22 сильных цитаты из книги «Леди Фиона. Цвет надежды»

22 цитаты из книги «Леди Фиона. Цвет надежды» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Наступила неловкая пауза. Неловкая, неправильная и тягостная. Пауза, когда людям нечего друг другу сказать. Или же, наоборот, хочется сказать много, но не можешь себе этого позволить. Просто потому, что не знаешь, нужно ли все это. А вдруг это важно только для тебя? Ведь нет ничего хуже, чем навязывать кому-то свое общество, свое мнение, свои переживания.

   Наступила неловкая пауза. Неловкая, неправильная и тягостная. Пауза, когда людям нечего друг другу сказать. Или же, наоборот, хочется сказать много, но не можешь себе этого позволить. Просто потому, что не знаешь, нужно ли все это. А вдруг это важно только для тебя? Ведь нет ничего хуже, чем навязывать кому-то свое общество, свое мнение, свои переживания.
2. «

   Минута. Та, что длиннее, чем вечность, Та, что осталась за этой чертой. Там ваши улыбки, там ваша беспечность. Там веет теплом и добротой.

   Минута. Та, что длиннее, чем вечность, Та, что осталась за этой чертой. Там ваши улыбки, там ваша беспечность. Там веет теплом и добротой.
3. «

   БЕЗРАЗЛИЧИЕ. Оно порой страшнее вражды, страшнее ненависти, страшнее любви. Потому что не знаешь, как к нему относиться. Оно непонятно, оно непредсказуемо. Оно убивает.

   БЕЗРАЗЛИЧИЕ. Оно порой страшнее вражды, страшнее ненависти, страшнее любви. Потому что не знаешь, как к нему относиться. Оно непонятно, оно непредсказуемо. Оно убивает.
4. «

   Он просто человек. С великими идеями, целями, но человек. Он просто совершает ошибки, как любой из нас.

   Он просто человек. С великими идеями, целями, но человек. Он просто совершает ошибки, как любой из нас.
5. «

   Память. Порой это – надежная стена, укрывающая от реальности, порой – рок, преследующий всю жизнь. А порой и то, и другое одновременно, ибо раз от раза все сложнее измученному разуму выходить из-под защиты ее надежных стен, сталкиваясь с суровой реальностью.

   Память. Порой это – надежная стена, укрывающая от реальности, порой – рок, преследующий всю жизнь. А порой и то, и другое одновременно, ибо раз от раза все сложнее измученному разуму выходить из-под защиты ее надежных стен, сталкиваясь с суровой реальностью.
6. «

   Кажется, завтра пройдет и сможет излечить, поможет забыть. Но есть вещи, которые не забываются. Запах, цвет, ощущения. Память вновь и вновь будет подсовывать их в самый неожиданный момент. Пройдет время, ты найдешь замену ушедшему. Тебе покажется это верным и осуществимым шагом. А в один прекрасный момент ты вдруг поймешь, что человек напротив не так улыбается и смотрит не так как тот, казалось, давно позабытый.

   Кажется, завтра пройдет и сможет излечить, поможет забыть. Но есть вещи, которые не забываются. Запах, цвет, ощущения. Память вновь и вновь будет подсовывать их в самый неожиданный момент. Пройдет время, ты найдешь замену ушедшему. Тебе покажется это верным и осуществимым шагом. А в один прекрасный момент ты вдруг поймешь, что человек напротив не так улыбается и смотрит не так как тот, казалось, давно позабытый.
7. «

   С течением времени перестают волновать те или иные вещи. Сердце черствеет, осознавая, что привязываться к чему-то слишком нелепо.

   С течением времени перестают волновать те или иные вещи. Сердце черствеет, осознавая, что привязываться к чему-то слишком нелепо.
8. «

   И тогда небо прояснилось. Из-за чернильных туч стали появляться звезды. Сначала робко, неуверенно, а потом все смелее. Белый покров окрасился серебристым светом. Рождественская ночь вступила в свои права. До утра мир будет таким – серебристо-белым, словно чистый лист. А завтра каждый сам раскрасит новый день в свои цвета: Радости, Огорчения, Недоверия, Искренности, Осуждения, Прощения, Счастья, Надежды…

   И тогда небо прояснилось. Из-за чернильных туч стали появляться звезды. Сначала робко, неуверенно, а потом все смелее. Белый покров окрасился серебристым светом. Рождественская ночь вступила в свои права. До утра мир будет таким – серебристо-белым, словно чистый лист. А завтра каждый сам раскрасит новый день в свои цвета: Радости, Огорчения, Недоверия, Искренности, Осуждения, Прощения, Счастья, Надежды…
9. «

   Горе? Беда? Кошмар? Апокалипсис? Все эти слова звучали напыщенно и высокопарно, и в то же время они даже в малой степени не передавали то, что творилось в его душе.

   Горе? Беда? Кошмар? Апокалипсис? Все эти слова звучали напыщенно и высокопарно, и в то же время они даже в малой степени не передавали то, что творилось в его душе.
10. «

    Возможно, пустить всё на самотёк было не самым верным решением. Но люди часто предпочитают довериться времени, опасаясь корить себя за действия или бездействие. А так есть другой виновник – время. У него не потребуешь ответа.

    Возможно, пустить всё на самотёк было не самым верным решением. Но люди часто предпочитают довериться времени, опасаясь корить себя за действия или бездействие. А так есть другой виновник – время. У него не потребуешь ответа.
11. «

    Твой ребенок будет удивительным созданием. Ты поймешь это, когда впервые увидишь его улыбку, почувствуешь его запах. Ты почувствуешь себя нужной и незаменимой. И неважно, на кого он будет похож внешне. Важно, что в нем будет искра, и он перевернет этот глупый мир с ног на голову. Твой ребенок это сможет, я знаю. Ты будешь гордиться своим сыном или дочерью. И в день его триумфа ты будешь первой, с кем он поделится. Ты нужна ему, а он тебе.

    Твой ребенок будет удивительным созданием. Ты поймешь это, когда впервые увидишь его улыбку, почувствуешь его запах. Ты почувствуешь себя нужной и незаменимой. И неважно, на кого он будет похож внешне. Важно, что в нем будет искра, и он перевернет этот глупый мир с ног на голову. Твой ребенок это сможет, я знаю. Ты будешь гордиться своим сыном или дочерью. И в день его триумфа ты будешь первой, с кем он поделится. Ты нужна ему, а он тебе.

    — Римус Люпин · книга
12. «

    Война глупа и бессмысленна изначально. Она не ведет к победе – она сеет горе и ненависть.

    Война глупа и бессмысленна изначально. Она не ведет к победе – она сеет горе и ненависть.
13. «

    Почему люди не могут удержать радость в себе? Хотя нет. Не так. Радость могут, а вот счастье – нет. Наверное, потому что на то оно и счастье. Горячее, обжигающее. Если им не поделиться с друзьями, в нем можно сгореть. Лучший способ не сгореть в собственном счастье – это препарировать его на виду у другого человека. В том, что остужено ледяным потоком здравого смысла, уже не сгоришь, даже не согреешься.

    Почему люди не могут удержать радость в себе? Хотя нет. Не так. Радость могут, а вот счастье – нет. Наверное, потому что на то оно и счастье. Горячее, обжигающее. Если им не поделиться с друзьями, в нем можно сгореть. Лучший способ не сгореть в собственном счастье – это препарировать его на виду у другого человека. В том, что остужено ледяным потоком здравого смысла, уже не сгоришь, даже не согреешься.
14. «

    Все вокруг видят лишь то, что хотят видеть. Это аксиома.

    Все вокруг видят лишь то, что хотят видеть. Это аксиома.
15. «

    — Время все расставит на свои места. — Самое великое заблуждение.

    — Время все расставит на свои места. — Самое великое заблуждение.
16. «

    Почему мы так жестоки? Почему мы не можем хоть иногда поступиться гордостью, глупыми амбициями и просто поговорить?! Просто сказать что-то важное. Как же по-детски мы себя ведем! Вот только у этих детских ошибок совсем не детские последствия.

    Почему мы так жестоки? Почему мы не можем хоть иногда поступиться гордостью, глупыми амбициями и просто поговорить?! Просто сказать что-то важное. Как же по-детски мы себя ведем! Вот только у этих детских ошибок совсем не детские последствия.
17. «

    Истина, словно озарение, освещает тебя, вырывая душу из темноты, в которую порой пытается загнать её разум. Темнота, сотканная из правильных фраз, разумных поступков, логических решений. И вот однажды становится ясно, что это – лишь отговорки. Это всё ненастоящее и ненужное. А истина – вот она. Совсем рядом, просто порой мы не желаем её замечать.

    Истина, словно озарение, освещает тебя, вырывая душу из темноты, в которую порой пытается загнать её разум. Темнота, сотканная из правильных фраз, разумных поступков, логических решений. И вот однажды становится ясно, что это – лишь отговорки. Это всё ненастоящее и ненужное. А истина – вот она. Совсем рядом, просто порой мы не желаем её замечать.
18. «

    Сириус запустил снежок прямо в это равнодушное небо со всей яростью, на которую был способен. Небо не ответило. Ему не было дела до людских бед и горестей. По сравнению с тем, что ему доводилось видеть на своём веку, трагедия двух этих подростков выглядела смехотворной. Ну и что, что для них это был конец света местного масштаба. Во вселенной ведь ничего не изменилось: не вздрогнула луна, не осыпались звёзды с небес, и солнце взошло, как и тысячу лет назад.

    Сириус запустил снежок прямо в это равнодушное небо со всей яростью, на которую был способен. Небо не ответило. Ему не было дела до людских бед и горестей. По сравнению с тем, что ему доводилось видеть на своём веку, трагедия двух этих подростков выглядела смехотворной. Ну и что, что для них это был конец света местного масштаба. Во вселенной ведь ничего не изменилось: не вздрогнула луна, не осыпались звёзды с небес, и солнце взошло, как и тысячу лет назад.
19. «

    Есть ситуации, в которых человеку никто не нужен. В такие моменты все потенциальные помощники и сочувствующие превращаются в обузу, которая раздражает, злит и делает только хуже.

    Есть ситуации, в которых человеку никто не нужен. В такие моменты все потенциальные помощники и сочувствующие превращаются в обузу, которая раздражает, злит и делает только хуже.
20. «

    Спускаясь к полуразрушенному дому, он понял, что в нем больше нет ничего: ни Веры, ни Надежды, ни Жизни. Весь его мир в одночасье превратился в руины, подобно некогда уютному дому его лучших друзей. И это – лишь его вина.

    Спускаясь к полуразрушенному дому, он понял, что в нем больше нет ничего: ни Веры, ни Надежды, ни Жизни. Весь его мир в одночасье превратился в руины, подобно некогда уютному дому его лучших друзей. И это – лишь его вина.

    — Сириус Блэк · книга