35 цитат из книги «Макс Фрай. Ворона на мосту» без воды

Собрали 35 цитат из книги «Макс Фрай. Ворона на мосту» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Поначалу любая практика даётся легко и приносит ошеломительные результаты, настоящие трудности начинаются потом. Требуются великие усилия, чтобы их преодолеть и достичь результатов, хоть немного сходных с первоначальными. Получается, что первые успехи даются нам словно бы взаймы, чтобы заинтересовать и раззадорить. Более внятных объяснений этого механизма у меня нет.

   Поначалу любая практика даётся легко и приносит ошеломительные результаты, настоящие трудности начинаются потом. Требуются великие усилия, чтобы их преодолеть и достичь результатов, хоть немного сходных с первоначальными. Получается, что первые успехи даются нам словно бы взаймы, чтобы заинтересовать и раззадорить. Более внятных объяснений этого механизма у меня нет.

   — сэр Шурф Лонли-Локли · книга
2. «

   Каждый сам выбирает, что станет для него правдой, а что нет. Не пренебрегай возможностью делать этот выбор осознанно, тогда правдой будет становиться все, что тебе нравится. Чем плохо?

   Каждый сам выбирает, что станет для него правдой, а что нет. Не пренебрегай возможностью делать этот выбор осознанно, тогда правдой будет становиться все, что тебе нравится. Чем плохо?

   — Сэр Джуффин Халли · книга
3. «

   Люди очень серьёзно относятся к небу и предпочитают, чтобы оно было окрашено в один и тот же привычный цвет, — это позволяет им чувствовать себя в безопасности.

   Люди очень серьёзно относятся к небу и предпочитают, чтобы оно было окрашено в один и тот же привычный цвет, — это позволяет им чувствовать себя в безопасности.

   — сэр Шурф Лонли-Локли · книга
4. «

   Есть разные одиночества. Способов оставаться одиноким, мне кажется, гораздо больше, чем способов быть вместе с кем бы то ни было. Физическое одиночество человека, запертого в пустом помещении или, скажем, на необитаемом острове, – далеко не самый интересный и совсем не безнадёжный случай; многие люди считают, что это скорее благо, чем несчастье. Принято думать, будто такая позиция свидетельствует о мудрости, но скорее она – просто один из симптомов усталости. В любом случае физическое одиночество не предмет для разговора, с ним все более-менее понятно. Одиночество, на которое я был обречён изначально, в силу обстоятельств рождения и воспитания, а потому привык к нему с детства и даже полюбил, – это одиночество человека, который превосходит других. Когда-то оно делало мне честь и тешило моё высокомерие; эти времена давно миновали, но страдать от него я так и не выучился. Даже в те дни, когда внезапно обретённые могущество и безумие окончательно оградили меня от других людей, одиночество стало для меня источником силы, а не муки. Да что там, оно до сих пор скорее нравится мне, чем нет, поскольку высокомерие по-прежнему мне свойственно; другое дело, что я не даю себе воли – в этом и вообще ни в чем. А бывает одиночество опыта. Когда человек, подобно мне, переживает уникальный опыт, о котором и рассказать-то толком невозможно, он волей-неволей оказывается в полной изоляции, среди абсолютно чужих существ, поскольку ощущение внутреннего родства с другим человеком приносит только общий опыт, по крайней мере, иных способов я не знаю. Думаю, всем присутствующим такая разновидность одиночества в той или иной мере знакома. Сказать по правде, справляться с этим мне до сих пор очень непросто – наверное, потому, что я пока не способен разделить собственный опыт с самим собой. Это не хорошо и не плохо, так – есть, это – моя жизнь, другой у меня нет и быть не может.

   Есть разные одиночества. Способов оставаться одиноким, мне кажется, гораздо больше, чем способов быть вместе с кем бы то ни было. Физическое одиночество человека, запертого в пустом помещении или, скажем, на необитаемом острове, – далеко не самый интересный и совсем не безнадёжный случай; многие люди считают, что это скорее благо, чем несчастье. Принято думать, будто такая позиция свидетельствует о мудрости, но скорее она – просто один из симптомов усталости. В любом случае физическое одиночество не предмет для разговора, с ним все более-менее понятно. Одиночество, на которое я был обречён изначально, в силу обстоятельств рождения и воспитания, а потому привык к нему с детства и даже полюбил, – это одиночество человека, который превосходит других. Когда-то оно делало мне честь и тешило моё высокомерие; эти времена давно миновали, но страдать от него я так и не выучился. Даже в те дни, когда внезапно обретённые могущество и безумие окончательно оградили меня от других людей, одиночество стало для меня источником силы, а не муки. Да что там, оно до сих пор скорее нравится мне, чем нет, поскольку высокомерие по-прежнему мне свойственно; другое дело, что я не даю себе воли – в этом и вообще ни в чем. А бывает одиночество опыта. Когда человек, подобно мне, переживает уникальный опыт, о котором и рассказать-то толком невозможно, он волей-неволей оказывается в полной изоляции, среди абсолютно чужих существ, поскольку ощущение внутреннего родства с другим человеком приносит только общий опыт, по крайней мере, иных способов я не знаю. Думаю, всем присутствующим такая разновидность одиночества в той или иной мере знакома. Сказать по правде, справляться с этим мне до сих пор очень непросто – наверное, потому, что я пока не способен разделить собственный опыт с самим собой. Это не хорошо и не плохо, так – есть, это – моя жизнь, другой у меня нет и быть не может.

   — сэр Шурф Лонли-Локли · книга
5. «

   Человек всегда расслабляется и теряет бдительность, выяснив, что запланированная неприятность случится не прямо сейчас, а немного попозже.

   Человек всегда расслабляется и теряет бдительность, выяснив, что запланированная неприятность случится не прямо сейчас, а немного попозже.

   — Чиффа · книга
6. «

   Не видеть вещи такими, какие они есть, — унизительно для мыслителя.

   Не видеть вещи такими, какие они есть, — унизительно для мыслителя.

   — сэр Шурф Лонли-Локли · книга
7. «

   Вот всегда так с вами, молодыми. Только что был умный и вдруг — хлоп! — снова дурак.

   Вот всегда так с вами, молодыми. Только что был умный и вдруг — хлоп! — снова дурак.

   — Лойсо Пондохва · книга
8. «

   Непобедимый противник — наилучшая мотивация для бесконечного самосовершенствования.

   Непобедимый противник — наилучшая мотивация для бесконечного самосовершенствования.

   — Сэр Джуффин Халли · книга
9. «

   Дыши, твоё дыхание — вопрос жизни и смерти, никогда ещё у тебя не было более важного дела, чем это...

   Дыши, твоё дыхание — вопрос жизни и смерти, никогда ещё у тебя не было более важного дела, чем это...

   — Сэр Джуффин Халли · книга
10. «

    Сцедить кровь врага в сосуд? Ну ты даешь, сэр Шурф. Вынужден тебя разочаровать, домашнее консервирование — не моя стезя. Проще вовсе не убивать врага, чем потом запасать его впрок.

    Сцедить кровь врага в сосуд? Ну ты даешь, сэр Шурф. Вынужден тебя разочаровать, домашнее консервирование — не моя стезя. Проще вовсе не убивать врага, чем потом запасать его впрок.

    — Сэр Джуффин Халли · книга
11. «

    Спор не принесёт пользы, зато отнимет время, которое можно потратить на куда более важные дела.

    Спор не принесёт пользы, зато отнимет время, которое можно потратить на куда более важные дела.

    — сэр Шурф Лонли-Локли · книга
12. «

    Пока человек отдает себе отчет, что его знания и опыт — ничтожная крупица реальной картины мира, он настолько не безнадёжен, что пари впору заключать, делая ставку на его блестящее будущее.

    Пока человек отдает себе отчет, что его знания и опыт — ничтожная крупица реальной картины мира, он настолько не безнадёжен, что пари впору заключать, делая ставку на его блестящее будущее.

    — Сэр Джуффин Халли · книга
13. «

    Если хаос — твоя подлинная природа, сосуд в который он заключён, должен быть совершенным и надёжно закупоренным.

    Если хаос — твоя подлинная природа, сосуд в который он заключён, должен быть совершенным и надёжно закупоренным.

    — сэр Шурф Лонли-Локли · книга
14. «

    Ради таких пустяков, как начальственная мантия, я с постели на полчаса раньше подниматься не стал бы, во всяком случае, не в пасмурный день.

    Ради таких пустяков, как начальственная мантия, я с постели на полчаса раньше подниматься не стал бы, во всяком случае, не в пасмурный день.

    — сэр Макс · книга
15. «

    Родители почти всегда инстинктивно, но безошибочно выбирают для своих детей наихудшую участь из всех возможных. И чем больше любви испытывает человек к своему ребёнку, тем сильнее в нем потаённый инстинкт убийцы. Интересный парадокс, да?

    Родители почти всегда инстинктивно, но безошибочно выбирают для своих детей наихудшую участь из всех возможных. И чем больше любви испытывает человек к своему ребёнку, тем сильнее в нем потаённый инстинкт убийцы. Интересный парадокс, да?

    — Лойсо Пондохва · книга
16. «

    Какие-то вещь могут быть прекрасны вне зависимости от того, нужны они лично мне или нет.

    Какие-то вещь могут быть прекрасны вне зависимости от того, нужны они лично мне или нет.

    — сэр Шурф Лонли-Локли · книга
17. «

    Когда никого не боишься, можно спокойно и трезво выносить суждения о людях, не интересуясь тем, как они сами относятся к тебе.

    Когда никого не боишься, можно спокойно и трезво выносить суждения о людях, не интересуясь тем, как они сами относятся к тебе.

    — сэр Шурф Лонли-Локли · книга
18. «

    Ну а чего ты хочешь? <...> Конечно, Мир устроен не так, как ты себе это до сих пор представлял. Скажу больше, я уверен, он устроен даже не так, как я себе сейчас представляю. И именно это делает его особенно привлекательным.

    Ну а чего ты хочешь? <...> Конечно, Мир устроен не так, как ты себе это до сих пор представлял. Скажу больше, я уверен, он устроен даже не так, как я себе сейчас представляю. И именно это делает его особенно привлекательным.

    — Сэр Джуффин Халли · книга
19. «

    Между жертвой и палачом всегда возникает особого рода связь, куда более прочная, чем между влюблёнными, так что намерения другой стороны предельно ясны, и от знания этого никуда не деться, хотя желанным его не назовёшь.

    Между жертвой и палачом всегда возникает особого рода связь, куда более прочная, чем между влюблёнными, так что намерения другой стороны предельно ясны, и от знания этого никуда не деться, хотя желанным его не назовёшь.
20. «

    Ты большой молодец, всё у тебя получится, а теперь давай иди, увидимся ещё, и не забывай: всё будет очень хорошо. Но не сразу.

    Ты большой молодец, всё у тебя получится, а теперь давай иди, увидимся ещё, и не забывай: всё будет очень хорошо. Но не сразу.

    — леди Сотофа Ханемер · книга