23 фразы из книги «Кристина Фельшериноу. Я, мои друзья и героин» — избранное

Собрали 23 цитаты из книги «Кристина Фельшериноу. Я, мои друзья и героин» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Э, да ты не выдумывай – ты это для себя сделала, только для себя! Тебя ломало, и тебе нужен был героин. Потрясающе! Уверяю тебя, ты сделала бы это, даже если бы меня вообще не было. Чёрт, пойми же! Ты – наркоманка. Ты полностью влипла. Теперь всё, что ты делаешь, ты делаешь только для себя! Пойми же это, наконец!

   Э, да ты не выдумывай – ты это для себя сделала, только для себя! Тебя ломало, и тебе нужен был героин. Потрясающе! Уверяю тебя, ты сделала бы это, даже если бы меня вообще не было. Чёрт, пойми же! Ты – наркоманка. Ты полностью влипла. Теперь всё, что ты делаешь, ты делаешь только для себя! Пойми же это, наконец!

   — Детлеф · книга
2. «

   Я не уверена, что среди нормальной молодёжи, которая не знает ничего о наркотиках, существует такая дружба как среди наркоманов. И именно эта дружба, которая поначалу всегда возникает среди нарков, привлекает к их компаниям и других молодых людей.

   Я не уверена, что среди нормальной молодёжи, которая не знает ничего о наркотиках, существует такая дружба как среди наркоманов. И именно эта дружба, которая поначалу всегда возникает среди нарков, привлекает к их компаниям и других молодых людей.
3. «

   Я сказала себе, что буду нюхать только по выходным. Каждый, кто начинает употреблять героин, даёт себе такую клятву, хотя и не знает никого, кто бы оставался героинщиком по выходным.

   Я сказала себе, что буду нюхать только по выходным. Каждый, кто начинает употреблять героин, даёт себе такую клятву, хотя и не знает никого, кто бы оставался героинщиком по выходным.
4. «

   От всех его радужных планов и мечтаний остался только сиреневый дым...

   От всех его радужных планов и мечтаний остался только сиреневый дым...

   — Кристина Фельшериноу · книга
5. «

   А под асфальтом — пляж!

   А под асфальтом — пляж!
6. «

   Мы ненавидели себя, собственную жизнь, и поэтому накидывались друг на друга, чтобы показать – другие то ещё хуже…

   Мы ненавидели себя, собственную жизнь, и поэтому накидывались друг на друга, чтобы показать – другие то ещё хуже…
7. «

   Миша презрительно так смотрел на нас сверху вниз, едва замечая, и я снова подумала о том, что мне только тринадцать, и что до игловых мне ещё очень расти и расти. Я чувствовала себя полным ничтожеством. Жаль, но через пару месяцев Миша умер.

   Миша презрительно так смотрел на нас сверху вниз, едва замечая, и я снова подумала о том, что мне только тринадцать, и что до игловых мне ещё очень расти и расти. Я чувствовала себя полным ничтожеством. Жаль, но через пару месяцев Миша умер.
8. «

   Пошла к врачу, но он только подкинул дров. «Всё от нервов!» – сказал он после осмотра, и прописал мне валиум. Когда я ему рассказала, отчего эти нервы, он сказал, что пару дней назад к нему приходила девушка, – сказала, что она наркоманка, и спросила, что делать. «И что вы ей посоветовали?» – спросила я. «Ничего, – ей остается только повесится, – ответил доктор. – Помочь тут нельзя».

   Пошла к врачу, но он только подкинул дров. «Всё от нервов!» – сказал он после осмотра, и прописал мне валиум. Когда я ему рассказала, отчего эти нервы, он сказал, что пару дней назад к нему приходила девушка, – сказала, что она наркоманка, и спросила, что делать. «И что вы ей посоветовали?» – спросила я. «Ничего, – ей остается только повесится, – ответил доктор. – Помочь тут нельзя».
9. «

   Человек – венец природы, человек это поиски истины, человек это музыка… или человек – подневольный раб, который, проснувшись утром в ужасных мучениях, подвластен жалкой щепотке порошка.

   Человек – венец природы, человек это поиски истины, человек это музыка… или человек – подневольный раб, который, проснувшись утром в ужасных мучениях, подвластен жалкой щепотке порошка.
10. «

    Никаких отношений с реальностью я больше вообще не поддерживала. Действительность была для меня недействительна. Меня не интересовали ни вчера, ни завтра. У меня не было никаких планов – одни только мечты…

    Никаких отношений с реальностью я больше вообще не поддерживала. Действительность была для меня недействительна. Меня не интересовали ни вчера, ни завтра. У меня не было никаких планов – одни только мечты…
11. «

    Я любила лошадей и осликов, которые были там у них. Но всё же в скачках меня привлекало нечто другое, чем просто езда на лошадях. Я снова и снова убеждалась в том, что у меня есть сила и власть. Лошади, которых я седлала, были сильнее меня, но я могла управлять ими по своей воле. Если я падала, то поднималась снова. Я падала и поднималась до тех пор, пока лошадь, шокированная моей настойчивостью, не начинала слушаться меня.

    Я любила лошадей и осликов, которые были там у них. Но всё же в скачках меня привлекало нечто другое, чем просто езда на лошадях. Я снова и снова убеждалась в том, что у меня есть сила и власть. Лошади, которых я седлала, были сильнее меня, но я могла управлять ими по своей воле. Если я падала, то поднималась снова. Я падала и поднималась до тех пор, пока лошадь, шокированная моей настойчивостью, не начинала слушаться меня.
12. «

    На сон грядущий я заглотила ещё пару таблеток. Нормальному живому существу этого хватило бы, чтобы навсегда откинуть копыта — я же только пару часиков вздремнула.

    На сон грядущий я заглотила ещё пару таблеток. Нормальному живому существу этого хватило бы, чтобы навсегда откинуть копыта — я же только пару часиков вздремнула.

    — Кристиана (Christiane) · книга
13. «

    Вся эта роскошь здесь, когда каждому нужна собственная ванна, стиральная машина и кусок мяса на тарелке – тоже зависимость. Тоже больные все…

    Вся эта роскошь здесь, когда каждому нужна собственная ванна, стиральная машина и кусок мяса на тарелке – тоже зависимость. Тоже больные все…

    — Кристина Фельшериноу · книга
14. «

    Он вмазался, я нюхнула… Мы были сказочно счастливы вместе и весело болтали о том, как здорово нам будет без героина.

    Он вмазался, я нюхнула… Мы были сказочно счастливы вместе и весело болтали о том, как здорово нам будет без героина.

    — Кристиана (Christiane) · книга
15. «

    Ломающийся игловой никогда не отваживался сопротивляться – в такие нули они превращались… И я часто утоляла свою жажду власти, обламывая их по-всякому. Когда у них это начиналось, их можно было ломать просто об колено. Нужно было только методично бить по их слабому месту, растравлять их раны, и нервы у них не выдерживали!

    Ломающийся игловой никогда не отваживался сопротивляться – в такие нули они превращались… И я часто утоляла свою жажду власти, обламывая их по-всякому. Когда у них это начиналось, их можно было ломать просто об колено. Нужно было только методично бить по их слабому месту, растравлять их раны, и нервы у них не выдерживали!

    — Кристиана (Christiane) · книга
16. «

    Некоторые страницы я выучила на память, просто потому, что постоянно их перечитывала. Даже выписала себе некоторые пассажи из книги и повесила их над кроватью. Да, этот крутой тип действительно рубил фишку! Если бы все люди придерживались тех принципов, о которых писал Фромм, то жизнь снова стала бы осмысленной… Только всё-таки сложно жить по его правилам, потому что не все их знают. Я бы с удовольствием поболтала бы с Фроммом о том, как ему удавалась жить в этом мире по своим темам… Во всяком случае, действительность такова, что и с его теорией не всегда выходишь победителем. В любом случае, эта книга должна быть главным школьным учебником – так я думала.

    Некоторые страницы я выучила на память, просто потому, что постоянно их перечитывала. Даже выписала себе некоторые пассажи из книги и повесила их над кроватью. Да, этот крутой тип действительно рубил фишку! Если бы все люди придерживались тех принципов, о которых писал Фромм, то жизнь снова стала бы осмысленной… Только всё-таки сложно жить по его правилам, потому что не все их знают. Я бы с удовольствием поболтала бы с Фроммом о том, как ему удавалась жить в этом мире по своим темам… Во всяком случае, действительность такова, что и с его теорией не всегда выходишь победителем. В любом случае, эта книга должна быть главным школьным учебником – так я думала.

    — Кристина Фельшериноу · книга
17. «

    А единственный путь, что ведёт из карьера, – просто взорвём… И вряд ли нам захочется наверх.

    А единственный путь, что ведёт из карьера, – просто взорвём… И вряд ли нам захочется наверх.

    — Кристина Фельшериноу · книга
18. «

    Изолятор детского отделения представлял собой безупречно чистую и белую комнату площадью в два квадратных метра. Никаких картин на стенах, ничего. Всё стерильно. Сёстры молча приносили еду и пилюли и также молча исчезали. Иногда заходил врач и спрашивал, как я себя чувствую. Мне нельзя было покидать комнату, даже чтоб пописать. Ни радио, ни книг у меня не было, и я часто думала, что так, наверное, и становятся сумасшедшими…

    Изолятор детского отделения представлял собой безупречно чистую и белую комнату площадью в два квадратных метра. Никаких картин на стенах, ничего. Всё стерильно. Сёстры молча приносили еду и пилюли и также молча исчезали. Иногда заходил врач и спрашивал, как я себя чувствую. Мне нельзя было покидать комнату, даже чтоб пописать. Ни радио, ни книг у меня не было, и я часто думала, что так, наверное, и становятся сумасшедшими…
19. «

    Один тип, ему было уже пятьдесят, хотел непременно курить гашиш – ему казалось, что все молодые курят гашиш, и я за дополнительную плату объездила с ним пол-Берлина, чтобы отыскать барыгу, торгующего дурью. С ума сойти, меня никогда это так не поражало, но на каждом углу продавали героин, и нигде гашиш!

    Один тип, ему было уже пятьдесят, хотел непременно курить гашиш – ему казалось, что все молодые курят гашиш, и я за дополнительную плату объездила с ним пол-Берлина, чтобы отыскать барыгу, торгующего дурью. С ума сойти, меня никогда это так не поражало, но на каждом углу продавали героин, и нигде гашиш!

    — Кристина Фельшериноу · книга
20. «

    Эти раздумья начались вполне безобидно. Я думала себе: вот — это настоящее говно. Сначала тебя кидает твой единственный друг, потом лучшая подруга. Нет дружбы среди нарков! Ты совершенно одна! Ты всегда будешь одна! Всё остальное — игра воображения. И весь этот террор ради одной дозы! Каждый день такой террор.

    Эти раздумья начались вполне безобидно. Я думала себе: вот — это настоящее говно. Сначала тебя кидает твой единственный друг, потом лучшая подруга. Нет дружбы среди нарков! Ты совершенно одна! Ты всегда будешь одна! Всё остальное — игра воображения. И весь этот террор ради одной дозы! Каждый день такой террор.

    — Кристиана (Christiane) · книга