41 фраза из книги «Мария Фариса. Авантюрин: жизненные цитаты», которые запомнились

Собрали 41 цитата из книги «Мария Фариса. Авантюрин: жизненные цитаты» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Чувствовать. Забыла, что это такое. С одним прогулки, вино, дневные встречи в отелях. С другим скучные завтраки, скучные ужины, общая постель, собака, счета за электричество. Только больше нет света.

   Чувствовать. Забыла, что это такое. С одним прогулки, вино, дневные встречи в отелях. С другим скучные завтраки, скучные ужины, общая постель, собака, счета за электричество. Только больше нет света.

   — Мария Фариса · книга
2. «

   Она знала, что настоящая тишина – она сейчас, когда собаки в будках ещё моргают в темноту. Потом покрывало ночи сползёт к кукурузным полям, а в окнах самых трудолюбивых зажжётся свет. За миг до того как запоёт первый петух, слышится настоящая тишина, цельная, звонкая, как арбуз.

   Она знала, что настоящая тишина – она сейчас, когда собаки в будках ещё моргают в темноту. Потом покрывало ночи сползёт к кукурузным полям, а в окнах самых трудолюбивых зажжётся свет. За миг до того как запоёт первый петух, слышится настоящая тишина, цельная, звонкая, как арбуз.

   — Мария Фариса · книга
3. «

   А вы с кем коротаете ночи? – Одна. Кручусь и плачу в подушку. Ненавижу тех, кто может спокойно, крепко спать. Монт расхохотался: – Я тоже.

   А вы с кем коротаете ночи? – Одна. Кручусь и плачу в подушку. Ненавижу тех, кто может спокойно, крепко спать. Монт расхохотался: – Я тоже.

   — Мария Фариса · книга
4. «

   В плену отношений с Эмми, с которой всё понятно, но не слышно сердца и давно нет дела до запаха ветра. А жизнь так и осталась где-то, где ходят фотографы для толстых журналов; жизнь смакуют другие.

   В плену отношений с Эмми, с которой всё понятно, но не слышно сердца и давно нет дела до запаха ветра. А жизнь так и осталась где-то, где ходят фотографы для толстых журналов; жизнь смакуют другие.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   Даже когда закончился сезон дождей, воды в глазах Флор было столько, что они неделями не просыхали.

   Даже когда закончился сезон дождей, воды в глазах Флор было столько, что они неделями не просыхали.

   — Мария Фариса · книга
6. «

   Пятна на ткани памяти могут поблекнуть, но не исчезнуть.

   Пятна на ткани памяти могут поблекнуть, но не исчезнуть.

   — Мария Фариса · книга
7. «

   В домах не запирают дверей, не загораживают тряпками окна. Богатства не прячут, оно у всех одинаковое — дети.

   В домах не запирают дверей, не загораживают тряпками окна. Богатства не прячут, оно у всех одинаковое — дети.

   — Мария Фариса · книга
8. «

   Ветер швырял украденные предметы на землю и вновь поднимал их в воздух. Так он мстил за то, что люди приручили его: поймали в паруса, заставили крутить пропеллеры электростанций.

   Ветер швырял украденные предметы на землю и вновь поднимал их в воздух. Так он мстил за то, что люди приручили его: поймали в паруса, заставили крутить пропеллеры электростанций.

   — Мария Фариса · книга
9. «

   Я и раньше догадывался: главная из мойр, трёх сестёр, которые плетут людские судьбы, это та, что отвечает за случай.

   Я и раньше догадывался: главная из мойр, трёх сестёр, которые плетут людские судьбы, это та, что отвечает за случай.

   — Мария Фариса · книга
10. «

    Есть такой важный закон — закон субботы. По нему остановка важнее строительства храма.

    Есть такой важный закон — закон субботы. По нему остановка важнее строительства храма.

    — Мария Фариса · книга
11. «

    Люблю орхидеи. Говорят, когда смотришь на них — грусть проходит.

    Люблю орхидеи. Говорят, когда смотришь на них — грусть проходит.

    — Мария Фариса · книга
12. «

    Время в дороге растягивается, оно обманно. Кто идёт, не считает часы, не гонит годы.

    Время в дороге растягивается, оно обманно. Кто идёт, не считает часы, не гонит годы.

    — Мария Фариса · книга
13. «

    Всё самое плохое происходит ночью.

    Всё самое плохое происходит ночью.

    — Мария Фариса · книга
14. «

    Только трусихам нужна синица. Лучше журавль. Где он — там интересно.

    Только трусихам нужна синица. Лучше журавль. Где он — там интересно.

    — Мария Фариса · книга
15. «

    Я направился к церкви, жадно вдыхая ледяной воздух, чтобы выветрить из лёгких плесень с запахом абрикосовых пирогов.

    Я направился к церкви, жадно вдыхая ледяной воздух, чтобы выветрить из лёгких плесень с запахом абрикосовых пирогов.

    — Мария Фариса · книга
16. «

    — Ты же застыл в безделье, словно несёшь на себе скорпиона. Чтобы пережить настоящую бурю, сынок, нужно хоть что-нибудь делать. Арне сел в гамаке. — Что делать? — Жить, строить планы, жениться, мечтать о доме… Лёжа в гамаке, ты дождёшься лишь непогоды.

    — Ты же застыл в безделье, словно несёшь на себе скорпиона. Чтобы пережить настоящую бурю, сынок, нужно хоть что-нибудь делать. Арне сел в гамаке. — Что делать? — Жить, строить планы, жениться, мечтать о доме… Лёжа в гамаке, ты дождёшься лишь непогоды.

    — Мария Фариса · книга
17. «

    В семнадцать лет я покинула дом и уехала в Сидней. Там выучилась как прокормить себя — ценнейшей, мой мальчик, из всех наук.

    В семнадцать лет я покинула дом и уехала в Сидней. Там выучилась как прокормить себя — ценнейшей, мой мальчик, из всех наук.

    — Мария Фариса · книга
18. «

    – Ты только не думай, что я пьян, и не перебивай, – прошептал я Хуану. – Что такое? – Во вторник, почти в полночь, я возвращался из Колимы в Комалу. Еду по бульвару, по тому тёмному месту, где вечно перегорают лампочки в фонарях, притормаживаю у кочки, осторожно перекатываюсь через неё, вдруг слышу сзади какой-то шорох. Хуан вытаращил глаза и закрыл рот ладонью. – Смотрю в зеркало заднего вида… – Баба сидит! – перебил меня он. – Откуда ты знаешь? – Катрина… – только вымолвил Хуан. Взгляд его сделался растерянным. Он закурил сигарету. – Катрина? – Вернулась, – он улыбнулся. – Давно её не было. Удивительно, как ты вообще остался жив.

    – Ты только не думай, что я пьян, и не перебивай, – прошептал я Хуану. – Что такое? – Во вторник, почти в полночь, я возвращался из Колимы в Комалу. Еду по бульвару, по тому тёмному месту, где вечно перегорают лампочки в фонарях, притормаживаю у кочки, осторожно перекатываюсь через неё, вдруг слышу сзади какой-то шорох. Хуан вытаращил глаза и закрыл рот ладонью. – Смотрю в зеркало заднего вида… – Баба сидит! – перебил меня он. – Откуда ты знаешь? – Катрина… – только вымолвил Хуан. Взгляд его сделался растерянным. Он закурил сигарету. – Катрина? – Вернулась, – он улыбнулся. – Давно её не было. Удивительно, как ты вообще остался жив.

    — Мария Фариса · книга
19. «

    Уж лучше рискнуть, чем мучиться сомнениями.

    Уж лучше рискнуть, чем мучиться сомнениями.

    — Мария Фариса · книга
20. «

    Старому индейцу не нравилась грустная дочка — он знал, такой девушку никто не возьмёт замуж.

    Старому индейцу не нравилась грустная дочка — он знал, такой девушку никто не возьмёт замуж.

    — Мария Фариса · книга