20 цитат из книги «Лорен Вайсбергер. Дьявол носит Prada» для размышлений

Ниже 20 цитат из книги «Лорен Вайсбергер. Дьявол носит Prada»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Сколько-нибудь пристойное жилье на Манхэттене найти было труднее, чем сколько-нибудь приличного парня-натурала.

   Сколько-нибудь пристойное жилье на Манхэттене найти было труднее, чем сколько-нибудь приличного парня-натурала.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
2. «

   Когда звонит телефон, большинство людей радуются. Кто-то хочет пообщаться с тобой, поздороваться, порасспросить о жизни, о планах. Для меня же телефон стал дамокловым мечом, назойливым кошмаром, от которого замирает сердце. Люди часто считают, что многочисленные телефонные «навороты» – это всего лишь интересные новинки; меня же прежде всего интересовало, как они могут помочь мне хоть частично остановить льющийся из трубки поток приказов.

   Когда звонит телефон, большинство людей радуются. Кто-то хочет пообщаться с тобой, поздороваться, порасспросить о жизни, о планах. Для меня же телефон стал дамокловым мечом, назойливым кошмаром, от которого замирает сердце. Люди часто считают, что многочисленные телефонные «навороты» – это всего лишь интересные новинки; меня же прежде всего интересовало, как они могут помочь мне хоть частично остановить льющийся из трубки поток приказов.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
3. «

   Его бурная радость заставила меня улыбнуться, и вдруг я почувствовала, что скучаю по Алексу. Так скучают по человеку, с которым видятся часто и регулярно, но не вступают в близкие отношения.

   Его бурная радость заставила меня улыбнуться, и вдруг я почувствовала, что скучаю по Алексу. Так скучают по человеку, с которым видятся часто и регулярно, но не вступают в близкие отношения.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
4. «

   Тут привычно заверещал будильник. Ага! Так я, значит, ещё вчера помнила, что мне сегодня переезжать. Это подтверждало, что я ещё не совсем свихнулась. Что ж, всё-таки утешение.

   Тут привычно заверещал будильник. Ага! Так я, значит, ещё вчера помнила, что мне сегодня переезжать. Это подтверждало, что я ещё не совсем свихнулась. Что ж, всё-таки утешение.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
5. «

   Ну что за стерва! В первый раз она могла назвать меня Эмили просто по ошибке, но во второй раз она, конечно же, сделала это нарочно.

   Ну что за стерва! В первый раз она могла назвать меня Эмили просто по ошибке, но во второй раз она, конечно же, сделала это нарочно.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
6. «

   Через четыре недели я вновь почувствовала себя человеком, ещё через две — поняла, что жизнь дома, с родителями, для меня невыносима. Мама и папа были славные, но имели привычку выспрашивать, куда я иду, всякий раз, как я собиралась уходить, и где я была — когда возвращалась, и это очень быстро мне надоело.

   Через четыре недели я вновь почувствовала себя человеком, ещё через две — поняла, что жизнь дома, с родителями, для меня невыносима. Мама и папа были славные, но имели привычку выспрашивать, куда я иду, всякий раз, как я собиралась уходить, и где я была — когда возвращалась, и это очень быстро мне надоело.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
7. «

   Ты классно выглядишь, Энди, правда. Никогда бы не подумала, что увижу тебя в вечернем платье от Оскара де ла Ренты и что ты пойдешь на банкет Миранды Пристли, но ты… вполне соответствуешь.

   Ты классно выглядишь, Энди, правда. Никогда бы не подумала, что увижу тебя в вечернем платье от Оскара де ла Ренты и что ты пойдешь на банкет Миранды Пристли, но ты… вполне соответствуешь.

   — Эмили · книга
8. «

   ...было всего два часа дня, а мне уже хотелось умереть. Вот только смерть не входила в программу.

   ...было всего два часа дня, а мне уже хотелось умереть. Вот только смерть не входила в программу.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
9. «

   Ан-дре-а, я и так опаздываю на встречу. Не выводите меня из себя. Это был ресторан азиатской кухни, и это было в сегодняшних газетах. Это всё. И с этими словами она защелкнула свою «Моторолу-V60». Во мне теплилась надежда, что когда-нибудь крышечка прищемит ее превосходно наманикюренные пальчики и безупречные красные ногти и они переварятся во внутренностях телефона. Пока не повезло.

   Ан-дре-а, я и так опаздываю на встречу. Не выводите меня из себя. Это был ресторан азиатской кухни, и это было в сегодняшних газетах. Это всё. И с этими словами она защелкнула свою «Моторолу-V60». Во мне теплилась надежда, что когда-нибудь крышечка прищемит ее превосходно наманикюренные пальчики и безупречные красные ногти и они переварятся во внутренностях телефона. Пока не повезло.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
10. «

    ... Она тогда заставила меня позвонить шеф-повару и отчитать его по телефону — при этом стояла надо мной и говорила, что именно кричать...

    ... Она тогда заставила меня позвонить шеф-повару и отчитать его по телефону — при этом стояла надо мной и говорила, что именно кричать...

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
11. «

    Лифтер грустно улыбнулся мне и нажал кнопку пентхауса. Он был похож на женщину, которую колотит муж: унылую, целиком покорившуюся своей участи.

    Лифтер грустно улыбнулся мне и нажал кнопку пентхауса. Он был похож на женщину, которую колотит муж: унылую, целиком покорившуюся своей участи.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
12. «

    Люди могут прожить всю жизнь — и не увидеть того, что увидишь ты за один этот год.

    Люди могут прожить всю жизнь — и не увидеть того, что увидишь ты за один этот год.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
13. «

    Просто смотреть противно, до чего они влюблены друг в друга.

    Просто смотреть противно, до чего они влюблены друг в друга.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
14. «

    Дьявол! У этой женщины просто талант на то, чтобы портить мне жизнь.

    Дьявол! У этой женщины просто талант на то, чтобы портить мне жизнь.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
15. «

    Есть такая специальная лаборатория, где ищут глубину поверхностных явлений и смысл бессмыслиц. Её офисы и представительства разбросаны по миру, а добровольные жертвы её экспериментов обреченно сканируют друг друга: обувь, одежда, часы, сумка, украшения... «Забрэндованность» общества достигла катастрофических масштабов. Добро пожаловать в её эпицентр с волнующем именем МОДА. Здесь все такие целеустремленные, нервные, сексуально дезориентированные, энергичные и зацикленные на самих себе.

    Есть такая специальная лаборатория, где ищут глубину поверхностных явлений и смысл бессмыслиц. Её офисы и представительства разбросаны по миру, а добровольные жертвы её экспериментов обреченно сканируют друг друга: обувь, одежда, часы, сумка, украшения... «Забрэндованность» общества достигла катастрофических масштабов. Добро пожаловать в её эпицентр с волнующем именем МОДА. Здесь все такие целеустремленные, нервные, сексуально дезориентированные, энергичные и зацикленные на самих себе.
16. «

    Что ж, нет лучшего средства, чтобы вернуться из сказки в суровую реальность, чем амебная дизентерия. Неделю я провалялась в замызганной индийской гостинице, умоляя Алекса не оставлять меня умирать в этом забытом Богом месте. Еще через четыре дня мы приземлились в Ньюарке, и моя перепуганная мать уложила меня на заднее сиденье машины и причитала надо мной всю дорогу. Сбылась мечта еврейской матери: у нее появилась законная возможность приглашать в дом одного доктора за другим, пока она совершенно не убедилась в том, что последний мерзкий паразит оставил в покое ее маленькую девочку.

    Что ж, нет лучшего средства, чтобы вернуться из сказки в суровую реальность, чем амебная дизентерия. Неделю я провалялась в замызганной индийской гостинице, умоляя Алекса не оставлять меня умирать в этом забытом Богом месте. Еще через четыре дня мы приземлились в Ньюарке, и моя перепуганная мать уложила меня на заднее сиденье машины и причитала надо мной всю дорогу. Сбылась мечта еврейской матери: у нее появилась законная возможность приглашать в дом одного доктора за другим, пока она совершенно не убедилась в том, что последний мерзкий паразит оставил в покое ее маленькую девочку.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
17. «

    Я терпеть не могла, когда люди так формулировали свой вопрос, спрашивали, есть ли у вас планы, не сказав, что собираются предложить. Может, он хочет устроить дочери соседей протекцию в «Подиум» и попросит меня взглянуть на ее резюме? А может, ему нужно, чтобы кто-нибудь погулял с его собакой, пока он будет давать очередное интервью «Нью-Йорк таймс»?

    Я терпеть не могла, когда люди так формулировали свой вопрос, спрашивали, есть ли у вас планы, не сказав, что собираются предложить. Может, он хочет устроить дочери соседей протекцию в «Подиум» и попросит меня взглянуть на ее резюме? А может, ему нужно, чтобы кто-нибудь погулял с его собакой, пока он будет давать очередное интервью «Нью-Йорк таймс»?

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
18. «

    Может, этого и ищет Лили, подумала я. Мужчин, веселых компаний, радостного сознания того, что ты молода и сердце твое бьется?

    Может, этого и ищет Лили, подумала я. Мужчин, веселых компаний, радостного сознания того, что ты молода и сердце твое бьется?

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
19. «

    Лестница была там же, где я видела ее в воспоминаниях, но в сумерках выглядела по-другому. Я привыкла к унылым и коротким зимним дням, и мне было странно, что уже половина седьмого, а небо только-только начинало темнеть. Этим вечером лестница выглядела по-королевски – нечасто такое увидишь. Она была красивее лестницы на площади Испании в Риме, красивее той, что ведет ко входу в библиотеку Колумбийского университета, красивее даже дух захватывающего подъема к Капитолию. Только взобравшись на десятую ступеньку этого белого великолепия, я поняла, сколько огорчений могут доставить такие вот шедевры. В чьем воспаленном воображении могла родиться мысль заставить женщину в узком платье до пола и в туфлях на шпильках карабкаться на эту Голгофу? Поскольку я не могла как следует возненавидеть архитектора – или даже тех, кто поручил ему эту работу, – я переложила всю тяжесть их ответственности на Миранду, которая в последнее время выступала в роли явной либо неявной виновницы всех моих несчастий.

    Лестница была там же, где я видела ее в воспоминаниях, но в сумерках выглядела по-другому. Я привыкла к унылым и коротким зимним дням, и мне было странно, что уже половина седьмого, а небо только-только начинало темнеть. Этим вечером лестница выглядела по-королевски – нечасто такое увидишь. Она была красивее лестницы на площади Испании в Риме, красивее той, что ведет ко входу в библиотеку Колумбийского университета, красивее даже дух захватывающего подъема к Капитолию. Только взобравшись на десятую ступеньку этого белого великолепия, я поняла, сколько огорчений могут доставить такие вот шедевры. В чьем воспаленном воображении могла родиться мысль заставить женщину в узком платье до пола и в туфлях на шпильках карабкаться на эту Голгофу? Поскольку я не могла как следует возненавидеть архитектора – или даже тех, кто поручил ему эту работу, – я переложила всю тяжесть их ответственности на Миранду, которая в последнее время выступала в роли явной либо неявной виновницы всех моих несчастий.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
20. «

    Всё выше, выше и выше, пронзая пространство и время, возносясь к вершинам безграничной сексуальности, стремлюсь я... в отдел кадров.

    Всё выше, выше и выше, пронзая пространство и время, возносясь к вершинам безграничной сексуальности, стремлюсь я... в отдел кадров.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга