54 известных цитаты из книги «Луи-Фердинанд Селин. Путешествие на край ночи»

Ниже 54 цитаты из книги «Луи-Фердинанд Селин. Путешествие на край ночи»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Раз уж надо кого-то любить, лучше любить детей: с ними хоть меньше риску, чем со взрослыми. По крайней мере можно извинить свою слабость надеждой на то, что они вырастут не такими шкурами, как мы.

   Раз уж надо кого-то любить, лучше любить детей: с ними хоть меньше риску, чем со взрослыми. По крайней мере можно извинить свою слабость надеждой на то, что они вырастут не такими шкурами, как мы.
2. «

   Люди держатся за свои пакостные воспоминания, за свои несчастья — их от этого не отвадить. Таким способом они заполняют свою душу. Несправедливость настоящего заставляет их во что бы то ни стало обмазывать дер***ом будущее. В глубине души они одинаково справедливы и подлы. Такова уж человеческая натура.

   Люди держатся за свои пакостные воспоминания, за свои несчастья — их от этого не отвадить. Таким способом они заполняют свою душу. Несправедливость настоящего заставляет их во что бы то ни стало обмазывать дер***ом будущее. В глубине души они одинаково справедливы и подлы. Такова уж человеческая натура.
3. «

   Целоваться — как почесываться: хочется во что бы то ни стало.

   Целоваться — как почесываться: хочется во что бы то ни стало.
4. «

   На неё стоило взглянуть. Крепко сбитая, она отличалась такой любовью к постельным забавам, какую не часто встретишь у самок. Скромная в жизни, сдержанная в речах и поведении, ни намёка на истеричность. Просто сексуально одаренная, холёная, уравновешенная чемпионка в своём роде — вот и всё. Прекрасная атлетка наслаждения. В этом, право, нет ничего дурного.

   На неё стоило взглянуть. Крепко сбитая, она отличалась такой любовью к постельным забавам, какую не часто встретишь у самок. Скромная в жизни, сдержанная в речах и поведении, ни намёка на истеричность. Просто сексуально одаренная, холёная, уравновешенная чемпионка в своём роде — вот и всё. Прекрасная атлетка наслаждения. В этом, право, нет ничего дурного.
5. «

   Уверяю вас, наша жизнь — всего лишь гигантское издевательство над жизнью.

   Уверяю вас, наша жизнь — всего лишь гигантское издевательство над жизнью.
6. «

   Ваши воспоминания — всего лишь старый фонарь, висящий на углу улицы, где больше почти никто не ходит.

   Ваши воспоминания — всего лишь старый фонарь, висящий на углу улицы, где больше почти никто не ходит.
7. «

   Воскресными вечерами распоясывается всё — страсти, беспокойство, нетерпение. На воскресную вахту заступает самолюбие, да еще в подпитии. После целого дня алкогольной свободы рабов начинает потряхивать, их трудно держать в узде, они фыркают, храпят и позвякивают цепями.

   Воскресными вечерами распоясывается всё — страсти, беспокойство, нетерпение. На воскресную вахту заступает самолюбие, да еще в подпитии. После целого дня алкогольной свободы рабов начинает потряхивать, их трудно держать в узде, они фыркают, храпят и позвякивают цепями.
8. «

   Горе выставляет себя напоказ, наслаждение и потребность — стыдливы.

   Горе выставляет себя напоказ, наслаждение и потребность — стыдливы.
9. «

   Лучше не строить иллюзий: людям нечего сказать друг другу, они говорят только о себе и своих горестях, это бесспорно. Каждый — о себе, земля — обо всех. Люди силятся свалить свое горе на другого, даже когда приходит любовь, но и тогда им это не удается: горе сполна остается при них, и они начинают все сначала, еще раз пытаясь переложить его на чужие плечи.

   Лучше не строить иллюзий: людям нечего сказать друг другу, они говорят только о себе и своих горестях, это бесспорно. Каждый — о себе, земля — обо всех. Люди силятся свалить свое горе на другого, даже когда приходит любовь, но и тогда им это не удается: горе сполна остается при них, и они начинают все сначала, еще раз пытаясь переложить его на чужие плечи.
10. «

    Смерть взрослого не слишком огорчает — просто одной сволочью на земле становится меньше; ребенок — другое дело: у него еще есть будущее.

    Смерть взрослого не слишком огорчает — просто одной сволочью на земле становится меньше; ребенок — другое дело: у него еще есть будущее.
11. «

    Может быть, и в нас, и на земле, и на небе страшно только одно — то, что не высказано вслух. Мы обретем спокойствие не раньше, чем раз и навсегда выскажем все; тогда, наконец, наступит тишина, и мы перестанем бояться молчать. Так когда-нибудь и будет.

    Может быть, и в нас, и на земле, и на небе страшно только одно — то, что не высказано вслух. Мы обретем спокойствие не раньше, чем раз и навсегда выскажем все; тогда, наконец, наступит тишина, и мы перестанем бояться молчать. Так когда-нибудь и будет.
12. «

    Что ни говори, что ни проповедуй, а мир уходит от нас много раньше, чем мы уходим от мира.

    Что ни говори, что ни проповедуй, а мир уходит от нас много раньше, чем мы уходим от мира.
13. «

    Её трогала меланхолия вещей, вышедших из моды. Каждый оплакивает уходящее время на свой лад.

    Её трогала меланхолия вещей, вышедших из моды. Каждый оплакивает уходящее время на свой лад.
14. «

    В общем, когда эгоизм чуть-чуть отпускает нас и приходит время перестать жить только им, мы сохраняем в сердце лишь образы женщин, вправду хоть немножко любивших мужчин как таковых — не только одного-единственного, даже если им были вы, а вообще мужчин.

    В общем, когда эгоизм чуть-чуть отпускает нас и приходит время перестать жить только им, мы сохраняем в сердце лишь образы женщин, вправду хоть немножко любивших мужчин как таковых — не только одного-единственного, даже если им были вы, а вообще мужчин.
15. «

    Блядский энтузиазм, он, увы, только для нас!

    Блядский энтузиазм, он, увы, только для нас!

    — Фердинан Бардамю · книга
16. «

    Большинство людей умирает только в последний момент; остальные начинают делать это загодя — лет за двадцать, а то и больше. Эти — самые несчастные.

    Большинство людей умирает только в последний момент; остальные начинают делать это загодя — лет за двадцать, а то и больше. Эти — самые несчастные.
17. «

    Если у тебя достаточно нахальства, тебе позволено почти все, нет, просто все; тогда за тебя большинство, а оно-то и решает, псих ты или нет.

    Если у тебя достаточно нахальства, тебе позволено почти все, нет, просто все; тогда за тебя большинство, а оно-то и решает, псих ты или нет.
18. «

    Робинзон не был готов умереть: случай его не устраивал. Хотя, может быть, вполне устроил бы, если бы представился в других обстоятельствах. Одним словом, смерть — это вроде как бы женитьба.

    Робинзон не был готов умереть: случай его не устраивал. Хотя, может быть, вполне устроил бы, если бы представился в других обстоятельствах. Одним словом, смерть — это вроде как бы женитьба.
19. «

    Довериться же людям — значит дать себя отчасти убить.

    Довериться же людям — значит дать себя отчасти убить.
20. «

    Кто не наблюдал, как умеют ждать и воскресать душой бедняки, которые надеются на пенсию, тот не знает, что такое воскресать душой и чего-то ждать.

    Кто не наблюдал, как умеют ждать и воскресать душой бедняки, которые надеются на пенсию, тот не знает, что такое воскресать душой и чего-то ждать.