11 фраз из книги «Марк Мэнсон. Все хреново. Книга о надежде» — избранное

Собрали 11 цитат из книги «Марк Мэнсон. Все хреново. Книга о надежде» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   По факту, мы – самые защищенные и благополучные люди в истории мира, но при всем том мы чувствуем себя как никогда безнадежно. Жизнь улучшается – а мы все больше впадаем в отчаяние. Это парадокс успеха.

   По факту, мы – самые защищенные и благополучные люди в истории мира, но при всем том мы чувствуем себя как никогда безнадежно. Жизнь улучшается – а мы все больше впадаем в отчаяние. Это парадокс успеха.
2. «

   И невозможно стать кем-то новым, не оплакав утрату себя прежнего.

   И невозможно стать кем-то новым, не оплакав утрату себя прежнего.
3. «

   Миром правят чувства. И если дать среднестатистическому человеку бездонный резервуар человеческой мудрости (речь про интернет), он не будет черпать из него информацию, противоречащую его самым глубоким убеждениям. Он не станет искать там то, что верно, но неприятно. Большинство из нас будет искать то, что приятно, хоть и неверно.

   Миром правят чувства. И если дать среднестатистическому человеку бездонный резервуар человеческой мудрости (речь про интернет), он не будет черпать из него информацию, противоречащую его самым глубоким убеждениям. Он не станет искать там то, что верно, но неприятно. Большинство из нас будет искать то, что приятно, хоть и неверно.
4. «

   Страдания в донаучном мире были не только общепринятым фактом – их еще и превозносили. Философы Античности не видели в счастье никакой добродетели. Напротив, они считали добродетелью самоотречение, потому что радоваться жизни было хоть и приятно, но опасно. В самом прямом смысле: стоило только какому-нибудь придурку расслабиться, и через две минуты выгорало полдеревни.

   Страдания в донаучном мире были не только общепринятым фактом – их еще и превозносили. Философы Античности не видели в счастье никакой добродетели. Напротив, они считали добродетелью самоотречение, потому что радоваться жизни было хоть и приятно, но опасно. В самом прямом смысле: стоило только какому-нибудь придурку расслабиться, и через две минуты выгорало полдеревни.
5. «

   Если бы кто-то действительно мог решить все ваши проблемы, к следующему вторнику он бы уже остался не у дел (или был бы через неделю отправлен в отставку). Лидерам нужно, чтобы их последователи всегда были чем-то недовольны, – на этом держится весь их бизнес. Если кругом все и так прекрасно и замечательно, никто за вами в светлое будущее не пойдет.

   Если бы кто-то действительно мог решить все ваши проблемы, к следующему вторнику он бы уже остался не у дел (или был бы через неделю отправлен в отставку). Лидерам нужно, чтобы их последователи всегда были чем-то недовольны, – на этом держится весь их бизнес. Если кругом все и так прекрасно и замечательно, никто за вами в светлое будущее не пойдет.
6. «

   Стать взрослым — это научиться поступать правильно исключительно потому, что это правильно.

   Стать взрослым — это научиться поступать правильно исключительно потому, что это правильно.
7. «

   Но эта книга не о надежде. Она о том, что вся наша жизнь – полная жопа. Такая громадная, что мы с вами – счастливые обладатели бесплатного Wi-Fi и пледов с рукавами – пока даже не можем представить себе весь ее масштаб.

   Но эта книга не о надежде. Она о том, что вся наша жизнь – полная жопа. Такая громадная, что мы с вами – счастливые обладатели бесплатного Wi-Fi и пледов с рукавами – пока даже не можем представить себе весь ее масштаб.
8. «

   Человеческое страдание – оно как игра, в которой надо прибить крота кувалдой. Каждый раз, когда вы бабахаете по одному источнику страданий, выскакивает другой. И чем быстрее вы по ним лупите, тем быстрее они возвращаются. Страдание может смягчиться, может изменить форму, может в следующий раз быть не таким катастрофическим. Но оно никуда не денется. Оно – часть нас. Оно и есть мы.

   Человеческое страдание – оно как игра, в которой надо прибить крота кувалдой. Каждый раз, когда вы бабахаете по одному источнику страданий, выскакивает другой. И чем быстрее вы по ним лупите, тем быстрее они возвращаются. Страдание может смягчиться, может изменить форму, может в следующий раз быть не таким катастрофическим. Но оно никуда не денется. Оно – часть нас. Оно и есть мы.
9. «

   Смерть нам психологически необходима, потому что она создает стимулы. Нам есть что терять. Невозможно понять ценность чего-то, пока не ощутишь страх этого лишиться. Иначе не узнать, за что ты готов бороться, а чем можешь поступиться и пожертвовать. Боль – валютный курс наших ценностей. Без боли потери (или потенциальной потери) невозможно определить ценность чего-либо.

   Смерть нам психологически необходима, потому что она создает стимулы. Нам есть что терять. Невозможно понять ценность чего-то, пока не ощутишь страх этого лишиться. Иначе не узнать, за что ты готов бороться, а чем можешь поступиться и пожертвовать. Боль – валютный курс наших ценностей. Без боли потери (или потенциальной потери) невозможно определить ценность чего-либо.
10. «

    Если вам приходится уговаривать человека любить вас, это не любовь. Если вам приходится выпрашивать уважение, вас никогда не будут уважать. Если вы вынуждены доказывать, что вам можно доверять, настоящего доверия нет и не будет.

    Если вам приходится уговаривать человека любить вас, это не любовь. Если вам приходится выпрашивать уважение, вас никогда не будут уважать. Если вы вынуждены доказывать, что вам можно доверять, настоящего доверия нет и не будет.
11. «

    Несет ли Искусственный интеллект потенциальную угрозу? Безусловно. Но с моральной точки зрения мы бросаемся камнями, сидя в доме из стекла. Что мы знаем об этике, гуманном отношении к животным, окружающей среде или друг к другу? Правильно, почти ничего. В вопросах морали человечество только и делало, что позорилось на протяжении всей истории. Суперинтеллектуальные машины, вероятно, смогут осмыслить жизнь и смерть, творение и разрушение на куда более высоком уровне, чем это когда-либо удавалось нам.

    Несет ли Искусственный интеллект потенциальную угрозу? Безусловно. Но с моральной точки зрения мы бросаемся камнями, сидя в доме из стекла. Что мы знаем об этике, гуманном отношении к животным, окружающей среде или друг к другу? Правильно, почти ничего. В вопросах морали человечество только и делало, что позорилось на протяжении всей истории. Суперинтеллектуальные машины, вероятно, смогут осмыслить жизнь и смерть, творение и разрушение на куда более высоком уровне, чем это когда-либо удавалось нам.