37 цитат из книги «М. Л. Рио. Если бы мы были злодеями» — коротко и по делу

Ниже 37 цитат из книги «М. Л. Рио. Если бы мы были злодеями»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Он был очарован тобой как раз потому, что ты был так очарован им.

   Он был очарован тобой как раз потому, что ты был так очарован им.

   — Джозеф Колборн · книга
2. «

   Она бросилась на меня, а я не мог решить, то ли я хочу убить ее, то ли поцеловать.

   Она бросилась на меня, а я не мог решить, то ли я хочу убить ее, то ли поцеловать.

   — Оливер Маркс · книга
3. «

   Я вспоминаю его: пышный, зеленый, и дикий, и зачарованный, будто лес Оберона или остров Просперо. Есть кое-что еще, чего никогда не рассказывают о таких волшебных местах: они столь же опасны, как и прекрасны. Почему Деллехер должен быть иным?

   Я вспоминаю его: пышный, зеленый, и дикий, и зачарованный, будто лес Оберона или остров Просперо. Есть кое-что еще, чего никогда не рассказывают о таких волшебных местах: они столь же опасны, как и прекрасны. Почему Деллехер должен быть иным?

   — Оливер Маркс · книга
4. «

   Мы были очень многим. Друзьями, братьями, сообщниками. Джеймс оказался тем, кем я всегда отчаянно хотел быть… Талантливым, умным, светским. Единственным ребенком в семье, где искусство ценилось выше рациональности, а страсть – выше мира и покоя. Я бы никогда не смог подняться до его уровня. Я прицепился к нему, как репейник, с самого первого дня нашей встречи, надеясь, что его гениальность заразительна.

   Мы были очень многим. Друзьями, братьями, сообщниками. Джеймс оказался тем, кем я всегда отчаянно хотел быть… Талантливым, умным, светским. Единственным ребенком в семье, где искусство ценилось выше рациональности, а страсть – выше мира и покоя. Я бы никогда не смог подняться до его уровня. Я прицепился к нему, как репейник, с самого первого дня нашей встречи, надеясь, что его гениальность заразительна.

   — Оливер Маркс · книга
5. «

   Субботними вечерами я обычно лежу в постели, не в силах заснуть, и думаю: какую еще тупость совершат пьяные подростки? Что мне придется разгребать утром.

   Субботними вечерами я обычно лежу в постели, не в силах заснуть, и думаю: какую еще тупость совершат пьяные подростки? Что мне придется разгребать утром.

   — Джозеф Колборн · книга
6. «

   – Очевидно, Ричард будет Цезарем. – Потому что мы втайне мечтаем убить его?

   – Очевидно, Ричард будет Цезарем. – Потому что мы втайне мечтаем убить его?

   — Александр Васс · книга
7. «

   – Он считает, что именно из-за «Цезаря» все пошло не так. А я повторяю ему, что он не прав. – Думаешь, все дело было в «Макбете»? Она останавливает машину (загорается красный свет светофора) и бросает взгляд на меня. – Нет, Оливер. Я думаю, мы облажались с самого начала.

   – Он считает, что именно из-за «Цезаря» все пошло не так. А я повторяю ему, что он не прав. – Думаешь, все дело было в «Макбете»? Она останавливает машину (загорается красный свет светофора) и бросает взгляд на меня. – Нет, Оливер. Я думаю, мы облажались с самого начала.

   — Филиппа Коста · книга
8. «

   Озеро было совершенно спокойным, и я подумал, какие же они лгуны – вода и небо. Безмятежные, мирные, дескать, все опять хорошо, хотя на самом деле ничто никогда уже не будет прежним.

   Озеро было совершенно спокойным, и я подумал, какие же они лгуны – вода и небо. Безмятежные, мирные, дескать, все опять хорошо, хотя на самом деле ничто никогда уже не будет прежним.

   — Оливер Маркс · книга
9. «

   Конечно, у Джеймса не было ни самолюбия, ни характера Ричарда, но его все обожали, тогда как Ричарда, скорее, одинаково яростно любили и ненавидели.

   Конечно, у Джеймса не было ни самолюбия, ни характера Ричарда, но его все обожали, тогда как Ричарда, скорее, одинаково яростно любили и ненавидели.

   — Оливер Маркс · книга
10. «

    Часто я задавался вопросом, имитирует ли искусство жизнь или дело обстоит с точностью до наоборот.

    Часто я задавался вопросом, имитирует ли искусство жизнь или дело обстоит с точностью до наоборот.

    — Оливер Маркс · книга
11. «

    Ричард не хотел, чтобы о нем помнили хорошее. Он жаждал опустошить тех, кто причинил ему зло. Нас.

    Ричард не хотел, чтобы о нем помнили хорошее. Он жаждал опустошить тех, кто причинил ему зло. Нас.

    — Оливер Маркс · книга
12. «

    Пить чай из кружек – это все равно что дегустировать хорошее вино из чашек.

    Пить чай из кружек – это все равно что дегустировать хорошее вино из чашек.

    — Фредерик · книга
13. «

    Я так сильно хочу разозлиться на тебя и наверняка сумел бы это сделать, но не могу и потому злюсь на себя. Ты хоть понимаешь, как все несправедливо?

    Я так сильно хочу разозлиться на тебя и наверняка сумел бы это сделать, но не могу и потому злюсь на себя. Ты хоть понимаешь, как все несправедливо?

    — Оливер Маркс · книга
14. «

    Мне нужен язык, чтобы жить, он необходим мне, как пища и вода. Лексемы, морфемы, крупицы смысла – они насыщают меня знанием и пониманием того, что для всего в мире есть слова.

    Мне нужен язык, чтобы жить, он необходим мне, как пища и вода. Лексемы, морфемы, крупицы смысла – они насыщают меня знанием и пониманием того, что для всего в мире есть слова.

    — Оливер Маркс · книга
15. «

    Exeunt omnes. Все уходят.

    Exeunt omnes. Все уходят.
16. «

    Актеры подобны жеодам. Нужно разбить их, чтобы увидеть, из чего они сделаны.

    Актеры подобны жеодам. Нужно разбить их, чтобы увидеть, из чего они сделаны.

    — Гвендолин · книга
17. «

    Когда мы на сцене, то играем персонажа, но лишь на пятьдесят процентов. Остальное – мы сами, однако нам страшно показать людям, каковы мы на самом деле. Когда я работала с Пэтси Роденберг, она учила нас, что мир Шекспира – это мир, в котором «страсти привлекательны». Как часто мы боимся выглядеть нелепыми и не демонстрируем силу наших эмоций? Но ты не можешь хорошо работать, если боишься или прячешься.

    Когда мы на сцене, то играем персонажа, но лишь на пятьдесят процентов. Остальное – мы сами, однако нам страшно показать людям, каковы мы на самом деле. Когда я работала с Пэтси Роденберг, она учила нас, что мир Шекспира – это мир, в котором «страсти привлекательны». Как часто мы боимся выглядеть нелепыми и не демонстрируем силу наших эмоций? Но ты не можешь хорошо работать, если боишься или прячешься.

    — Гвендолин · книга
18. «

    В ней было нечто холодное и универсальное, что делало ее одинаково убедительной как в роли Горацио, так и в роли Эмилии.

    В ней было нечто холодное и универсальное, что делало ее одинаково убедительной как в роли Горацио, так и в роли Эмилии.

    — Оливер Маркс · книга
19. «

    Что можно сделать в таком случае? Игнорировать скорбь или потакать ей? Не знаю. Жизнь – это не комедия. Нельзя ждать, когда все само пойдет на лад.

    Что можно сделать в таком случае? Игнорировать скорбь или потакать ей? Не знаю. Жизнь – это не комедия. Нельзя ждать, когда все само пойдет на лад.

    — Рен Стерлинг · книга
20. «

    Мы не видели перед собой ничего, кроме книг. Мы всегда были окружены словами и поэзией: все яростные страсти мира были заключены в кожу и пергамент. Вот на что я отчасти возлагаю вину за произошедшее. Наши собственные интриги и ошибки по сравнению с этим казались незначительными.

    Мы не видели перед собой ничего, кроме книг. Мы всегда были окружены словами и поэзией: все яростные страсти мира были заключены в кожу и пергамент. Вот на что я отчасти возлагаю вину за произошедшее. Наши собственные интриги и ошибки по сравнению с этим казались незначительными.

    — Оливер Маркс · книга