120 лучших цитат из книги «Мария Фариса. Джунгли внутри тебя: красивые цитаты»

Собрали 120 цитат из книги «Мария Фариса. Джунгли внутри тебя: красивые цитаты» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Ты закрываешь глаза и несёшься мыслями вдоль чёрной реки; мимо столбов, на которых нанизаны черепа тех, кто пришёл в твою жизнь, но не остался. Ты спешишь сама не знаешь куда и так разгоняешься, что попадаешь внутрь себя и вязнешь в противной жиже. Оглядываешься, ищешь, как бы поскорее выбраться из этого страшного, мерзкого места.

   Ты закрываешь глаза и несёшься мыслями вдоль чёрной реки; мимо столбов, на которых нанизаны черепа тех, кто пришёл в твою жизнь, но не остался. Ты спешишь сама не знаешь куда и так разгоняешься, что попадаешь внутрь себя и вязнешь в противной жиже. Оглядываешься, ищешь, как бы поскорее выбраться из этого страшного, мерзкого места.

   — Мария Фариса · книга
2. «

   Он вспыхнул ко мне таким жаром, что напустил на себя холод. Так и остался сидеть в своей башне, дрожа от страха, что я могу сделать ему больно.

   Он вспыхнул ко мне таким жаром, что напустил на себя холод. Так и остался сидеть в своей башне, дрожа от страха, что я могу сделать ему больно.

   — Мария Фариса · книга
3. «

   — Дочка, вставай, пора на мессу. — Я не пойду. — Ты хочешь, чтобы Бог на тебя разозлился? — Он и так из-за чего-то зол на меня, мама. — Глупости, — отвечала она и тащила меня в церковь. Там на месте Руфино сидел кто-то, но для меня его скамейка всегда была пустая. Я глядела в ту пустоту, когда, несколько лет спустя, священник спросил, согласна ли я стать женой Бельтрана. «Да», — ответила я пустоте на месте Руфино.

   — Дочка, вставай, пора на мессу. — Я не пойду. — Ты хочешь, чтобы Бог на тебя разозлился? — Он и так из-за чего-то зол на меня, мама. — Глупости, — отвечала она и тащила меня в церковь. Там на месте Руфино сидел кто-то, но для меня его скамейка всегда была пустая. Я глядела в ту пустоту, когда, несколько лет спустя, священник спросил, согласна ли я стать женой Бельтрана. «Да», — ответила я пустоте на месте Руфино.

   — Мария Фариса · книга
4. «

   Все раненые мужчины страшатся новой раны. Все раненые женщины хотят новую рану, чтобы скорее забыть о прежней.

   Все раненые мужчины страшатся новой раны. Все раненые женщины хотят новую рану, чтобы скорее забыть о прежней.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   По ночам он прижимал её к себе с такой силой, что его амулеты врезались ей в грудь. — Не больно? — Больно, когда не чувствую их, — она отвечала.

   По ночам он прижимал её к себе с такой силой, что его амулеты врезались ей в грудь. — Не больно? — Больно, когда не чувствую их, — она отвечала.

   — Мария Фариса · книга
6. «

   — Он всегда был своего настоящего роста… — Что это значит? — Держал спину прямо. Каждое его движение было выверенным и спокойным, как у человека, который многое знает о жизни.

   — Он всегда был своего настоящего роста… — Что это значит? — Держал спину прямо. Каждое его движение было выверенным и спокойным, как у человека, который многое знает о жизни.

   — Мария Фариса · книга
7. «

   У нас принято всё ценное хранить на самом видном месте, чтобы усладить глаза гостя.

   У нас принято всё ценное хранить на самом видном месте, чтобы усладить глаза гостя.

   — Мария Фариса · книга
8. «

   Смелые сердцем не умирают.

   Смелые сердцем не умирают.

   — Мария Фариса · книга
9. «

   Ты собираешься потратить — сколько: полгода, год твоей жизни, чтобы заработать деньги только потому, что боишься? А боишься, потому что сомневаешься, что тот, кто направляет тебя по этому пути, позаботится о тебе. Правда? Не доверяешь ему после всего, что он для тебя сделал.

   Ты собираешься потратить — сколько: полгода, год твоей жизни, чтобы заработать деньги только потому, что боишься? А боишься, потому что сомневаешься, что тот, кто направляет тебя по этому пути, позаботится о тебе. Правда? Не доверяешь ему после всего, что он для тебя сделал.

   — Мария Фариса · книга
10. «

    — Танцуй, я для тебя поиграю. — Нет, — качнул головой я. — Ты попробуй. Увидишь, как это приятно. Она поставила точку таким взглядом, что я поднялся на ноги. Её ладони забили в натянутую на деревянном кольце кожу. Мои плечи качнулись, согнулись колени, вверх поднялись руки. Она глядела на меня уже не прищуренными, а раскрытыми во всю силу глазами. Я сомкнул веки, чтобы её не видеть.

    — Танцуй, я для тебя поиграю. — Нет, — качнул головой я. — Ты попробуй. Увидишь, как это приятно. Она поставила точку таким взглядом, что я поднялся на ноги. Её ладони забили в натянутую на деревянном кольце кожу. Мои плечи качнулись, согнулись колени, вверх поднялись руки. Она глядела на меня уже не прищуренными, а раскрытыми во всю силу глазами. Я сомкнул веки, чтобы её не видеть.

    — Мария Фариса · книга
11. «

    — Хочу увидеть того, кто мне предназначен. Ведьма молчала. Я отдала ей деньги и драгоценности, что принесла с собой. Предсказательница сгребла дары под подол платья и протянула мне мутное зеркало в горелой деревянной раме. Я взглянула в него: зеркало сделалось серым, потом заполнилось малиновым дымом, а после я увидела в нём собственное отражение.

    — Хочу увидеть того, кто мне предназначен. Ведьма молчала. Я отдала ей деньги и драгоценности, что принесла с собой. Предсказательница сгребла дары под подол платья и протянула мне мутное зеркало в горелой деревянной раме. Я взглянула в него: зеркало сделалось серым, потом заполнилось малиновым дымом, а после я увидела в нём собственное отражение.

    — Мария Фариса · книга
12. «

    Всё встаёт на свои места с чашечкой хорошего кофе.

    Всё встаёт на свои места с чашечкой хорошего кофе.

    — Мария Фариса · книга
13. «

    Ты так торопишься, что проскочишь мимо.

    Ты так торопишься, что проскочишь мимо.

    — Мария Фариса · книга
14. «

    Он застыл в раздумьях: как назвать реку, про которую ещё никто в мире не знает? В честь себя — Орельяна, или в честь женщин, которые его прогнали? Красивых, сияющих, невероятных, ни одна из которых не испугалась пороха, не сдалась в плен, не покорилась. Ответ ты знаешь, его все знают.

    Он застыл в раздумьях: как назвать реку, про которую ещё никто в мире не знает? В честь себя — Орельяна, или в честь женщин, которые его прогнали? Красивых, сияющих, невероятных, ни одна из которых не испугалась пороха, не сдалась в плен, не покорилась. Ответ ты знаешь, его все знают.

    — Мария Фариса · книга
15. «

    Однажды, на перекрёстке невидимых глазу тропинок, я нашёл умирающего человека. Он был отравлен змеиным ядом. Тот человек знал, что смерть — это дверь, за которой стирается память, потому рассказал мне про город, такой роскошный, что нищие духом его не видят; такой большой, что не каждый заметит его привыкшими видеть маленькое глазами. Путь в тот город лежит через границу дня в глубину ночи, где на небе вместо звёзд сверкают драгоценные камни. Кто ступит за его ворота, попадёт в сердце собственной жизни. Всякий, кто убегал от правды, встречает там правду. Там каждому открывается потайной смысл его нахождения в этом мире.

    Однажды, на перекрёстке невидимых глазу тропинок, я нашёл умирающего человека. Он был отравлен змеиным ядом. Тот человек знал, что смерть — это дверь, за которой стирается память, потому рассказал мне про город, такой роскошный, что нищие духом его не видят; такой большой, что не каждый заметит его привыкшими видеть маленькое глазами. Путь в тот город лежит через границу дня в глубину ночи, где на небе вместо звёзд сверкают драгоценные камни. Кто ступит за его ворота, попадёт в сердце собственной жизни. Всякий, кто убегал от правды, встречает там правду. Там каждому открывается потайной смысл его нахождения в этом мире.

    — Мария Фариса · книга
16. «

    Смелые сердцем не могут устоять перед соблазном: «А что там дальше? А вдруг я буду первым, кто это увидит?» Он решил плыть до конца, каким бы этот конец ни был.

    Смелые сердцем не могут устоять перед соблазном: «А что там дальше? А вдруг я буду первым, кто это увидит?» Он решил плыть до конца, каким бы этот конец ни был.

    — Мария Фариса · книга
17. «

    Ты своё отдала другим, а значит, у тебя всегда всё будет. Век живи, а не останешься без еды и крова.

    Ты своё отдала другим, а значит, у тебя всегда всё будет. Век живи, а не останешься без еды и крова.

    — Мария Фариса · книга
18. «

    Шла наугад — только годы спустя поняла, что это и была правильная дорога.

    Шла наугад — только годы спустя поняла, что это и была правильная дорога.

    — Мария Фариса · книга
19. «

    Молчание необходимо индейцам, в нём они облекают в слова опыт и мысли.

    Молчание необходимо индейцам, в нём они облекают в слова опыт и мысли.

    — Мария Фариса · книга
20. «

    Перед ней вспыхнули далёкие вечера, в которых она с упоением читала про драконов и высокие водопады; про горы, которые таят бирюзу под снегами; про истоптанную многими ногами дорогу с юга на север; про жемчужный песок под тонкими пальмами; про факиров и шарлатанов; про прелесть дикой, опасной жизни. Спрашивала себя: «Неужели так правда бывает? Неужели можно жить так свободно, красиво?» Но потом закрывала книгу — дверь в мир, о котором мечтала. Возвращалась в мир предсказуемый и серьёзный.

    Перед ней вспыхнули далёкие вечера, в которых она с упоением читала про драконов и высокие водопады; про горы, которые таят бирюзу под снегами; про истоптанную многими ногами дорогу с юга на север; про жемчужный песок под тонкими пальмами; про факиров и шарлатанов; про прелесть дикой, опасной жизни. Спрашивала себя: «Неужели так правда бывает? Неужели можно жить так свободно, красиво?» Но потом закрывала книгу — дверь в мир, о котором мечтала. Возвращалась в мир предсказуемый и серьёзный.

    — Мария Фариса · книга