404 цитаты из книги «Леонид Шебаршин. КГБ шутит. Афоризмы от начальника советской разведки и его сына» с глубоким смыслом

Ниже 404 цитаты из книги «Леонид Шебаршин. КГБ шутит. Афоризмы от начальника советской разведки и его сына»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Новая пропаганда ничем не отличается от старой. Берут лозунг или слово и повторяют его до тошноты.

   Новая пропаганда ничем не отличается от старой. Берут лозунг или слово и повторяют его до тошноты.
2. «

   Книга как элемент интерьера выходит из моды. Как элемент культуры она уже исчезла.

   Книга как элемент интерьера выходит из моды. Как элемент культуры она уже исчезла.
3. «

   Российских лидеров окутывает покрывало таинственности — уж больно неприглядными они окажутся в натуральном виде.

   Российских лидеров окутывает покрывало таинственности — уж больно неприглядными они окажутся в натуральном виде.
4. «

   В той, настоящей жизни Генерал был приучен не верить тихим убедительным голосам, они обезоруживали перед лицом опасности.

   В той, настоящей жизни Генерал был приучен не верить тихим убедительным голосам, они обезоруживали перед лицом опасности.
5. «

   Союзников у него оставалось совсем немного — перо, бумага, память.

   Союзников у него оставалось совсем немного — перо, бумага, память.
6. «

   Истоки кризиса в двух строках: в экономике разрушен старый механизм, но не создан новый; в политике живы старые проходимцы, но уже появились новые шарлатаны.

   Истоки кризиса в двух строках: в экономике разрушен старый механизм, но не создан новый; в политике живы старые проходимцы, но уже появились новые шарлатаны.
7. «

   Мнение о том, что нынешним лидерам нет альтернативы, просто обидно для великого народа. Неужели он не сможет произвести еще один набор шарлатанов.

   Мнение о том, что нынешним лидерам нет альтернативы, просто обидно для великого народа. Неужели он не сможет произвести еще один набор шарлатанов.
8. «

   Министрами не рождаются. Ими становятся люди, не рожденные быть министрами.

   Министрами не рождаются. Ими становятся люди, не рожденные быть министрами.
9. «

   Ветеран громко негодовал по поводу современной распущенности нравов и тихомолком горевал о невозможности ей воспользоваться.

   Ветеран громко негодовал по поводу современной распущенности нравов и тихомолком горевал о невозможности ей воспользоваться.
10. «

    Посмертно. Ложь как основа, а не просто орудие политики.

    Посмертно. Ложь как основа, а не просто орудие политики.
11. «

    Есть люди, которым нелепое кажется смешным. Для других все смешное нелепо.

    Есть люди, которым нелепое кажется смешным. Для других все смешное нелепо.
12. «

    Снежная белизна, тишина, одиночество, завывание огня в печке навевали, тем не менее, мысли о вечности, о ее ничтожной, непостижимой в своей малости частичке, какой является любая жизнь. Десять, сто, сто тысяч лет — это ничтожно малая, исчезающая частица равнодушной всепоглощающей вечности. <...> Он вспоминал сожженные солнцем пустыни, пальмы на каменистых солончаках, изумрудные волны Индийского океана, сияющие нездешним светом вершины Гималаев и приходил к горестному заключению, что все они лишь свидетели и жертвы вечности. Раньше об этом не думалось. Время было четко разделено на месяцы, недели, дни, часы, минуты. Время не имело отношения ни к вечности, ни к смыслу жизни. Оно служило лишь для измерения человеческих дел, было рамкой, куда торопливо вставлялась одна, другая, третья картинка. Теперь время мстило, нависало угрожающей беспредельной громадой — снежно-белой, непроницаемой и беззвучной. Генерал пытался убежать от него в безопасное, уже прожитое прошлое, расчерченное годами, месяцами, днями.

    Снежная белизна, тишина, одиночество, завывание огня в печке навевали, тем не менее, мысли о вечности, о ее ничтожной, непостижимой в своей малости частичке, какой является любая жизнь. Десять, сто, сто тысяч лет — это ничтожно малая, исчезающая частица равнодушной всепоглощающей вечности. <...> Он вспоминал сожженные солнцем пустыни, пальмы на каменистых солончаках, изумрудные волны Индийского океана, сияющие нездешним светом вершины Гималаев и приходил к горестному заключению, что все они лишь свидетели и жертвы вечности. Раньше об этом не думалось. Время было четко разделено на месяцы, недели, дни, часы, минуты. Время не имело отношения ни к вечности, ни к смыслу жизни. Оно служило лишь для измерения человеческих дел, было рамкой, куда торопливо вставлялась одна, другая, третья картинка. Теперь время мстило, нависало угрожающей беспредельной громадой — снежно-белой, непроницаемой и беззвучной. Генерал пытался убежать от него в безопасное, уже прожитое прошлое, расчерченное годами, месяцами, днями.
13. «

    У каждого, даже безнадежно больного человека, есть будущее. Он не может не думать о том, что ждет его впереди: через час ли, через день, через год. Как правило, человек при этом ошибается, ему не дано знать своей судьбы даже на ближайший пяток минут, а уж тем более на какую-то более длительную частицу вечности. С годами мысли все чаще обращаются в прошлое, далекое или близкое, но равно невозвратное и неизменное. Бесполезно, хотя иногда и занятно, рассуждать, что могло бы случиться, поступи я так, а не эдак. «Если бы да кабы...» Прошлое застыло, изменить его невозможно. Кстати, нередко думал Генерал, столь же неизменно, не зависит от нашей воли и будущее. Это всего-навсего еще не случившееся прошлое, но там все заложено раз и навсегда, помешать тому, что предопределено, вне человеческих сил. «А где же свободная человеческая воля? А где же: каждый — кузнец своего счастья?» Там же — в раз и навсегда застывшем будущем, в нашем не подверженном сознательным изменениям настоящем.

    У каждого, даже безнадежно больного человека, есть будущее. Он не может не думать о том, что ждет его впереди: через час ли, через день, через год. Как правило, человек при этом ошибается, ему не дано знать своей судьбы даже на ближайший пяток минут, а уж тем более на какую-то более длительную частицу вечности. С годами мысли все чаще обращаются в прошлое, далекое или близкое, но равно невозвратное и неизменное. Бесполезно, хотя иногда и занятно, рассуждать, что могло бы случиться, поступи я так, а не эдак. «Если бы да кабы...» Прошлое застыло, изменить его невозможно. Кстати, нередко думал Генерал, столь же неизменно, не зависит от нашей воли и будущее. Это всего-навсего еще не случившееся прошлое, но там все заложено раз и навсегда, помешать тому, что предопределено, вне человеческих сил. «А где же свободная человеческая воля? А где же: каждый — кузнец своего счастья?» Там же — в раз и навсегда застывшем будущем, в нашем не подверженном сознательным изменениям настоящем.
14. «

    Можно быть уверенным только в своекорыстии правителей. Нельзя положиться даже на их инстинкт самосохранения.

    Можно быть уверенным только в своекорыстии правителей. Нельзя положиться даже на их инстинкт самосохранения.
15. «

    «Политика — грязное дело», — с удовольствием твердят российские политики, как бы давая сами себе отпущение грехов.

    «Политика — грязное дело», — с удовольствием твердят российские политики, как бы давая сами себе отпущение грехов.
16. «

    Говоря об общечеловеческих ценностях, стоило бы иметь в виду не только твердую валюту.

    Говоря об общечеловеческих ценностях, стоило бы иметь в виду не только твердую валюту.
17. «

    Невесомая зарплата может раздавить любого гения.

    Невесомая зарплата может раздавить любого гения.
18. «

    Только в политике трагедия может разыгрываться шутами.

    Только в политике трагедия может разыгрываться шутами.
19. «

    Если ты не придешь на мои похороны, я не приду на твои.

    Если ты не придешь на мои похороны, я не приду на твои.
20. «

    Скромность украшает человека. Нередко это единственное украшение.

    Скромность украшает человека. Нередко это единственное украшение.