94 коротких цитаты из книги «Конкордия Антарова. Две жизни»

Ниже 94 цитаты из книги «Конкордия Антарова. Две жизни»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Одна прожитая в мире и гармонии жизнь осеняет человека века и века, как очищающая атмосфера, как невидимая помощь и защита ему.

   Одна прожитая в мире и гармонии жизнь осеняет человека века и века, как очищающая атмосфера, как невидимая помощь и защита ему.
2. «

   В течение каждого своего дня человек должен думать о том, чтобы принести как можно больше мира и гармонии в свои дела и встречи. Мир, который одна душа приносит другой, – это целебный клей, стягивающий раны раздражения, согревающий компресс к синякам бушующих страстей и бальзам на огорчённую душу собеседника.

   В течение каждого своего дня человек должен думать о том, чтобы принести как можно больше мира и гармонии в свои дела и встречи. Мир, который одна душа приносит другой, – это целебный клей, стягивающий раны раздражения, согревающий компресс к синякам бушующих страстей и бальзам на огорчённую душу собеседника.
3. «

   Любое место, где бы вы ни жили, не имеет значения само по себе. Важно лишь то, что вы туда принесёте в себе.

   Любое место, где бы вы ни жили, не имеет значения само по себе. Важно лишь то, что вы туда принесёте в себе.
4. «

   Женщина, <...> в минуты величайшего горя редко способна оставаться одна. Она, сама того не сознавая, тянется к человеку, оказавшему ей внимание, чтобы хоть немного притушить раздирающее её горе от потери любимого. И мужчине, честному джентльмену, следует быть крайне осторожным в своих словах и поступках. Не раз я видел, как утешающий женщину мужчина попадал в безвыходное положение. Она обрушивалась на него всей тяжестью своего страдания и привязывалась так крепко, что приходилось либо жениться, либо бежать, причинив ей новое страдание.

   Женщина, <...> в минуты величайшего горя редко способна оставаться одна. Она, сама того не сознавая, тянется к человеку, оказавшему ей внимание, чтобы хоть немного притушить раздирающее её горе от потери любимого. И мужчине, честному джентльмену, следует быть крайне осторожным в своих словах и поступках. Не раз я видел, как утешающий женщину мужчина попадал в безвыходное положение. Она обрушивалась на него всей тяжестью своего страдания и привязывалась так крепко, что приходилось либо жениться, либо бежать, причинив ей новое страдание.

   — Капитан · книга
5. «

   Не равнодушием или порывами горечи и уныния движется жизнь, а радостью. Той высшей радостью, где нет уже личного восприятия текущей минуты, а есть только сила сердца – любовь, для которой ни время, ни пространство не играют роли. Любовь не судит – она радуется, помогая.

   Не равнодушием или порывами горечи и уныния движется жизнь, а радостью. Той высшей радостью, где нет уже личного восприятия текущей минуты, а есть только сила сердца – любовь, для которой ни время, ни пространство не играют роли. Любовь не судит – она радуется, помогая.
6. «

   Мои скромные познания научили меня лишь одному: не имея о чем-либо достаточных знаний, не отрицать того, о чем тебе говорят.

   Мои скромные познания научили меня лишь одному: не имея о чем-либо достаточных знаний, не отрицать того, о чем тебе говорят.
7. «

   Пристально вглядывайтесь в своё сердце и запомните моё последнее вам слово: чем ближе вы будете к Богу в самом себе, тем ярче и яснее будете видеть Бога во встречном.

   Пристально вглядывайтесь в своё сердце и запомните моё последнее вам слово: чем ближе вы будете к Богу в самом себе, тем ярче и яснее будете видеть Бога во встречном.
8. «

   Я ощущал в сердце какую-то ещё мне неведомую боль, точно я не мог примирить две жизни: жизнь здесь и жизнь среди суеты и страстей... Я понял, что двух жизней нет, что нечего и примирять их, так как вся суть вещей в самом человеке, в его освобождённости и готовности, в его умении хранить в себе чистоту и всюду устоять в ней.

   Я ощущал в сердце какую-то ещё мне неведомую боль, точно я не мог примирить две жизни: жизнь здесь и жизнь среди суеты и страстей... Я понял, что двух жизней нет, что нечего и примирять их, так как вся суть вещей в самом человеке, в его освобождённости и готовности, в его умении хранить в себе чистоту и всюду устоять в ней.
9. «

   А бестактный человек, даже добрый, так же вреден ребёнку, как плохой зараженный воздух.

   А бестактный человек, даже добрый, так же вреден ребёнку, как плохой зараженный воздух.
10. «

    Если и дальше ты будешь так же упорно настаивать всё на том же, и всё так же будешь продолжать свой спор с Богом и судьбою, ты только уморишь себя, прожив всю жизнь без смысла и толка для Вселенной, бичом и скорбью для самой себя и окружающих... Ты задавила себя мыслями об одной себе, а человек так создан, что в яде одного себялюбия он жить не может. Человек должен иметь возможность любить что-то помимо себя, чтобы освобождать в себе самом место от эгоистических мыслей; иначе он задохнется от яда, который носит имена самолюбия, страха, самовлюблённости, самомнения.

    Если и дальше ты будешь так же упорно настаивать всё на том же, и всё так же будешь продолжать свой спор с Богом и судьбою, ты только уморишь себя, прожив всю жизнь без смысла и толка для Вселенной, бичом и скорбью для самой себя и окружающих... Ты задавила себя мыслями об одной себе, а человек так создан, что в яде одного себялюбия он жить не может. Человек должен иметь возможность любить что-то помимо себя, чтобы освобождать в себе самом место от эгоистических мыслей; иначе он задохнется от яда, который носит имена самолюбия, страха, самовлюблённости, самомнения.
11. «

    Если тебе так или иначе пришлось увидеть чужую рану или сияние сердца, скрытое от всех, будь истинно воспитанным человеком. А это значит: и виду не подавать, что ты о чем-либо знаешь. Если же тебя самого грызет половинчатость собственной чести, умей нести свое страдание так, чтобы от него не пострадали другие.

    Если тебе так или иначе пришлось увидеть чужую рану или сияние сердца, скрытое от всех, будь истинно воспитанным человеком. А это значит: и виду не подавать, что ты о чем-либо знаешь. Если же тебя самого грызет половинчатость собственной чести, умей нести свое страдание так, чтобы от него не пострадали другие.
12. «

    Если человек не умеет принимать мудро изменяющихся обстоятельств, не умеет стать для них направляющей силой, — они его задавят, как мороз подавляет жизнь грибов, как сушь уничтожает жизнь плесени. И кто не умеет — сам изменяясь — понести легко и просто на своих плечах новые обстоятельства, будет равен грибу или плесени, а не блеску закаляющейся и растущей в борьбе творческой мысли.

    Если человек не умеет принимать мудро изменяющихся обстоятельств, не умеет стать для них направляющей силой, — они его задавят, как мороз подавляет жизнь грибов, как сушь уничтожает жизнь плесени. И кто не умеет — сам изменяясь — понести легко и просто на своих плечах новые обстоятельства, будет равен грибу или плесени, а не блеску закаляющейся и растущей в борьбе творческой мысли.
13. «

    Я осознал величие и ужас человеческих путей на земле. Я понял, что всё, в чём участвует человек на земле, доброе и счастливое, злое и несчастное, – всё, вплоть до последней ситуации, – только действия самого человека. Я понимал это и раньше, но сегодня я точно прозрел, как будто сразу увидел длинную ленту записей, развернувшуюся, как древний свиток пергамента, перед моим духовным зрением.

    Я осознал величие и ужас человеческих путей на земле. Я понял, что всё, в чём участвует человек на земле, доброе и счастливое, злое и несчастное, – всё, вплоть до последней ситуации, – только действия самого человека. Я понимал это и раньше, но сегодня я точно прозрел, как будто сразу увидел длинную ленту записей, развернувшуюся, как древний свиток пергамента, перед моим духовным зрением.
14. «

    То, чем ты занят в данное «сейчас», — это первое по важности — отдавай ему всю полноту сил и чувств и не оставляй каких-то частей духа и разума для дальнейшего.

    То, чем ты занят в данное «сейчас», — это первое по важности — отдавай ему всю полноту сил и чувств и не оставляй каких-то частей духа и разума для дальнейшего.
15. «

    Я не ищу ни наград, ни похвал, я знаю, как трудно жить каждому человеку на земле в его закрепощенности страстями и личными привязанностями. Я пойду всюду так, как ваша любовь поведет меня и пойдет по земле через меня. Я буду стараться в полном самообладании приносить каждой достойной душе ваши помощь и мир. Зная, как скромно мое место во Вселенной, я полна смирения и радости и готова к усердной работе в моих скромных трудах и задачах.

    Я не ищу ни наград, ни похвал, я знаю, как трудно жить каждому человеку на земле в его закрепощенности страстями и личными привязанностями. Я пойду всюду так, как ваша любовь поведет меня и пойдет по земле через меня. Я буду стараться в полном самообладании приносить каждой достойной душе ваши помощь и мир. Зная, как скромно мое место во Вселенной, я полна смирения и радости и готова к усердной работе в моих скромных трудах и задачах.
16. «

    Не нужна великая наука, чтобы действовать правильно для пользы и счастья своего народа. Но нужна великая любовь, которая учит беречь человека. Не Бог, а вы поставлены беречь своих людей. Не старайтесь переложить ответственность с себя на Бога. Только тот может видеть Бога в небесах, кто научился видеть и любить Его в человеке. Помните, что я сказал вам сейчас, и не ждите помощи извне. Найдите в себе любовь! Любовь ваша родит энергию, а энергия откроет вам новый путь труда. А трудясь, найдёте вновь здоровье.

    Не нужна великая наука, чтобы действовать правильно для пользы и счастья своего народа. Но нужна великая любовь, которая учит беречь человека. Не Бог, а вы поставлены беречь своих людей. Не старайтесь переложить ответственность с себя на Бога. Только тот может видеть Бога в небесах, кто научился видеть и любить Его в человеке. Помните, что я сказал вам сейчас, и не ждите помощи извне. Найдите в себе любовь! Любовь ваша родит энергию, а энергия откроет вам новый путь труда. А трудясь, найдёте вновь здоровье.
17. «

    Раскрепостить в себе Любовь и достичь возможности вносить её мирно и просто, как доброту, во все дела и встречи, нельзя одним лишь умственным напряжением. Свободно наблюдая свои импульсы, неустойчивость, скептицизм или жадность, можно лишь прокладывать мелкие тропки, по которым со временем двинется сила, как кровообращение нового организма.

    Раскрепостить в себе Любовь и достичь возможности вносить её мирно и просто, как доброту, во все дела и встречи, нельзя одним лишь умственным напряжением. Свободно наблюдая свои импульсы, неустойчивость, скептицизм или жадность, можно лишь прокладывать мелкие тропки, по которым со временем двинется сила, как кровообращение нового организма.
18. «

    Но понять, что сила человека не в злобе, а в доброте, в том благородстве, которое он с собой несёт, — вы способны, потому что сердце ваше чисто и широко.

    Но понять, что сила человека не в злобе, а в доброте, в том благородстве, которое он с собой несёт, — вы способны, потому что сердце ваше чисто и широко.

    — Иллофиллион · книга
19. «

    Все убеждения людей, их моральные принципы, их радостность или уныние в отношениях друг с другом, доброжелательство или равнодушие, и тому подобное – всё зависит от степени их закрепощённости в личных страстях или от их освобождённости.

    Все убеждения людей, их моральные принципы, их радостность или уныние в отношениях друг с другом, доброжелательство или равнодушие, и тому подобное – всё зависит от степени их закрепощённости в личных страстях или от их освобождённости.
20. «

    ...он улыбнулся и ответил, что нет чудес ни в чём. Всё, чего человек достигает, — лишь та или иная степень знания, к какой бы области ни принадлежали видимые или невидимые глазу, постигаемые только мыслью и интуицией «чудеса».

    ...он улыбнулся и ответил, что нет чудес ни в чём. Всё, чего человек достигает, — лишь та или иная степень знания, к какой бы области ни принадлежали видимые или невидимые глазу, постигаемые только мыслью и интуицией «чудеса».

    — Иллофиллион · книга