114 цитат из книги «Леонид Шебаршин. КГБ шутит. Афоризмы от начальника советской разведки и его сына» — от иронии до философии

Ниже 114 цитат из книги «Леонид Шебаршин. КГБ шутит. Афоризмы от начальника советской разведки и его сына»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Смотрим в прошлое со стыдом, в будущее со страхом.

   Смотрим в прошлое со стыдом, в будущее со страхом.
2. «

   Окончательно примиряет человека с жизнью только смерть.

   Окончательно примиряет человека с жизнью только смерть.
3. «

   В нашей действительности невозможно допустить, что принципом отношений с подчиненными, равными себе, начальниками, со всем окружающим человеческим миром может быть честность. За этим видится самый изощренный подвох.

   В нашей действительности невозможно допустить, что принципом отношений с подчиненными, равными себе, начальниками, со всем окружающим человеческим миром может быть честность. За этим видится самый изощренный подвох.
4. «

   Полжизни губил здоровье, другую половину жизни его берег. Мог бы всю жизнь посвятить чему-то одному.

   Полжизни губил здоровье, другую половину жизни его берег. Мог бы всю жизнь посвятить чему-то одному.
5. «

   Абсурд — это реальность, доведенная до отчаяния.

   Абсурд — это реальность, доведенная до отчаяния.
6. «

   Наконец-то все стали говорить то, что думают. Никогда мир не выслушивал столько глупостей.

   Наконец-то все стали говорить то, что думают. Никогда мир не выслушивал столько глупостей.
7. «

   Читалось и писалось лучше всего тогда, когда от простой работы уставало тело.

   Читалось и писалось лучше всего тогда, когда от простой работы уставало тело.
8. «

   Мы готовы отстаивать наши ценности. Любые, за хорошие деньги.

   Мы готовы отстаивать наши ценности. Любые, за хорошие деньги.
9. «

   Жадность растет в геометрической прогрессии к богатству.

   Жадность растет в геометрической прогрессии к богатству.
10. «

    Былые заблуждения всегда кажутся занятнее новых. Особенно если это чужие заблуждения.

    Былые заблуждения всегда кажутся занятнее новых. Особенно если это чужие заблуждения.
11. «

    Давайте посмеиваться над жизнью. Все равно она будет смеяться последней.

    Давайте посмеиваться над жизнью. Все равно она будет смеяться последней.
12. «

    Новые времена требуют новых ошибок.

    Новые времена требуют новых ошибок.
13. «

    Амбиции проходят, зависть остается.

    Амбиции проходят, зависть остается.
14. «

    В рыночной экономике можно заказать не только опрос общественного мнения, но и его результат.

    В рыночной экономике можно заказать не только опрос общественного мнения, но и его результат.
15. «

    Чем глупее начальство, тем меньше оно сомневается в своей мудрости.

    Чем глупее начальство, тем меньше оно сомневается в своей мудрости.
16. «

    Историки беспощадно расправляются и с правыми, и с виноватыми. История же равнодушна.

    Историки беспощадно расправляются и с правыми, и с виноватыми. История же равнодушна.
17. «

    Можно было бы к старости посмеяться над жизнью. Но уж больно жалко выглядят искусственные зубы.

    Можно было бы к старости посмеяться над жизнью. Но уж больно жалко выглядят искусственные зубы.
18. «

    Идиот так же неисчерпаем, как и гений. Только зачем его исчерпывать?

    Идиот так же неисчерпаем, как и гений. Только зачем его исчерпывать?
19. «

    Стоит ли радоваться наступающему дню? Ведь он унесет еще 24 часа из твоей жизни.

    Стоит ли радоваться наступающему дню? Ведь он унесет еще 24 часа из твоей жизни.
20. «

    У книг своя судьба, и редкая заканчивает свою жизнь на той полке, куда ее впервые поставила рука хозяина — новенькую, в свежем переплете, пахнущую бумагой, типографской краской и клейстером. Старые книги рассказывали о прежней жизни, о своих авторах и редко-редко — карандашной пометкой на полях, знаком вопроса или восклицанием, чертой или галочкой — напоминали о былых читателях. Книги, как и люди, переживали войны и революции, подвергались гонениям и репрессиям, покидали родные края, пропадали без вести на чужбине или же, попав каким-то чудом в руки соотечественника, через десятки лет возвращались домой.

    У книг своя судьба, и редкая заканчивает свою жизнь на той полке, куда ее впервые поставила рука хозяина — новенькую, в свежем переплете, пахнущую бумагой, типографской краской и клейстером. Старые книги рассказывали о прежней жизни, о своих авторах и редко-редко — карандашной пометкой на полях, знаком вопроса или восклицанием, чертой или галочкой — напоминали о былых читателях. Книги, как и люди, переживали войны и революции, подвергались гонениям и репрессиям, покидали родные края, пропадали без вести на чужбине или же, попав каким-то чудом в руки соотечественника, через десятки лет возвращались домой.