Подборка из книги: 50 цитат — «Мариам Петросян. Дом, в котором...»

50 цитат из книги «Мариам Петросян. Дом, в котором...» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Все мы берем друг у друга что-то.

   Все мы берем друг у друга что-то.

   — Слепой · книга
2. «

   Мечтая о чуде, иногда рискуешь получить его, оставшись при этом ни с чем.

   Мечтая о чуде, иногда рискуешь получить его, оставшись при этом ни с чем.
3. «

   Как сильно отличаются друг от друга рассказы об одном и том же, при том, что ни один из рассказчиков по-настоящему не врет.

   Как сильно отличаются друг от друга рассказы об одном и том же, при том, что ни один из рассказчиков по-настоящему не врет.

   — Русалка · книга
4. «

   Ухожу тропой койотов.

   Ухожу тропой койотов.
5. «

   Есть такие фразы, против которых мозг вырабатывает защитные реакции, и первая из них — ни о чем больше не спрашивать.

   Есть такие фразы, против которых мозг вырабатывает защитные реакции, и первая из них — ни о чем больше не спрашивать.

   — Курильщик · книга
6. «

   Я не люблю истории. Я люблю мгновения. Люблю ночь больше утра, луну больше солнца, а здесь и сейчас, больше любого где-то потом.

   Я не люблю истории. Я люблю мгновения. Люблю ночь больше утра, луну больше солнца, а здесь и сейчас, больше любого где-то потом.
7. «

   Я понял, что папка набита мной: моими оценками, характеристиками, снимками разных лет — всей той частью человека, которую можно перевести на бумагу.

   Я понял, что папка набита мной: моими оценками, характеристиками, снимками разных лет — всей той частью человека, которую можно перевести на бумагу.

   — Курильщик · книга
8. «

   На одной [фотографии] был Волк. Парень, который умер в начале лета. <...> Худой, с взъерошенными волосами, он смотрел исподлобья. В одной руке — незажженная сигарета, другая — на струнах гитары. Лицо серьезное, как будто он знает, что с ним случится, хотя на самом деле у каждого есть такая фотография, о которой в случае чего можно сказать: «Он знал», — просто потому, что человек не соизволил вовремя улыбнуться.

   На одной [фотографии] был Волк. Парень, который умер в начале лета. <...> Худой, с взъерошенными волосами, он смотрел исподлобья. В одной руке — незажженная сигарета, другая — на струнах гитары. Лицо серьезное, как будто он знает, что с ним случится, хотя на самом деле у каждого есть такая фотография, о которой в случае чего можно сказать: «Он знал», — просто потому, что человек не соизволил вовремя улыбнуться.

   — Курильщик · книга
9. «

   ...иногда вовсе не обязательно говорить что-то вслух, чтобы тебя поняли.

   ...иногда вовсе не обязательно говорить что-то вслух, чтобы тебя поняли.
10. «

    Когда ты мал, взрослые кажутся безупречными, довольно обидно со временем узнавать, что это не так.

    Когда ты мал, взрослые кажутся безупречными, довольно обидно со временем узнавать, что это не так.
11. «

    Все обещания нарушаются рано или поздно, как нарушил своё обещание Македонский.

    Все обещания нарушаются рано или поздно, как нарушил своё обещание Македонский.
12. «

    Для того они и существовали, особенные места, чтобы в них можно было прятаться — исчезая для других — и думать. Странным образом места влияли на «думанье».

    Для того они и существовали, особенные места, чтобы в них можно было прятаться — исчезая для других — и думать. Странным образом места влияли на «думанье».

    — Кузнечик · книга
13. «

    Может, кофе — взрослящий напиток? Если его пьешь, становишься взрослым? Кузнечик считал, что так оно и есть. Жизнь подчинялась своим, никем не придуманным законам, одним из которых был кофе и те, кто его пил. Сначала тебе разрешают пить кофе. Потом перестают следить за тем, в котором часу ты ложишься спать. Курить никто не разрешает, но не разрешать можно по-разному. Поэтому старшие курят почти все, а из младших только один. Курящие и пьющие кофе старшие становятся очень нервными — и вот им уже разрешают превратить лекционный зал в кафе, не спать по ночам и не завтракать. А начинается все с кофе.

    Может, кофе — взрослящий напиток? Если его пьешь, становишься взрослым? Кузнечик считал, что так оно и есть. Жизнь подчинялась своим, никем не придуманным законам, одним из которых был кофе и те, кто его пил. Сначала тебе разрешают пить кофе. Потом перестают следить за тем, в котором часу ты ложишься спать. Курить никто не разрешает, но не разрешать можно по-разному. Поэтому старшие курят почти все, а из младших только один. Курящие и пьющие кофе старшие становятся очень нервными — и вот им уже разрешают превратить лекционный зал в кафе, не спать по ночам и не завтракать. А начинается все с кофе.

    — Кузнечик · книга
14. «

    Его давно предупредили, что он помрет от первой же затяжки, с тех пор он экспериментирует ежедневно и все бесится, что его надули.

    Его давно предупредили, что он помрет от первой же затяжки, с тех пор он экспериментирует ежедневно и все бесится, что его надули.

    — Рыжий · книга
15. «

    Это была не та песня. Но он верил. Если сидеть долго и никуда не уходить, в конце концов они поставят ту самую.

    Это была не та песня. Но он верил. Если сидеть долго и никуда не уходить, в конце концов они поставят ту самую.

    — Кузнечик · книга
16. «

    — Я красивый, — сказал урод и заплакал... — А я урод, — сказал другой урод и засмеялся...

    — Я красивый, — сказал урод и заплакал... — А я урод, — сказал другой урод и засмеялся...
17. «

    Как только ты начинаешь что-то понимать, первая твоя реакция — вытряхнуть из себя это понимание.

    Как только ты начинаешь что-то понимать, первая твоя реакция — вытряхнуть из себя это понимание.

    — Сфинкс · книга
18. «

    Никогда — это слишком долгое слово.

    Никогда — это слишком долгое слово.
19. «

    — Дневник должен быть честным. Если встретили без восторга, так и надо писать. — А если восторг был, но спрятанный в душе? — Я пишу о том, что вижу, а не о том, где от меня чего спрятали.

    — Дневник должен быть честным. Если встретили без восторга, так и надо писать. — А если восторг был, но спрятанный в душе? — Я пишу о том, что вижу, а не о том, где от меня чего спрятали.

    — Курильщик · книга
20. «

    Весна – страшное время перемен…

    Весна – страшное время перемен…