100 цитат из книги «Марсель Пруст. У Германтов», ставших крылатыми

100 цитат из книги «Марсель Пруст. У Германтов» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Франсуаза недолюбливала всех, кому нечего было есть, кто «сдыхал с голоду», оттого что ничего не умел делать, кого богачи из милости подкармливали.

   Франсуаза недолюбливала всех, кому нечего было есть, кто «сдыхал с голоду», оттого что ничего не умел делать, кого богачи из милости подкармливали.
2. «

   Благодаря верности вкуса — не в области прекрасного, а в области поведения, человек светский в самых непредвиденных обстоятельствах мгновенно улавливает, подобно музыканту, которого просят сыграть незнакомую ему вещь, какие чувства нужно сейчас выразить, с помощью каких движений, и безошибочно выбирает и применяет технические приемы.

   Благодаря верности вкуса — не в области прекрасного, а в области поведения, человек светский в самых непредвиденных обстоятельствах мгновенно улавливает, подобно музыканту, которого просят сыграть незнакомую ему вещь, какие чувства нужно сейчас выразить, с помощью каких движений, и безошибочно выбирает и применяет технические приемы.
3. «

   Нельзя правдиво описать жизнь человека, если не омыть ее в сне, в который она погружается и который каждую ночь окружает ее подобно тому, как море окружает полуостров.

   Нельзя правдиво описать жизнь человека, если не омыть ее в сне, в который она погружается и который каждую ночь окружает ее подобно тому, как море окружает полуостров.
4. «

   Только когда мы заболеваем, нам становится ясно, что мы живем не одни, что мы прикованы к существу из другого мира, от которого нас отделяет пропасть, к существу, нас не знающему и не способному понять: нашему телу.

   Только когда мы заболеваем, нам становится ясно, что мы живем не одни, что мы прикованы к существу из другого мира, от которого нас отделяет пропасть, к существу, нас не знающему и не способному понять: нашему телу.
5. «

   У Альбертины был такой чувственный и такой ласковый голос, что, даже когда она только говорила с вами, у вас появлялось ощущение, словно она вас целует.

   У Альбертины был такой чувственный и такой ласковый голос, что, даже когда она только говорила с вами, у вас появлялось ощущение, словно она вас целует.
6. «

   Он милейший человек: сроду никого не зарезал.

   Он милейший человек: сроду никого не зарезал.

   — герцогиня Германтская · книга
7. «

   Ту, которой отдавал все, так быстро заменяет другая, что сам удивляешься, как можешь ты ежечасно отдавать ей то новое, что в тебе рождается.

   Ту, которой отдавал все, так быстро заменяет другая, что сам удивляешься, как можешь ты ежечасно отдавать ей то новое, что в тебе рождается.
8. «

   Творчество писателя служит трагической актрисе всего лишь материалом, который сам по себе не имеет для нее существенного значения, материалом для высокохудожественной интерпретации.

   Творчество писателя служит трагической актрисе всего лишь материалом, который сам по себе не имеет для нее существенного значения, материалом для высокохудожественной интерпретации.
9. «

   Культ знати, смешанный и уживающийся с духом возмущения ею, возросший на господской земле, видимо, еще очень силен во французском народе.

   Культ знати, смешанный и уживающийся с духом возмущения ею, возросший на господской земле, видимо, еще очень силен во французском народе.
10. «

    В жизни родовитых юношей, которые сорят деньгами, ресторан играет такую же роль, как тюки тканей в арабских сказках.

    В жизни родовитых юношей, которые сорят деньгами, ресторан играет такую же роль, как тюки тканей в арабских сказках.
11. «

    Мы связываем с внешним обликом человека все, что может с ним случиться, воспоминание о людях, с которыми он знаком, с которыми только что расстался и с которыми сейчас встретится.

    Мы связываем с внешним обликом человека все, что может с ним случиться, воспоминание о людях, с которыми он знаком, с которыми только что расстался и с которыми сейчас встретится.
12. «

    В любви отлучка, отказ от приглашения на ужин, неумышленная, бессознательная суровость даже в отдельных случаях значат больше, чем какая угодно косметика и самое нарядное платье.

    В любви отлучка, отказ от приглашения на ужин, неумышленная, бессознательная суровость даже в отдельных случаях значат больше, чем какая угодно косметика и самое нарядное платье.
13. «

    Для меня человек был ценен только той пользой, какую он способен мне принести в единственно важной для меня области: в области любви.

    Для меня человек был ценен только той пользой, какую он способен мне принести в единственно важной для меня области: в области любви.
14. «

    Все гости герцогини, наряженные в таинственные имена, — а только в этих нарядах я и знал и представлял их себе до сих пор, — люди, которые по своим внешним данным и внутреннему содержанию были не выше, а то и ниже всех моих знакомых, производили на меня впечатление людей заурядных и пошлых.

    Все гости герцогини, наряженные в таинственные имена, — а только в этих нарядах я и знал и представлял их себе до сих пор, — люди, которые по своим внешним данным и внутреннему содержанию были не выше, а то и ниже всех моих знакомых, производили на меня впечатление людей заурядных и пошлых.
15. «

    У принца Агригентского не было решительно ничего от принца и ничего, чтобы напомнило об Агригенте, поэтому оставалось предположить, что его имя, не имевшее с ним ничего общего, никак не связанное с его личностью, обладает способностью притягивать к себе все, что может быть в этом человеке неопределенно поэтического, а затем притянув, заключить это неопределенно поэтическое в волшебные свои слоги.

    У принца Агригентского не было решительно ничего от принца и ничего, чтобы напомнило об Агригенте, поэтому оставалось предположить, что его имя, не имевшее с ним ничего общего, никак не связанное с его личностью, обладает способностью притягивать к себе все, что может быть в этом человеке неопределенно поэтического, а затем притянув, заключить это неопределенно поэтическое в волшебные свои слоги.
16. «

    У Сен-Лу ничего, кроме долгов, не было, но весь Донсьер не мог надивиться на его выезды, а денежный мешок Курвуязье ездил только в трамвае.

    У Сен-Лу ничего, кроме долгов, не было, но весь Донсьер не мог надивиться на его выезды, а денежный мешок Курвуязье ездил только в трамвае.
17. «

    Скорбь — все равно что плод: на ветке слишком слабой Не даст ему творец налиться и созреть.

    Скорбь — все равно что плод: на ветке слишком слабой Не даст ему творец налиться и созреть.

    — Виктор Гюго · книга
18. «

    Наслаждение есть не что иное, как исполнение предшествующего ему желания, и желание не всегда одинаково, оно меняется в зависимости от бесчисленных прихотей мечты, от случайных воспоминаний, от возбужденности, от того, в каком порядке располагаются прежние наши желания, ибо те, которые были удовлетворены позднее других, отдыхают, пока хотя бы частично не забудется разочарование, связанное с удовлетворением.

    Наслаждение есть не что иное, как исполнение предшествующего ему желания, и желание не всегда одинаково, оно меняется в зависимости от бесчисленных прихотей мечты, от случайных воспоминаний, от возбужденности, от того, в каком порядке располагаются прежние наши желания, ибо те, которые были удовлетворены позднее других, отдыхают, пока хотя бы частично не забудется разочарование, связанное с удовлетворением.
19. «

    Несмотря ни на что, мир, где мы живем во сне, до такой степени необычен, что люди, засыпающие с трудом, прежде всего стараются выйти из нашего мира.

    Несмотря ни на что, мир, где мы живем во сне, до такой степени необычен, что люди, засыпающие с трудом, прежде всего стараются выйти из нашего мира.
20. «

    Франсуаза тогда еще не понимала, что самые опасные наши противники не те, что вступают с нами в споры и пытаются убедить, а те, что раздувают или сами распускают огорчительные для нас слухи, даже и не думая найти им хоть какое-то оправдание.

    Франсуаза тогда еще не понимала, что самые опасные наши противники не те, что вступают с нами в споры и пытаются убедить, а те, что раздувают или сами распускают огорчительные для нас слухи, даже и не думая найти им хоть какое-то оправдание.