«Мария Фариса. Авантюрин: жизненные цитаты» в 13 цитат

Собрали 13 цитат из книги «Мария Фариса. Авантюрин: жизненные цитаты» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Птицы в лесу прочищали горло, раскрывались кувшинки, чайки топтались по сырым доскам пристани. Габриэль вспомнил слова лодочника: «Некоторые должны умирать раньше. Знаете, сколько таких полумертвых я вожу с одного берега на другой каждый день?»

   Птицы в лесу прочищали горло, раскрывались кувшинки, чайки топтались по сырым доскам пристани. Габриэль вспомнил слова лодочника: «Некоторые должны умирать раньше. Знаете, сколько таких полумертвых я вожу с одного берега на другой каждый день?»

   — Мария Фариса · книга
2. «

   Я подошёл к книжным полкам и сдвинул в сторону рамки с фотографиями счастливой пары. На них она обнимала ещё одного безумца, который решил связать с ней свою жизнь. Красивый, богатый, даром что не умел отличать гепардов от пятнистых кошек.

   Я подошёл к книжным полкам и сдвинул в сторону рамки с фотографиями счастливой пары. На них она обнимала ещё одного безумца, который решил связать с ней свою жизнь. Красивый, богатый, даром что не умел отличать гепардов от пятнистых кошек.

   — Мария Фариса · книга
3. «

   Просто уходи под любым предлогом: в магазин за хлебом, на минуту к соседке за солью, в туалет – и не возвращайся. Беги, пей из озера, из которого пьют койоты и другие дикие твари – пусть они научат тебя показывать зубы и не стыдиться удирать, спасать свою шкуру, когда чувствуешь, что противник сильнее.

   Просто уходи под любым предлогом: в магазин за хлебом, на минуту к соседке за солью, в туалет – и не возвращайся. Беги, пей из озера, из которого пьют койоты и другие дикие твари – пусть они научат тебя показывать зубы и не стыдиться удирать, спасать свою шкуру, когда чувствуешь, что противник сильнее.

   — Мария Фариса · книга
4. «

   В семнадцать лет я покинула дом и уехала в Сидней. Там выучилась как прокормить себя — ценнейшей, мой мальчик, из всех наук.

   В семнадцать лет я покинула дом и уехала в Сидней. Там выучилась как прокормить себя — ценнейшей, мой мальчик, из всех наук.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   Жизнь – это бег с препятствиями, – сказал он мне, едва сел напротив. – Самые сложные испытания переходят к нам от родителей. Если им было не под силу распутать клубок, то судьба бросает его детям.

   Жизнь – это бег с препятствиями, – сказал он мне, едва сел напротив. – Самые сложные испытания переходят к нам от родителей. Если им было не под силу распутать клубок, то судьба бросает его детям.

   — Мария Фариса · книга
6. «

   Я удивлённо посмотрела на неё. Тогда даже не догадывалась, что кто-то считает некрасивыми шрамы.

   Я удивлённо посмотрела на неё. Тогда даже не догадывалась, что кто-то считает некрасивыми шрамы.

   — Мария Фариса · книга
7. «

   – Когда-нибудь видели водоворот? – Видела много. Между островов, в проливах… – Я имел в виду гигантский. Такой, что крутишься в нём и сам того не замечаешь? – Такие бывают и на море?

   – Когда-нибудь видели водоворот? – Видела много. Между островов, в проливах… – Я имел в виду гигантский. Такой, что крутишься в нём и сам того не замечаешь? – Такие бывают и на море?

   — Мария Фариса · книга
8. «

   В жизни повторяется всё, лишь шанс стать счастливой выпадает однажды.

   В жизни повторяется всё, лишь шанс стать счастливой выпадает однажды.

   — Мария Фариса · книга
9. «

   Время в дороге растягивается, оно обманно. Кто идёт, не считает часы, не гонит годы.

   Время в дороге растягивается, оно обманно. Кто идёт, не считает часы, не гонит годы.

   — Мария Фариса · книга
10. «

    Они тоже не спят. Ни днём, ни ночью. Всегда смотрят вперёд, в дождь, в туман, на горизонт; всегда внимательны. Такова участь тех, кто на носу корабля.

    Они тоже не спят. Ни днём, ни ночью. Всегда смотрят вперёд, в дождь, в туман, на горизонт; всегда внимательны. Такова участь тех, кто на носу корабля.

    — Мария Фариса · книга
11. «

    Она знала, что настоящая тишина – она сейчас, когда собаки в будках ещё моргают в темноту. Потом покрывало ночи сползёт к кукурузным полям, а в окнах самых трудолюбивых зажжётся свет. За миг до того как запоёт первый петух, слышится настоящая тишина, цельная, звонкая, как арбуз.

    Она знала, что настоящая тишина – она сейчас, когда собаки в будках ещё моргают в темноту. Потом покрывало ночи сползёт к кукурузным полям, а в окнах самых трудолюбивых зажжётся свет. За миг до того как запоёт первый петух, слышится настоящая тишина, цельная, звонкая, как арбуз.

    — Мария Фариса · книга
12. «

    Даже когда закончился сезон дождей, воды в глазах Флор было столько, что они неделями не просыхали.

    Даже когда закончился сезон дождей, воды в глазах Флор было столько, что они неделями не просыхали.

    — Мария Фариса · книга
13. «

    Пятна на ткани памяти могут поблекнуть, но не исчезнуть.

    Пятна на ткани памяти могут поблекнуть, но не исчезнуть.

    — Мария Фариса · книга