17 цитат из книги «Мэгги Стивотер. Король ворон», которые захочется сохранить

17 цитат из книги «Мэгги Стивотер. Король ворон» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Он беззвучно выскользнул из ее объятий и упал на землю.

   Он беззвучно выскользнул из ее объятий и упал на землю.
2. «

   Они говорили о Генри. Гэнси помнил, что делится секретами, столь ревностно оберегаемыми Генри, но к концу сегодняшних школьных занятий он принял решение — если кто-то что-то рассказывает Гэнси, то он рассказывает это и Адаму, и Ронану, и Блу. Подружиться с ними можно было только оптом; нельзя было просто так заполучить в друзья Гэнси, не подружившись с остальными.

   Они говорили о Генри. Гэнси помнил, что делится секретами, столь ревностно оберегаемыми Генри, но к концу сегодняшних школьных занятий он принял решение — если кто-то что-то рассказывает Гэнси, то он рассказывает это и Адаму, и Ронану, и Блу. Подружиться с ними можно было только оптом; нельзя было просто так заполучить в друзья Гэнси, не подружившись с остальными.
3. «

   – Насчет этой жертвы, – начал Гэнси.

   – Насчет этой жертвы, – начал Гэнси.
4. «

   Узнал бы он сейчас кого-то из детей, с которыми играл на той вечеринке? Они играли в прятки. Он так хорошо спрятался, что умер, и даже когда его воскресили, он все равно оставался скрытым от них. Он выбрался на совершенно другую дорогу в жизни чисто случайно.

   Узнал бы он сейчас кого-то из детей, с которыми играл на той вечеринке? Они играли в прятки. Он так хорошо спрятался, что умер, и даже когда его воскресили, он все равно оставался скрытым от них. Он выбрался на совершенно другую дорогу в жизни чисто случайно.
5. «

   – А как насчет Кэйбсуотера?

   – А как насчет Кэйбсуотера?
6. «

   Семь лет назад он наступил здесь на гнездо шершней. Семь лет назад он умер. Семь лет назад он родился вновь.

   Семь лет назад он наступил здесь на гнездо шершней. Семь лет назад он умер. Семь лет назад он родился вновь.
7. «

   Окно кухни со скрипом распахнулось, и Джими прокричала:

   Окно кухни со скрипом распахнулось, и Джими прокричала:
8. «

   Отец пожевал губами. Трудно было сказать, что именно его шокировало – смысл заявления Адама или же сам факт того, что Адам подал голос. В этой комнате такие слова звучали нечасто. Адам поразился, насколько долго он считал это нормой. Он помнил, как соседи отворачивались от его покрытого синяками лица. Он по глупости считал, что они ничего не говорят, поскольку думают, что он это заслужил. Но теперь он гадал, сколько еще людей, живущих по соседству, скрючивались на полу рядом с диванами, или прятались в своих комнатах, или плакали у крошечного крыльца под проливным дождем. Внезапно он ощутил непреодолимое желание спасти всех этих адамов, живущих на глазах у всех и всё же невидимых, хоть и не был уверен, что они послушают его. Подобный порыв был присущ скорее Гэнси или Блу, и он, удерживая эту крошечную искорку героизма в своем сознании, понял, что он может представить, как спасает кого-то другого, только потому, что уже спасся сам.

   Отец пожевал губами. Трудно было сказать, что именно его шокировало – смысл заявления Адама или же сам факт того, что Адам подал голос. В этой комнате такие слова звучали нечасто. Адам поразился, насколько долго он считал это нормой. Он помнил, как соседи отворачивались от его покрытого синяками лица. Он по глупости считал, что они ничего не говорят, поскольку думают, что он это заслужил. Но теперь он гадал, сколько еще людей, живущих по соседству, скрючивались на полу рядом с диванами, или прятались в своих комнатах, или плакали у крошечного крыльца под проливным дождем. Внезапно он ощутил непреодолимое желание спасти всех этих адамов, живущих на глазах у всех и всё же невидимых, хоть и не был уверен, что они послушают его. Подобный порыв был присущ скорее Гэнси или Блу, и он, удерживая эту крошечную искорку героизма в своем сознании, понял, что он может представить, как спасает кого-то другого, только потому, что уже спасся сам.
9. «

   Он повернул голову и вывинтился из-под повязки.

   Он повернул голову и вывинтился из-под повязки.
10. «

    — У тебя есть время, чтобы прокатиться с нами? Тебе надо на работу? Или делать уроки? — спросил Гэнси. — Никаких уроков. Меня отстранили, — ответила Блу. — Чтоб я сдох! — восторженно выдохнул Ронан. — Сарджент, ну ты и задница!

    — У тебя есть время, чтобы прокатиться с нами? Тебе надо на работу? Или делать уроки? — спросил Гэнси. — Никаких уроков. Меня отстранили, — ответила Блу. — Чтоб я сдох! — восторженно выдохнул Ронан. — Сарджент, ну ты и задница!
11. «

    Больше никакого баловства. Времени осталось только на правду.

    Больше никакого баловства. Времени осталось только на правду.
12. «

    — Вынеси мусор, — сказала ему миссис Ву. — Я очень занят, тётушка, — ответил Генри, хотя на самом деле смотрел видео прохождения компьютерной игры, сидя перед монитором в одних трусах. — Занят вынесением мусора, — отчеканила она и уронила два мешка с мусором на пол рядом с ним.

    — Вынеси мусор, — сказала ему миссис Ву. — Я очень занят, тётушка, — ответил Генри, хотя на самом деле смотрел видео прохождения компьютерной игры, сидя перед монитором в одних трусах. — Занят вынесением мусора, — отчеканила она и уронила два мешка с мусором на пол рядом с ним.
13. «

    Генри показал ему «козу»:

    Генри показал ему «козу»:
14. «

    — За что отстранили?

    — За что отстранили?
15. «

    Он попросил показать ему, где Король-ворон. Ему и показывали путь к Королю-ворону, и неважно, что для этого пришлось сдвинуть целые земляные пласты.

    Он попросил показать ему, где Король-ворон. Ему и показывали путь к Королю-ворону, и неважно, что для этого пришлось сдвинуть целые земляные пласты.
16. «

    – Что-то, что не причинит мне вреда, – сказал он вслух.

    – Что-то, что не причинит мне вреда, – сказал он вслух.
17. «

    Но проблема была в том, что Генри не мог быть собой в полной мере, когда говорил по-английски. Он вообще не мог выразиться, когда говорил вслух. Его родным языком была мысль.

    Но проблема была в том, что Генри не мог быть собой в полной мере, когда говорил по-английски. Он вообще не мог выразиться, когда говорил вслух. Его родным языком была мысль.