27 коротких цитат из книги «Майкл Ондатже. Английский пациент»

27 цитат из книги «Майкл Ондатже. Английский пациент» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ты думаешь, только ты способен чувствовать? Ты так думаешь?

   Ты думаешь, только ты способен чувствовать? Ты так думаешь?
2. «

   Мне не нравилась поэзия, пока я не услышал, как эта женщина читает стихи.

   Мне не нравилась поэзия, пока я не услышал, как эта женщина читает стихи.

   — граф Ласло де Алмаши · книга
3. «

   Я видел многие племена пустыни. Это самые красивые люди, которых я когда-либо встречал. Им было безразлично, какой мы национальности — немцы или англичане, венгры или африканцы. Вскоре и нам это стало безразлично. Мне сделалось ненавистно само понятие нации. Постоянное осознавание, ощущение своей и чужой национальной принадлежности разрушает человека. Мэдокс погиб только из-за этого. Пустыню нельзя затребовать, либо завладеть ею — она словно кусок ткани, уносимый ветрами, и его нельзя прижать и удержать камнями.

   Я видел многие племена пустыни. Это самые красивые люди, которых я когда-либо встречал. Им было безразлично, какой мы национальности — немцы или англичане, венгры или африканцы. Вскоре и нам это стало безразлично. Мне сделалось ненавистно само понятие нации. Постоянное осознавание, ощущение своей и чужой национальной принадлежности разрушает человека. Мэдокс погиб только из-за этого. Пустыню нельзя затребовать, либо завладеть ею — она словно кусок ткани, уносимый ветрами, и его нельзя прижать и удержать камнями.

   — граф Ласло де Алмаши · книга
4. «

   Для одной женщины, которую ты полюбишь или наверняка полюбишь, страстный стих будет признанием, а для всех других — беззастенчивым рифмованным обманом.

   Для одной женщины, которую ты полюбишь или наверняка полюбишь, страстный стих будет признанием, а для всех других — беззастенчивым рифмованным обманом.
5. «

   Когда у тебя глубокое горе, единственное средство, чтобы выжить, — с корнем вырвать все воспоминания.

   Когда у тебя глубокое горе, единственное средство, чтобы выжить, — с корнем вырвать все воспоминания.
6. «

   В пустыне вода, как сокровище, ты несешь ее, как имя своей возлюбленной, в ладонях, подносишь к губам… и пьешь пустоту… Женщина в Каире выскальзывает из кровати и перегибается через окно, подставляя дождю свое обнаженное белое тело…

   В пустыне вода, как сокровище, ты несешь ее, как имя своей возлюбленной, в ладонях, подносишь к губам… и пьешь пустоту… Женщина в Каире выскальзывает из кровати и перегибается через окно, подставляя дождю свое обнаженное белое тело…

   — граф Ласло де Алмаши · книга
7. «

   Ей всегда хотелось слов, она любила их, выросла на них. Слова вносили ясность, убеждали, придавали форму. А я считал, что слова искажают чувства, как вода — очертания предметов.

   Ей всегда хотелось слов, она любила их, выросла на них. Слова вносили ясность, убеждали, придавали форму. А я считал, что слова искажают чувства, как вода — очертания предметов.
8. «

   Я неделями пропадал в пустыне, забывая даже взглянуть на Луну, так же, как иной раз женатый мужчина может жить рядом со своей женой и не замечать её, и это не потому, что он её не любит или игнорирует её, а потому, что он занят чем-то очень важным, требующим от него полной отдачи, и нельзя осуждать его за это.

   Я неделями пропадал в пустыне, забывая даже взглянуть на Луну, так же, как иной раз женатый мужчина может жить рядом со своей женой и не замечать её, и это не потому, что он её не любит или игнорирует её, а потому, что он занят чем-то очень важным, требующим от него полной отдачи, и нельзя осуждать его за это.
9. «

   Когда мы молоды, мы не смотрим в зеркало. Это приходит с возрастом, когда у тебя уже есть имя, своя история, интерес к тому, что твоя жизнь значит для будущего, что ты оставишь «городу и миру». Мы становимся тщеславными со своими именами и претензиями на право считаться первыми, иметь самую сильную армию, быть самым умным торговцем. Когда Нарцисс состарился, он потребовал изваять свой портрет из камня. А нам было интересно, что мы могли значить в прошлом. Мы плыли в прошлое. Мы были молоды. Мы знали, что власть и деньги — преходящие вещи. Мы засыпали с книгой Геродота... Потому что города, которые были великими раньше, сейчас стали маленькими, а те, которые числятся великими в моё время, были маленькими ещё раньше... Счастье человека никогда не ждёт на одном месте.

   Когда мы молоды, мы не смотрим в зеркало. Это приходит с возрастом, когда у тебя уже есть имя, своя история, интерес к тому, что твоя жизнь значит для будущего, что ты оставишь «городу и миру». Мы становимся тщеславными со своими именами и претензиями на право считаться первыми, иметь самую сильную армию, быть самым умным торговцем. Когда Нарцисс состарился, он потребовал изваять свой портрет из камня. А нам было интересно, что мы могли значить в прошлом. Мы плыли в прошлое. Мы были молоды. Мы знали, что власть и деньги — преходящие вещи. Мы засыпали с книгой Геродота... Потому что города, которые были великими раньше, сейчас стали маленькими, а те, которые числятся великими в моё время, были маленькими ещё раньше... Счастье человека никогда не ждёт на одном месте.
10. «

    Его не интересует, как она ведет себя с другими. Он хочет ее здесь, хочет наслаждаться ее надменной красотой, ее меняющимся настроением. Он хочет, чтобы они прильнули друг к другу, словно страницы закрытой книги, он хочет раствориться в ней, чтобы их ничто не разделяло.

    Его не интересует, как она ведет себя с другими. Он хочет ее здесь, хочет наслаждаться ее надменной красотой, ее меняющимся настроением. Он хочет, чтобы они прильнули друг к другу, словно страницы закрытой книги, он хочет раствориться в ней, чтобы их ничто не разделяло.

    — граф Ласло де Алмаши · книга
11. «

    — Птицы предпочитают сидеть на деревьях с голыми ветвями. Тогда они видят все вокруг и могут лететь, куда захотят.

    — Птицы предпочитают сидеть на деревьях с голыми ветвями. Тогда они видят все вокруг и могут лететь, куда захотят.
12. «

    Если вы в комнате с проблемой, не разговаривайте с ней.

    Если вы в комнате с проблемой, не разговаривайте с ней.
13. «

    Разве ты не прощаешь всё тем, кого любишь? Ты прощаешь эгоизм, желание, обман до тех пор, пока ты – причина, мотив, цель…

    Разве ты не прощаешь всё тем, кого любишь? Ты прощаешь эгоизм, желание, обман до тех пор, пока ты – причина, мотив, цель…

    — граф Ласло де Алмаши · книга
14. «

    Ему нравится определять характер по губам. Он считает, что губы открывают некоторые интересные черты характера из всего спектра личности собеседника – от самодовольства до неуверенности. У бессердечного они темнее, а у нежного светлее… А вот по глазам этого не понять. По глазам можно составить себе неправильное мнение о человеке и обмануться.

    Ему нравится определять характер по губам. Он считает, что губы открывают некоторые интересные черты характера из всего спектра личности собеседника – от самодовольства до неуверенности. У бессердечного они темнее, а у нежного светлее… А вот по глазам этого не понять. По глазам можно составить себе неправильное мнение о человеке и обмануться.

    — граф Ласло де Алмаши · книга
15. «

    Проблема среднего возраста в том, что окружающие люди думают, будто ты уже полностью сформировался.

    Проблема среднего возраста в том, что окружающие люди думают, будто ты уже полностью сформировался.
16. «

    Иногда мне невыносимо без тебя. А иногда мне все равно, увидимся ли мы снова. Дело тут не в морали, а в том, сколько человек способен вынести.

    Иногда мне невыносимо без тебя. А иногда мне все равно, увидимся ли мы снова. Дело тут не в морали, а в том, сколько человек способен вынести.
17. «

    ... слёзы изматывают сильнее, чем любая другая работа.

    ... слёзы изматывают сильнее, чем любая другая работа.
18. «

    Киплинга надо читать медленно. Следите внимательно за запятыми, и вы будете делать естественные паузы. Он ведь писал чернилами и ручкой. Думаю, он часто отрывался от страницы, уставившись в окно и слушая пение птиц, как делают все писатели, оставшись в одиночестве. <...> Подумайте, с какой скоростью писал он. В противном случае первый же абзац покажется вам ужасным и скучным.

    Киплинга надо читать медленно. Следите внимательно за запятыми, и вы будете делать естественные паузы. Он ведь писал чернилами и ручкой. Думаю, он часто отрывался от страницы, уставившись в окно и слушая пение птиц, как делают все писатели, оставшись в одиночестве. <...> Подумайте, с какой скоростью писал он. В противном случае первый же абзац покажется вам ужасным и скучным.

    — граф Ласло де Алмаши · книга
19. «

    В окрестностях Эль-Таджа есть чудесное растение. Если вырезать у него сердце, то пустоту заполнит целительный сок, скопившийся на месте сердца. И каждое утро можно пить этот сок, скопившийся на месте сердца. Растение живет с этой раной год, а потом погибает.

    В окрестностях Эль-Таджа есть чудесное растение. Если вырезать у него сердце, то пустоту заполнит целительный сок, скопившийся на месте сердца. И каждое утро можно пить этот сок, скопившийся на месте сердца. Растение живет с этой раной год, а потом погибает.
20. «

    ... когда мы встречаем тех, в кого влюбляемся, есть ниша в нашей душе, в которой сидит историк, немного педант, кто воображает или вспоминает эту встречу, а в иное время человек проходит мимо, не заметив. <...> Но, для того чтобы влюбиться, все части тела должны быть готовы принять другого человека, все атомы должны двигаться в одном направлении для осуществления желания.

    ... когда мы встречаем тех, в кого влюбляемся, есть ниша в нашей душе, в которой сидит историк, немного педант, кто воображает или вспоминает эту встречу, а в иное время человек проходит мимо, не заметив. <...> Но, для того чтобы влюбиться, все части тела должны быть готовы принять другого человека, все атомы должны двигаться в одном направлении для осуществления желания.

    — граф Ласло де Алмаши · книга