые отношения, без намёка на выламывание рук. Да и вообще, все, кто старше меня на десять лет, в большинстве своём люди просто замечательные.
16. «

    Боль – это событие. Которое происходит с тобой, и справляться с которым ты должен в одиночку – любыми доступными тебе способами.

    Боль – это событие. Которое происходит с тобой, и справляться с которым ты должен в одиночку – любыми доступными тебе способами.

    — Томас Лэнг · книга
17. «

    Я стал вспоминать друзей, на помощь которых мог бы рассчитывать, но — так происходит всякий раз, когда я решаю провести подобную социальную ревизию, — пришёл к выводу, что друзья либо за границей, либо на том свете, либо женаты на дамах, не одобряющих мою персону, либо, если хорошенько подумать, вовсе никакие и не друзья.

    Я стал вспоминать друзей, на помощь которых мог бы рассчитывать, но — так происходит всякий раз, когда я решаю провести подобную социальную ревизию, — пришёл к выводу, что друзья либо за границей, либо на том свете, либо женаты на дамах, не одобряющих мою персону, либо, если хорошенько подумать, вовсе никакие и не друзья.

    — Томас Лэнг · книга
18. «

    Пока я вилял по блестящим, залитым желтым светом улицам, из головы у меня не выходили слова Сары – о том, чтобы я прекратил «эту хрень». И прекратить ее я должен был только потому, что в комнате находился умирающий человек. «Ньютоновский разговор», – подумал я про себя. То есть подтекст был таков: если бы в комнате не было умирающего человека, «эту хрень» можно было бы запросто продолжать.

    Пока я вилял по блестящим, залитым желтым светом улицам, из головы у меня не выходили слова Сары – о том, чтобы я прекратил «эту хрень». И прекратить ее я должен был только потому, что в комнате находился умирающий человек. «Ньютоновский разговор», – подумал я про себя. То есть подтекст был таков: если бы в комнате не было умирающего человека, «эту хрень» можно было бы запросто продолжать.
19. «

    Достав бутылку «Знаменитой куропатки» и стакан, я плеснул себе на два пальца и поплелся на кухню. Разбавив виски водой ровно настолько, чтобы куропатка из «знаменитой» стала «едва знакомой»...

    Достав бутылку «Знаменитой куропатки» и стакан, я плеснул себе на два пальца и поплелся на кухню. Разбавив виски водой ровно настолько, чтобы куропатка из «знаменитой» стала «едва знакомой»...

    — Томас Лэнг · книга
20. «

    ... мне вообще лучше думается, когда рядом есть кто-то, кто может думать за меня.

    ... мне вообще лучше думается, когда рядом есть кто-то, кто может думать за меня.