11 известных цитат из книги «Ирвин Ялом. Все мы творения на день»

11 цитат из книги «Ирвин Ялом. Все мы творения на день» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   – Как вам это удаётся? Как вы справляетесь с тем, что вам восемьдесят и вы чувствуете, что конец всё ближе и ближе? Я задумался над ответом, а она быстро сказала: – Нет, я не настолько жестока. Простите, мне не следовало спрашивать такое. – В вашем вопросе нет ничего жестокого. Я рад, что вы его задали. Я пытаюсь сформулировать ответ, чтобы он получился честным. Шопенгауэр как-то сравнил любовную страсть с ослепляющим солнцем. Когда оно меркнет с годами, мы вдруг замечаем прекрасное звёздное небо, прежде скрытое от нас солнечным сиянием. Так и меня исчезновение свойственных молодости страстей, порой тиранических, научило больше ценить звёзды на небе и многие чудеса существования, которых я прежде не замечал. Мне за восемьдесят, и я должен сказать вам нечто невероятное: я никогда не чувствовал себя лучше, никогда не был в большей гармонии с собой. Да, я сознаю, что моё существование приближается к концу, но конец был неизбежен с самого начала. Зато сейчас я дорожу радостями полной осознанности и счастлив разделять их с моей женой, которую знаю почти всю жизнь.

   – Как вам это удаётся? Как вы справляетесь с тем, что вам восемьдесят и вы чувствуете, что конец всё ближе и ближе? Я задумался над ответом, а она быстро сказала: – Нет, я не настолько жестока. Простите, мне не следовало спрашивать такое. – В вашем вопросе нет ничего жестокого. Я рад, что вы его задали. Я пытаюсь сформулировать ответ, чтобы он получился честным. Шопенгауэр как-то сравнил любовную страсть с ослепляющим солнцем. Когда оно меркнет с годами, мы вдруг замечаем прекрасное звёздное небо, прежде скрытое от нас солнечным сиянием. Так и меня исчезновение свойственных молодости страстей, порой тиранических, научило больше ценить звёзды на небе и многие чудеса существования, которых я прежде не замечал. Мне за восемьдесят, и я должен сказать вам нечто невероятное: я никогда не чувствовал себя лучше, никогда не был в большей гармонии с собой. Да, я сознаю, что моё существование приближается к концу, но конец был неизбежен с самого начала. Зато сейчас я дорожу радостями полной осознанности и счастлив разделять их с моей женой, которую знаю почти всю жизнь.

   — Наташа · книга
2. «

   Жизнь преходяща – всегда, для всех. Мы несём свою смерть в своём же теле. Но чувствовать её, чувствовать конкретную смерть с конкретным именем – это совсем другое.

   Жизнь преходяща – всегда, для всех. Мы несём свою смерть в своём же теле. Но чувствовать её, чувствовать конкретную смерть с конкретным именем – это совсем другое.

   — Элли · книга
3. «

   Человеческие отношения не бесконечны, но это никак не обесценивает факта их существования в прошлом.

   Человеческие отношения не бесконечны, но это никак не обесценивает факта их существования в прошлом.
4. «

   Некоторые, даже те, у кого тоже рак, говорят мне: «Ты проживёшь ещё тридцать лет». Они говорят себе: «Я от этого не умру.» Даже Нэнси из моей группы поддержки, при всей её мудрости и ясности мысли, написала мне во вчерашнем имейле: «Всё, на что мы можем надеяться, – это продержаться как можно дольше, пока не изобретут более совершенные средства лечения». Но это не то, что я хочу услышать. Это страховочная сетка с огромной дырой посередине. Не важно, суждено мне прожить долго или нет, важно, что я жива сейчас, в данный момент. Я хочу знать, что надеяться можно не только на достаточно длительную жизнь. Я хочу знать, что не нужно отворачиваться от мыслей о страдании и смерти, – но не нужно и уделять этим мыслям слишком много времени и места. Я хочу быть в контакте со знаем о конечности жизни. И в свете (или тени) этого знания разбираться с тем, как жить. Как жить сейчас. Вот чему я научилась у рака: он показывает тебе смертельную болезнь, а потом выплёвывает тебя назад, в мир, в твою жизнь со всей её сладостью и радостями, которые ты теперь ощущаешь намного острее. И ты знаешь, что тебе дали нечто, но нечто и отобрали. Что-то дано, а что-то отнято.

   Некоторые, даже те, у кого тоже рак, говорят мне: «Ты проживёшь ещё тридцать лет». Они говорят себе: «Я от этого не умру.» Даже Нэнси из моей группы поддержки, при всей её мудрости и ясности мысли, написала мне во вчерашнем имейле: «Всё, на что мы можем надеяться, – это продержаться как можно дольше, пока не изобретут более совершенные средства лечения». Но это не то, что я хочу услышать. Это страховочная сетка с огромной дырой посередине. Не важно, суждено мне прожить долго или нет, важно, что я жива сейчас, в данный момент. Я хочу знать, что надеяться можно не только на достаточно длительную жизнь. Я хочу знать, что не нужно отворачиваться от мыслей о страдании и смерти, – но не нужно и уделять этим мыслям слишком много времени и места. Я хочу быть в контакте со знаем о конечности жизни. И в свете (или тени) этого знания разбираться с тем, как жить. Как жить сейчас. Вот чему я научилась у рака: он показывает тебе смертельную болезнь, а потом выплёвывает тебя назад, в мир, в твою жизнь со всей её сладостью и радостями, которые ты теперь ощущаешь намного острее. И ты знаешь, что тебе дали нечто, но нечто и отобрали. Что-то дано, а что-то отнято.

   — Элли · книга
5. «

   Когда я ссорилась с моим другом Сергеем, ведущим танцором в театре и позднее моим мужем, мне хотелось убежать, напиться, найти пенис, любой пенис — желательно, чтобы его владелец был случайный человек, — и заниматься сексом, чтобы ранить Сергея и почувствовать себя лучше. Это всегда срабатывало. Но ненадолго. Очень ненадолго.

   Когда я ссорилась с моим другом Сергеем, ведущим танцором в театре и позднее моим мужем, мне хотелось убежать, напиться, найти пенис, любой пенис — желательно, чтобы его владелец был случайный человек, — и заниматься сексом, чтобы ранить Сергея и почувствовать себя лучше. Это всегда срабатывало. Но ненадолго. Очень ненадолго.

   — Наташа · книга
6. «

   О, подарите мне землю, много земель под усыпанным звездами небом. Не ограничивайте меня. Позвольте мне проскакать сквозь всю широкую и просторную страну, которую люблю. Не ограничивайте меня. Позвольте мне быть самим собой во время вечернего бриза И слушать шелест тополей. Прогоните меня навсегда, но я прошу вас, пожалуйста, Не ограничивайте меня.

   О, подарите мне землю, много земель под усыпанным звездами небом. Не ограничивайте меня. Позвольте мне проскакать сквозь всю широкую и просторную страну, которую люблю. Не ограничивайте меня. Позвольте мне быть самим собой во время вечернего бриза И слушать шелест тополей. Прогоните меня навсегда, но я прошу вас, пожалуйста, Не ограничивайте меня.

   — Рик · книга
7. «

   … родители не давали вам любовь, не потому что были жестоки, а потому, что им просто нечего было дать.

   … родители не давали вам любовь, не потому что были жестоки, а потому, что им просто нечего было дать.
8. «

   Да, создание своей жизни собственными руками имеет определённые преимущества и позволяет почувствовать себя сильным, но в то же время обрекает на одиночество, и часто, лёжа без сна глухой ночью, Чарльз горевал о давно остывшем домашнем очаге.

   Да, создание своей жизни собственными руками имеет определённые преимущества и позволяет почувствовать себя сильным, но в то же время обрекает на одиночество, и часто, лёжа без сна глухой ночью, Чарльз горевал о давно остывшем домашнем очаге.
9. «

   Этот обмен напомнил мне о важной аксиоме психотерапии, в верности которой я убеждался (и забывал) столько раз и со столькими пациентами: самое ценное, что я могу предложить, – это моё полное присутствие. «Просто будь с ней, – думал я. – Хватит изобретать какие-то мудрые и полезные слова. Прекрати искать потрясающую интерпретацию, которая вмиг всё объяснит. Твоя работа просто в том, чтобы давай ей своё полное присутствие. Поверь, она сама найдёт в сессии полезное для себя».

   Этот обмен напомнил мне о важной аксиоме психотерапии, в верности которой я убеждался (и забывал) столько раз и со столькими пациентами: самое ценное, что я могу предложить, – это моё полное присутствие. «Просто будь с ней, – думал я. – Хватит изобретать какие-то мудрые и полезные слова. Прекрати искать потрясающую интерпретацию, которая вмиг всё объяснит. Твоя работа просто в том, чтобы давай ей своё полное присутствие. Поверь, она сама найдёт в сессии полезное для себя».
10. «

    Я ощутил, как остро мне не хватает традиционного религиозного ритуала, что для меня было совсем не свойственно. Я тосковал по уютному привычному темпу и упорядоченной церемонией под руководством священника или раввина. А что делать на странных похоронах, где тебя встречают с шампанским и закусками и где нет места скорби?

    Я ощутил, как остро мне не хватает традиционного религиозного ритуала, что для меня было совсем не свойственно. Я тосковал по уютному привычному темпу и упорядоченной церемонией под руководством священника или раввина. А что делать на странных похоронах, где тебя встречают с шампанским и закусками и где нет места скорби?
11. «

    Я жива сейчас, и именно это имеет значение. Жизнь временна – всегда, для всех. Моя работа – примириться с моим телом и любить его, целиком и полностью, чтобы из этой стабильной сердцевины я могла действовать с силой и щедростью.

    Я жива сейчас, и именно это имеет значение. Жизнь временна – всегда, для всех. Моя работа – примириться с моим телом и любить его, целиком и полностью, чтобы из этой стабильной сердцевины я могла действовать с силой и щедростью.

    — Элли · книга