16 цитат из книги «Кен Кизи. Порою нестерпимо хочется (Порою блажь великая)» на каждый день

Собрали 16 цитат из книги «Кен Кизи. Порою нестерпимо хочется (Порою блажь великая)» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Потому что как быстро ни вертись, удар в спину невозможно встретить лицом к лицу.

   Потому что как быстро ни вертись, удар в спину невозможно встретить лицом к лицу.

   — Лиланд Стэмпер · книга
2. «

   Когда на пути камень — его или перегибаешь, или обходишь.

   Когда на пути камень — его или перегибаешь, или обходишь.

   — Генри Стэмпер · книга
3. «

   Ответ — никогда не ответ. На самом деле интересна тайна. Если ищешь тайну вместо ответа, искать будешь вечно. Я ни разу не видел, чтобы кто-нибудь нашел ответ — всякий думает, что ответ нашел, и перестает думать. Но смысл в том, чтобы искать тайну, пробуждать тайну, возделывать сад, где странные травы и тайны цветут. Тайна гораздо нужнее ответа.

   Ответ — никогда не ответ. На самом деле интересна тайна. Если ищешь тайну вместо ответа, искать будешь вечно. Я ни разу не видел, чтобы кто-нибудь нашел ответ — всякий думает, что ответ нашел, и перестает думать. Но смысл в том, чтобы искать тайну, пробуждать тайну, возделывать сад, где странные травы и тайны цветут. Тайна гораздо нужнее ответа.
4. «

   Прими свою долю — и паши свое поле.

   Прими свою долю — и паши свое поле.

   — Джо Бен · книга
5. «

   Трудно говорить с человеком, которого давно не видел, но и молчать с ним нелегко. Особенно трудно, когда у тебя есть много чего ему сказать, и ты не имеешь ни малейшего представления, как это сделать.

   Трудно говорить с человеком, которого давно не видел, но и молчать с ним нелегко. Особенно трудно, когда у тебя есть много чего ему сказать, и ты не имеешь ни малейшего представления, как это сделать.
6. «

   Мы тоскуем по близости — и почитаем ее за яд, когда она ниспослана. Мы сызмальства учимся остерегаться близости: «никогда не раскрывайся» — учимся мы... неужто ты хочешь, чтобы чьи-то грязные заскорузлые пальцы теребили сокровенные фибры твоей души? Никогда не бери конфетку у незнакомца. Или даже у друзей. Стащи тайком мешок ирисок, когда никто тебя не видит, но не принимай, никогда не принимай от чужих... неужто ты хочешь быть кому-то обязан? А главное — забудь о заботе, забудь НАВСЕГДА. Ибо забота, симпатия заставят тебя опустить мост своего замка и высунуться из панциря... неужто ты хочешь, чтобы всякий проходимец знал, какое на самом деле мягкое у тебя брюшко?

   Мы тоскуем по близости — и почитаем ее за яд, когда она ниспослана. Мы сызмальства учимся остерегаться близости: «никогда не раскрывайся» — учимся мы... неужто ты хочешь, чтобы чьи-то грязные заскорузлые пальцы теребили сокровенные фибры твоей души? Никогда не бери конфетку у незнакомца. Или даже у друзей. Стащи тайком мешок ирисок, когда никто тебя не видит, но не принимай, никогда не принимай от чужих... неужто ты хочешь быть кому-то обязан? А главное — забудь о заботе, забудь НАВСЕГДА. Ибо забота, симпатия заставят тебя опустить мост своего замка и высунуться из панциря... неужто ты хочешь, чтобы всякий проходимец знал, какое на самом деле мягкое у тебя брюшко?
7. «

   Все мы, все и каждый из нас, мой мальчик...узники своего бытия.

   Все мы, все и каждый из нас, мой мальчик...узники своего бытия.
8. «

   Можно всю жизнь скрываться во фредистких джунглях, выть на луну и плеваться проклятиями Создателю, но в конце, в самом конце концов, где расставляются все точки над гласными... будь уверен — прояснится как раз достаточно, и ты поймешь, что луна, на которую выл столько блаженных лет — не более чем желтый плафон на потолке, а Создатель — буклет, подброшенный «Обществом Гидеон» в твою тумбочку.

   Можно всю жизнь скрываться во фредистких джунглях, выть на луну и плеваться проклятиями Создателю, но в конце, в самом конце концов, где расставляются все точки над гласными... будь уверен — прояснится как раз достаточно, и ты поймешь, что луна, на которую выл столько блаженных лет — не более чем желтый плафон на потолке, а Создатель — буклет, подброшенный «Обществом Гидеон» в твою тумбочку.

   — Лиланд Стэмпер · книга
9. «

   Кроме того, есть вещи, которые не могу быть правдой, даже если они действительно имели место.

   Кроме того, есть вещи, которые не могу быть правдой, даже если они действительно имели место.

   — Лиланд Стэмпер · книга
10. «

    Но если сила не истинна, — помниться, была самая последняя моя мысль в тот самый день, перед тем как я наконец вырубился, — то истинна слабость. Слабость истинна и подлинна. Я обвинял Малыша в том, что он симулирует слабость. Но симуляция как раз и доказывает, что слабость подлинна. Когда ты так слаб, что приходится симулировать. Нет, невозможно даже симулировать слабость. Можно симулировать лишь силу...

    Но если сила не истинна, — помниться, была самая последняя моя мысль в тот самый день, перед тем как я наконец вырубился, — то истинна слабость. Слабость истинна и подлинна. Я обвинял Малыша в том, что он симулирует слабость. Но симуляция как раз и доказывает, что слабость подлинна. Когда ты так слаб, что приходится симулировать. Нет, невозможно даже симулировать слабость. Можно симулировать лишь силу...

    — Хэнк Стэмпер · книга
11. «

    Так могу ли вернуться и сразиться со своим прошлым за грунт под фундамент настоящего? Фундамент под обитель поуютнее? Бог свидетель, это стоит возвращения...

    Так могу ли вернуться и сразиться со своим прошлым за грунт под фундамент настоящего? Фундамент под обитель поуютнее? Бог свидетель, это стоит возвращения...

    — Лиланд Стэмпер · книга
12. «

    Человек борется не на жизнь, а на смерть со всем, что грозит ему одиночеством, даже с самим собой.

    Человек борется не на жизнь, а на смерть со всем, что грозит ему одиночеством, даже с самим собой.
13. «

    Я чувствовал себя так, будто меня изнасиловало само время.

    Я чувствовал себя так, будто меня изнасиловало само время.
14. «

    Владельцы кафе гораздо несчастней обычных работяг. Обычный работяга отвечает только перед своим боссом, для владельца кафе же каждый босяк с баксом босс.

    Владельцы кафе гораздо несчастней обычных работяг. Обычный работяга отвечает только перед своим боссом, для владельца кафе же каждый босяк с баксом босс.

    — Джонатан Дрэгер · книга
15. «

    Человек не уверен ни в чем, кроме своей способности потерпеть неудачу. Это самое глубокое из всех наших убеждений, и неверующий — еретик, сектант — вызывает в нас гнев самый праведный. Школьные ненавидит зазнайку-одноклассника, утверждающего, будто может пройти по забору и не упасть. Женщина презирает девицу, уверенную в том, что её красота очарует «принца». Рабочего ничто так не злит, как убежденность хозяина в верховенстве управления. И этот гнев можно приручить и использовать.

    Человек не уверен ни в чем, кроме своей способности потерпеть неудачу. Это самое глубокое из всех наших убеждений, и неверующий — еретик, сектант — вызывает в нас гнев самый праведный. Школьные ненавидит зазнайку-одноклассника, утверждающего, будто может пройти по забору и не упасть. Женщина презирает девицу, уверенную в том, что её красота очарует «принца». Рабочего ничто так не злит, как убежденность хозяина в верховенстве управления. И этот гнев можно приручить и использовать.

    — Джонатан Дрэгер · книга
16. «

    Зачем вообще желать проснуться мертвым? Если вся наша славная суета с рождения до смерти — единственная из доступных нам сует, если наш великий чарующий Жизненный Полет — в любом случае столь краткая черточка в сравнении с эпохами минувшими и предстоящими, как можно брезговать несколькими драгоценными мгновениями? И, наконец, в-третьих: а если жизнь — такая суета, зачем бороться?

    Зачем вообще желать проснуться мертвым? Если вся наша славная суета с рождения до смерти — единственная из доступных нам сует, если наш великий чарующий Жизненный Полет — в любом случае столь краткая черточка в сравнении с эпохами минувшими и предстоящими, как можно брезговать несколькими драгоценными мгновениями? И, наконец, в-третьих: а если жизнь — такая суета, зачем бороться?

    — Лиланд Стэмпер · книга