69 фраз из книги «Карлос Руис Сафон. Тень ветра» для дневника

69 цитат из книги «Карлос Руис Сафон. Тень ветра» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Вот она, одна из коварных ловушек детства — необязательно что-то понимать, чтобы это чувствовать.

   Вот она, одна из коварных ловушек детства — необязательно что-то понимать, чтобы это чувствовать.
2. «

   Деньги – они ведь как любой вирус: едва он проник в человека и начал разлагать его, он уже вновь в поиске новой жертвы и свежей, неиспорченной крови.

   Деньги – они ведь как любой вирус: едва он проник в человека и начал разлагать его, он уже вновь в поиске новой жертвы и свежей, неиспорченной крови.
3. «

   Боже мой! В классах сидят не ученики, а самые настоящие обезьяны. Дарвин был наивным мечтателем, я вас уверяю. Какая там эволюция, помилуйте! На одного здравомыслящего у меня целых девять орангутанов.

   Боже мой! В классах сидят не ученики, а самые настоящие обезьяны. Дарвин был наивным мечтателем, я вас уверяю. Какая там эволюция, помилуйте! На одного здравомыслящего у меня целых девять орангутанов.

   — Дон Анаклето · книга
4. «

   Господь по каким-то недоступным нашему пониманию причинам не всегда воздаёт по заслугам в этой жизни.

   Господь по каким-то недоступным нашему пониманию причинам не всегда воздаёт по заслугам в этой жизни.

   — Фермин Ромеро де Торрес · книга
5. «

   Его убивает одиночество. Иногда воспоминания ранят больнее, чем пули.

   Его убивает одиночество. Иногда воспоминания ранят больнее, чем пули.
6. «

   Надежда жестока и тщеславна, и у неё нет совести.

   Надежда жестока и тщеславна, и у неё нет совести.
7. «

   Есть разочарования, делающие честь тому, кто является их источником.

   Есть разочарования, делающие честь тому, кто является их источником.
8. «

   Хулиан всегда говорил: мы существуем, пока нас помнят.

   Хулиан всегда говорил: мы существуем, пока нас помнят.
9. «

   Никогда не знаешь, из какой неприятности может вытащить лимонная карамель.

   Никогда не знаешь, из какой неприятности может вытащить лимонная карамель.
10. «

    — Фермин, ради всего святого, немедленно в постель. — И не подумаю. По статистике, в постели народу умирает больше, чем в окопах.

    — Фермин, ради всего святого, немедленно в постель. — И не подумаю. По статистике, в постели народу умирает больше, чем в окопах.

    — Фермин Ромеро де Торрес · книга
11. «

    Я думал о том, как мало могу предложить ей и как много мне от неё хотелось бы получить.

    Я думал о том, как мало могу предложить ей и как много мне от неё хотелось бы получить.

    — Даниель Семпере · книга
12. «

    Я смотрел на ее легкие руки, сложенные на коленях, на точеную фигуру, угадываемую под складками одежды, на рельеф ее плеч, прозрачную бледность шеи и разрез губ, к которым так хотелось прикоснуться. Прежде мне никогда не доводилось так близко разглядывать женщину, не опасаясь встретиться с нею взглядом.

    Я смотрел на ее легкие руки, сложенные на коленях, на точеную фигуру, угадываемую под складками одежды, на рельеф ее плеч, прозрачную бледность шеи и разрез губ, к которым так хотелось прикоснуться. Прежде мне никогда не доводилось так близко разглядывать женщину, не опасаясь встретиться с нею взглядом.

    — Даниель Семпере · книга
13. «

    Когда наконец наступил мир, от него несло тюрьмой и кладбищем, а следом волочился саван безмолвия и стыда, обволакивающий души живых. Не было ни одной пары незапятнанных рук и невинных глаз.

    Когда наконец наступил мир, от него несло тюрьмой и кладбищем, а следом волочился саван безмолвия и стыда, обволакивающий души живых. Не было ни одной пары незапятнанных рук и невинных глаз.

    — Нурия Монфорт · книга
14. «

    Всего лучшего на свете приходится ждать.

    Всего лучшего на свете приходится ждать.

    — Фермин Ромеро де Торрес · книга
15. «

    По-настоящему любишь только раз в жизни, но не всегда понимаешь это.

    По-настоящему любишь только раз в жизни, но не всегда понимаешь это.

    — Фортунь · книга
16. «

    Доктор Касерес сказал однажды моей матери, что мы, Ромеро де Торрес – промежуточное звено между человеком и рыбой-молотом, поскольку девяносто процентов нашего организма – это хрящ, сконцентрированный главным образом в носу и ушных раковинах.

    Доктор Касерес сказал однажды моей матери, что мы, Ромеро де Торрес – промежуточное звено между человеком и рыбой-молотом, поскольку девяносто процентов нашего организма – это хрящ, сконцентрированный главным образом в носу и ушных раковинах.
17. «

    В тот момент, когда ты задумываешься о том, любишь ли ты кого-то, ты уже навсегда перестал его любить.

    В тот момент, когда ты задумываешься о том, любишь ли ты кого-то, ты уже навсегда перестал его любить.

    — Хулиан Каракс · книга
18. «

    Я кивнул, сгорая от стыда. Мой друг всего несколько часов назад заплатил сломанными ребрами за мое спасение, а я думаю о застежке лифчика.

    Я кивнул, сгорая от стыда. Мой друг всего несколько часов назад заплатил сломанными ребрами за мое спасение, а я думаю о застежке лифчика.

    — Даниель Семпере · книга
19. «

    — Книга у некоего Адриана Нери. Музыканта. Думаю, вы слышали о нем. — Нет, не слышал, и это худшее, что можно сказать о музыканте.

    — Книга у некоего Адриана Нери. Музыканта. Думаю, вы слышали о нем. — Нет, не слышал, и это худшее, что можно сказать о музыканте.

    — Даниель Семпере · книга
20. «

    Слова и поступки, которыми мы раним сердце ребенка, из-за жестокости или по неведению, проникают глубоко в его душу и обосновываются там навсегда, чтобы потом, в будущем, рано или поздно, сжечь ее дотла.

    Слова и поступки, которыми мы раним сердце ребенка, из-за жестокости или по неведению, проникают глубоко в его душу и обосновываются там навсегда, чтобы потом, в будущем, рано или поздно, сжечь ее дотла.