15 фраз из книги «Курт Воннегут. Мать Тьма» для дневника

15 цитат из книги «Курт Воннегут. Мать Тьма» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Должен признаться в ужасном своем недостатке. Все, что я вижу, слышу, чувствую, пробую, нюхаю, — для меня реально. Я настолько доверчивая игрушка своих ощущений, что для меня нет ничего нереального. Эта доверчивость, стойкая, как броня, сохранялась даже тогда, когда меня били по голове, или я был пьян, или был втянут в странные приключения, о которых не стоит распространяться, или даже под влиянием кокаина.

   Должен признаться в ужасном своем недостатке. Все, что я вижу, слышу, чувствую, пробую, нюхаю, — для меня реально. Я настолько доверчивая игрушка своих ощущений, что для меня нет ничего нереального. Эта доверчивость, стойкая, как броня, сохранялась даже тогда, когда меня били по голове, или я был пьян, или был втянут в странные приключения, о которых не стоит распространяться, или даже под влиянием кокаина.
2. «

   Это единственная из моих книг, мораль которой я знаю. Не думаю, что эта мораль какая то удивительная, просто случилось так, что я ее знаю: мы как раз то, чем хотим казаться, и потому должны серьезно относиться к тому, чем хотим казаться.

   Это единственная из моих книг, мораль которой я знаю. Не думаю, что эта мораль какая то удивительная, просто случилось так, что я ее знаю: мы как раз то, чем хотим казаться, и потому должны серьезно относиться к тому, чем хотим казаться.
3. «

   Нью-йоркская «Таймс» писала, что терпеть и даже защищать такое дерьмо, как я, — парадоксальная неизбежность истинно свободного общества.

   Нью-йоркская «Таймс» писала, что терпеть и даже защищать такое дерьмо, как я, — парадоксальная неизбежность истинно свободного общества.
4. «

   Все люди — сумасшедшие. Они способны делать все, что угодно и когда угодно, и только Бог поможет тому, кто доискивается причин.

   Все люди — сумасшедшие. Они способны делать все, что угодно и когда угодно, и только Бог поможет тому, кто доискивается причин.
5. «

   Сколько бы ни говорилось о сладости слепой веры, я считаю, что она ужасна и отвратительна.

   Сколько бы ни говорилось о сладости слепой веры, я считаю, что она ужасна и отвратительна.
6. «

   Мировые войны меняют людей, иначе для чего же они?

   Мировые войны меняют людей, иначе для чего же они?
7. «

   Подумав, я вижу еще одну простую мораль этой истории: если вы мертвы — вы мертвы. И еще одна мораль открылась мне теперь: занимайтесь любовью, когда можете. Это вам на пользу.

   Подумав, я вижу еще одну простую мораль этой истории: если вы мертвы — вы мертвы. И еще одна мораль открылась мне теперь: занимайтесь любовью, когда можете. Это вам на пользу.
8. «

   Самые смелые шутки вырастают из самых глубоких разочарований и отчаянных страхов.

   Самые смелые шутки вырастают из самых глубоких разочарований и отчаянных страхов.
9. «

   — Хотите знать, что случилось с миром, — сказал он. — Химия — вот в чем собака зарыта.

   — Хотите знать, что случилось с миром, — сказал он. — Химия — вот в чем собака зарыта.
10. «

    Вообще говоря, шпионаж дает возможность каждому шпиону сходить с ума самым притягательным для него способом.

    Вообще говоря, шпионаж дает возможность каждому шпиону сходить с ума самым притягательным для него способом.

    — Виртанен · книга
11. «

    Ни один молодой человек на свете не столь совершенен, чтобы не нуждаться в безоглядной любви. Боже мой! Молодые люди участвуют в политических трагедиях, когда на карту поставлены миллиарды, а ведь единственное сокровище, которое им стоит искать, – это безоглядная любовь.

    Ни один молодой человек на свете не столь совершенен, чтобы не нуждаться в безоглядной любви. Боже мой! Молодые люди участвуют в политических трагедиях, когда на карту поставлены миллиарды, а ведь единственное сокровище, которое им стоит искать, – это безоглядная любовь.
12. «

    — Прежде это был День перемирия. Теперь День ветеранов. — Это тебя расстроило? — спросила она. — Это такая чертова дешевка, так чертовски типично для Америки, — сказал я. — Раньше это был день памяти жертв первой мировой войны, но живые не смогли удержаться, чтобы не заграбастать его, желая приписать себе славу погибших. Так типично, так типично. Как только в этой стране появляется что то достойное, его рвут в клочья и бросают толпе. — Ты ненавидишь Америку, да? — Это так же глупо, как и любить ее, — сказал я. — Я не могу испытывать к ней никаких чувств, потому что недвижимость меня не интересует.

    — Прежде это был День перемирия. Теперь День ветеранов. — Это тебя расстроило? — спросила она. — Это такая чертова дешевка, так чертовски типично для Америки, — сказал я. — Раньше это был день памяти жертв первой мировой войны, но живые не смогли удержаться, чтобы не заграбастать его, желая приписать себе славу погибших. Так типично, так типично. Как только в этой стране появляется что то достойное, его рвут в клочья и бросают толпе. — Ты ненавидишь Америку, да? — Это так же глупо, как и любить ее, — сказал я. — Я не могу испытывать к ней никаких чувств, потому что недвижимость меня не интересует.
13. «

    Есть достаточно много причин для борьбы, но нет причин безгранично ненавидеть, воображая будто сам Господь Бог разделяет такую ненависть.

    Есть достаточно много причин для борьбы, но нет причин безгранично ненавидеть, воображая будто сам Господь Бог разделяет такую ненависть.
14. «

    Ни один молодой человек на свете не столь совершенен, чтобы не нуждаться в безоглядной любви.

    Ни один молодой человек на свете не столь совершенен, чтобы не нуждаться в безоглядной любви.
15. «

    Человек, думается мне, вообще пехотное животное.

    Человек, думается мне, вообще пехотное животное.