26 известных цитат из книги «Кэтрин Стокетт. Прислуга»

26 цитат из книги «Кэтрин Стокетт. Прислуга» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мне всегда было забавно, как это детишки верят всему, что им скажешь.

   Мне всегда было забавно, как это детишки верят всему, что им скажешь.

   — Эйбилин Кларк · книга
2. «

   Каждое утро, пока не помрешь и тебя не закопают в землю, тебе придется принимать это решение... Тебе придется спрашивать себя: «Собираюсь ли я поверить в то, что сегодня эти дураки скажут обо мне?»

   Каждое утро, пока не помрешь и тебя не закопают в землю, тебе придется принимать это решение... Тебе придется спрашивать себя: «Собираюсь ли я поверить в то, что сегодня эти дураки скажут обо мне?»
3. «

   Уродство живет внутри. Быть уродом значит быть гадким, злым человеком.

   Уродство живет внутри. Быть уродом значит быть гадким, злым человеком.

   — Константин Джефферсон · книга
4. «

   Миссисипи мне как мать. Только мне позволено жаловаться на нее. Но берегись любой, кто посмеет дурно отозваться о ней в моем присутствии, если, конечно, она и не его мать тоже.

   Миссисипи мне как мать. Только мне позволено жаловаться на нее. Но берегись любой, кто посмеет дурно отозваться о ней в моем присутствии, если, конечно, она и не его мать тоже.
5. «

   Прислуга всегда все знает.

   Прислуга всегда все знает.

   — Эйбилин Кларк · книга
6. «

   — Грудь — это для спальни и вскармливания детей, а не для светских раутов. — И что ей прикажешь делать? Оставить грудь дома?!

   — Грудь — это для спальни и вскармливания детей, а не для светских раутов. — И что ей прикажешь делать? Оставить грудь дома?!
7. «

   Никто ничего не говорит, но мы все-таки умудряемся вести разговор.

   Никто ничего не говорит, но мы все-таки умудряемся вести разговор.

   — Эйбилин Кларк · книга
8. «

   Момент, когда ваше дитя заявляет, что ненавидит вас, — а через это проходит каждый ребенок — это как удар ногой в живот.

   Момент, когда ваше дитя заявляет, что ненавидит вас, — а через это проходит каждый ребенок — это как удар ногой в живот.
9. «

   Больно осознавать, как легко подруга может расстаться с тобой.

   Больно осознавать, как легко подруга может расстаться с тобой.
10. «

    – Ты что, хочешь сказать, люди думают, будто я пользуюсь черной магией? – Я знала, что ты начнешь волноваться, если тебе рассказать. Просто люди думают, что у тебя связь с Ним поближе, чем у прочих. Мы все на прямой линии с Господом, но ты – ты говоришь ему прямо на ухо.

    – Ты что, хочешь сказать, люди думают, будто я пользуюсь черной магией? – Я знала, что ты начнешь волноваться, если тебе рассказать. Просто люди думают, что у тебя связь с Ним поближе, чем у прочих. Мы все на прямой линии с Господом, но ты – ты говоришь ему прямо на ухо.

    — Эйбилин Кларк · книга
11. «

    — Они не только существуют, эти границы, но ты не хуже меня знаешь, где именно они проходят. — Я тоже так думала. А теперь в это не верю. Границы у нас в головах. А люди вроде мисс Хилли всегда пытаются заставить нас поверить, что они есть на самом деле. Но их нет.

    — Они не только существуют, эти границы, но ты не хуже меня знаешь, где именно они проходят. — Я тоже так думала. А теперь в это не верю. Границы у нас в головах. А люди вроде мисс Хилли всегда пытаются заставить нас поверить, что они есть на самом деле. Но их нет.

    — Минни Джексон · книга
12. «

    Я не хочу ничего чувствовать. Хочу замёрзнуть изнутри. Хочу, чтобы ледяной поток устремился прямо в сердце.

    Я не хочу ничего чувствовать. Хочу замёрзнуть изнутри. Хочу, чтобы ледяной поток устремился прямо в сердце.
13. «

    Не знаю, что сказать ей в ответ. Я все понимаю, но молчу. И понимаю, что она тоже не может сказать то, что хочет. И это так странно, потому что никто ничего не говорит, но мы все-таки умудряемся вести разговор.

    Не знаю, что сказать ей в ответ. Я все понимаю, но молчу. И понимаю, что она тоже не может сказать то, что хочет. И это так странно, потому что никто ничего не говорит, но мы все-таки умудряемся вести разговор.

    — Эйбилин Кларк · книга
14. «

    Любой человек помнит свою первую учительницу, верно? Мы, может, и не помним, чему нас учили, но уж поверьте, я достаточно детей вырастила и знаю точно: первая учительница — это важно.

    Любой человек помнит свою первую учительницу, верно? Мы, может, и не помним, чему нас учили, но уж поверьте, я достаточно детей вырастила и знаю точно: первая учительница — это важно.

    — Эйбилин Кларк · книга
15. «

    В приглушенном свете ее голос вспыхнул невероятным сиянием. Если бы шоколад мог звучать, он запел бы голосом Константайн. Если бы у песни был цвет, она обрела бы цвет шоколада.

    В приглушенном свете ее голос вспыхнул невероятным сиянием. Если бы шоколад мог звучать, он запел бы голосом Константайн. Если бы у песни был цвет, она обрела бы цвет шоколада.

    — Евгения Фелан · книга
16. «

    У меня пятеро детей, и я горжусь, что научила их говорить «да, мэм» и «пожалуйста», прежде чем произнести слово «печенье».

    У меня пятеро детей, и я горжусь, что научила их говорить «да, мэм» и «пожалуйста», прежде чем произнести слово «печенье».

    — Минни Джексон · книга
17. «

    Вспоминаю, как Малышку отшлёпали из-за меня. Вспоминаю, что она слушала, как мисс Лифолт назвала меня грязной, заразной. Автобус несётся на Стейт-стрит. Мы пересекаем мост Вудро Вильсона, и я сжимаю челюсти с такой силой, что едва зубы не ломаются. Чувствую, как горькое семя, поселившееся во мне после смерти Трилора, всё растёт и растёт. Хочется закричать так громко, чтобы Малышка услышала меня, что грязь – она не в цвете кожи, а зараза – не в негритянской части города.

    Вспоминаю, как Малышку отшлёпали из-за меня. Вспоминаю, что она слушала, как мисс Лифолт назвала меня грязной, заразной. Автобус несётся на Стейт-стрит. Мы пересекаем мост Вудро Вильсона, и я сжимаю челюсти с такой силой, что едва зубы не ломаются. Чувствую, как горькое семя, поселившееся во мне после смерти Трилора, всё растёт и растёт. Хочется закричать так громко, чтобы Малышка услышала меня, что грязь – она не в цвете кожи, а зараза – не в негритянской части города.

    — Эйбилин · книга
18. «

    Всякий раз, когда не заняты работой на мимеографе или не готовите кофе своему боссу, внимательно смотрите вокруг, наблюдайте, исследуйте и пишите. Не тратьте время на очевидные вещи. Пишите о том, что Вас волнует, особенно если никому больше до этого нет дела.

    Всякий раз, когда не заняты работой на мимеографе или не готовите кофе своему боссу, внимательно смотрите вокруг, наблюдайте, исследуйте и пишите. Не тратьте время на очевидные вещи. Пишите о том, что Вас волнует, особенно если никому больше до этого нет дела.

    — Элейн Штайн · книга
19. «

    Понимаю, есть много других «чернокожих» мероприятий, кроме моих рассказов и собраний Ширли Бун, – демонстрации в городе, марш в Бирмингеме, митинги за гражданские права. Но дело в том, что меня не слишком волнуют избирательные права. И плевать мне на право обедать за одной стойкой с белыми. Но мне важно, чтобы лет через десять белая леди не называла моих девочек грязными и не обвиняла их в воровстве серебра.

    Понимаю, есть много других «чернокожих» мероприятий, кроме моих рассказов и собраний Ширли Бун, – демонстрации в городе, марш в Бирмингеме, митинги за гражданские права. Но дело в том, что меня не слишком волнуют избирательные права. И плевать мне на право обедать за одной стойкой с белыми. Но мне важно, чтобы лет через десять белая леди не называла моих девочек грязными и не обвиняла их в воровстве серебра.

    — Минни Джексон · книга
20. «

    Да она на перекличке в дурдоме первой отзывается.

    Да она на перекличке в дурдоме первой отзывается.

    — Минни Джексон · книга