130 цитат из книги «Колин Маккалоу. Поющие в терновнике» для вдохновения

Ниже 130 цитат из книги «Колин Маккалоу. Поющие в терновнике»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Есть мужчины, в чьей жизни женщинам нет места.

   Есть мужчины, в чьей жизни женщинам нет места.
2. «

   Может быть, завидовать тут нечему, но моя боль принадлежит только мне.

   Может быть, завидовать тут нечему, но моя боль принадлежит только мне.

   — Фиа Клири · книга
3. «

   Она слишком хорошо знала сына и не сомневалась: одно её слово — и он снова будет здесь, а значит, никогда у неё не вырвется это слово. Если дни ее долги и горьки, ибо она потерпела поражение, терпеть надо молча.

   Она слишком хорошо знала сына и не сомневалась: одно её слово — и он снова будет здесь, а значит, никогда у неё не вырвется это слово. Если дни ее долги и горьки, ибо она потерпела поражение, терпеть надо молча.
4. «

   — Поживем — увидим, милый друг, — сказала она, глядя в зеркало, где вместо собственного отражения ей виделось лицо Лиона. — Не будь я Джастина О'Нил, если я не сделаю Англию важнейшим из всех твоих иностранных дел.

   — Поживем — увидим, милый друг, — сказала она, глядя в зеркало, где вместо собственного отражения ей виделось лицо Лиона. — Не будь я Джастина О'Нил, если я не сделаю Англию важнейшим из всех твоих иностранных дел.

   — Джастина О’Нил · книга
5. «

   Наверное, в нас живёт демон разрушения, всегда хочется переворошить огонь. Это лишь ускоряет конец. Но какой красивый конец!

   Наверное, в нас живёт демон разрушения, всегда хочется переворошить огонь. Это лишь ускоряет конец. Но какой красивый конец!

   — Джастина О’Нил · книга
6. «

   — По крайней мере вы пополнили мое образование по части дамского туалета, как верхнего, так и нижнего, — кротко заметил Хартгейм. — Бросьте! Пари держу, у вас десяток любовниц, и вы всех их раздеваете. — У меня только одна, и, как подобает хорошей любовнице, она ждет меня в неглиже.

   — По крайней мере вы пополнили мое образование по части дамского туалета, как верхнего, так и нижнего, — кротко заметил Хартгейм. — Бросьте! Пари держу, у вас десяток любовниц, и вы всех их раздеваете. — У меня только одна, и, как подобает хорошей любовнице, она ждет меня в неглиже.
7. «

   Как только улажу тут все дела, напишу, когда меня ждать. А пока не забывай, что я хоть и по своему, не по-людски, тебя люблю.

   Как только улажу тут все дела, напишу, когда меня ждать. А пока не забывай, что я хоть и по своему, не по-людски, тебя люблю.

   — Джастина О’Нил · книга
8. «

   Никто не ценит того, чего слишком много. У нас тут в избытке овцы, а в городе — люди.

   Никто не ценит того, чего слишком много. У нас тут в избытке овцы, а в городе — люди.

   — Фиа Клири · книга
9. «

   Вот почему плохо, когда ты остров; забываешь, что и за пределами твоих берегов что-то происходит.

   Вот почему плохо, когда ты остров; забываешь, что и за пределами твоих берегов что-то происходит.
10. «

    Не понять было, слышит ли Мэгги эти глупые прибаутки; остановившимися глазами она безрадостно смотрела куда-то поверх его плеча, и в глазах этих была невысказанная повесть слишком ранних трагедий, недетских страданий и горя, тяжкого не по годам.

    Не понять было, слышит ли Мэгги эти глупые прибаутки; остановившимися глазами она безрадостно смотрела куда-то поверх его плеча, и в глазах этих была невысказанная повесть слишком ранних трагедий, недетских страданий и горя, тяжкого не по годам.
11. «

    Да, я отчаянно воевал с тобой, моя Мэгги! И все же под конец не тебя, разбитую вдребезги, надо мне склеивать по кусочкам, а кое-как собирать собственные обломки.

    Да, я отчаянно воевал с тобой, моя Мэгги! И все же под конец не тебя, разбитую вдребезги, надо мне склеивать по кусочкам, а кое-как собирать собственные обломки.

    — Ральф де Брикассар · книга
12. «

    — Всё на свете имеет право родиться, даже мысль. — Ты знаешь, о чём я, правда? — Наверно, знаю. — Не всё, что рождается на свет, хорошо, Мэгги. — Да. Но уж если оно родилось, значит, так было суждено.

    — Всё на свете имеет право родиться, даже мысль. — Ты знаешь, о чём я, правда? — Наверно, знаю. — Не всё, что рождается на свет, хорошо, Мэгги. — Да. Но уж если оно родилось, значит, так было суждено.

    — Ральф де Брикассар · книга
13. «

    Земля сделала их застенчивыми, земля ведь не нуждается в красноречии, в светской обходительности. Земле нужно только то, что они ей дают, — молчаливая любовь, безраздельная преданность.

    Земля сделала их застенчивыми, земля ведь не нуждается в красноречии, в светской обходительности. Земле нужно только то, что они ей дают, — молчаливая любовь, безраздельная преданность.
14. «

    Со стыдом, с позором вернули домой яркую птицу, так и не пришлось ей взмыть в небо, крылья подрезаны и песнь замерла в горле.

    Со стыдом, с позором вернули домой яркую птицу, так и не пришлось ей взмыть в небо, крылья подрезаны и песнь замерла в горле.
15. «

    Я совершенно здорова. Но когда уже стукнуло шестьдесят пять, в этом есть что-то зловещее. Вдруг понимаешь: старость это не что-то такое, что может с тобой случиться, — оно уже случилось.

    Я совершенно здорова. Но когда уже стукнуло шестьдесят пять, в этом есть что-то зловещее. Вдруг понимаешь: старость это не что-то такое, что может с тобой случиться, — оно уже случилось.

    — Мэри Карсон · книга
16. «

    Ну, Джастина хоть и моя дочь, но первоклассная стерва.

    Ну, Джастина хоть и моя дочь, но первоклассная стерва.

    — Мэгги О'Нил · книга
17. «

    Было во Фрэнке что-то такое, что убивало и нежность и сочувствие — этому угрюмому сердцу не хватало внутреннего света.

    Было во Фрэнке что-то такое, что убивало и нежность и сочувствие — этому угрюмому сердцу не хватало внутреннего света.
18. «

    Вольный, невесомый, как волшебный здешний воздух, напоенный соленым дыханием моря и ароматом пропитанной солнцем листвы, он некоторое время парил на крыльях неведомой ему прежде свободы: какое облегчение — отказаться от борьбы, к которой он вечно себя принуждал, как спокойно на душе, когда проиграл наконец долгую, невообразимо жестокую войну и оказывается, поражение много сладостней, чем битва.

    Вольный, невесомый, как волшебный здешний воздух, напоенный соленым дыханием моря и ароматом пропитанной солнцем листвы, он некоторое время парил на крыльях неведомой ему прежде свободы: какое облегчение — отказаться от борьбы, к которой он вечно себя принуждал, как спокойно на душе, когда проиграл наконец долгую, невообразимо жестокую войну и оказывается, поражение много сладостней, чем битва.
19. «

    Эти горожане понятия не имеют, как мы, не городские, живем, им-то можно нянчиться со своими кошечками да собачками, будто с малыми детьми. А у нас тут все по-другому. Если кто попал в беду, мужчина ли, женщина, большой или малый, мы никого без помощи не оставим, а городские — они о зверюшках своих любимых заботятся, а человек хоть зови, хоть плачь — и пальцем не шевельнут, чтоб помочь.

    Эти горожане понятия не имеют, как мы, не городские, живем, им-то можно нянчиться со своими кошечками да собачками, будто с малыми детьми. А у нас тут все по-другому. Если кто попал в беду, мужчина ли, женщина, большой или малый, мы никого без помощи не оставим, а городские — они о зверюшках своих любимых заботятся, а человек хоть зови, хоть плачь — и пальцем не шевельнут, чтоб помочь.

    — Пэдди Клири · книга
20. «

    Тот, кому нечего терять, может всего добиться, того, кто не чувствителен к боли, ничто не ранит.

    Тот, кому нечего терять, может всего добиться, того, кто не чувствителен к боли, ничто не ранит.