11 фраз из книги «Мэрилин Мэнсон. Долгий, трудный путь из ада», которые запомнились

Собрали 11 цитат из книги «Мэрилин Мэнсон. Долгий, трудный путь из ада» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Апокалипсис не приходит с огнём и разрушениями, он происходит на персональнальном уровне. Если ты веришь, что ты центр собственной вселенной, и ты хочешь увидеть эту вселенную разрушенной, достаточно одной пули.

   Апокалипсис не приходит с огнём и разрушениями, он происходит на персональнальном уровне. Если ты веришь, что ты центр собственной вселенной, и ты хочешь увидеть эту вселенную разрушенной, достаточно одной пули.
2. «

   Я всегда верил в то, что отдельно взятый человек умён изначально. В отличие от толпы, которая глупа.

   Я всегда верил в то, что отдельно взятый человек умён изначально. В отличие от толпы, которая глупа.
3. «

   Меж всех вещей, что могут быть созерцаемы под сводом небес, ничто не выглядит столь возбуждающим чем человеческий дух, насилующим человеческие чувства, вызывающим ужас или восхищение, как чудеса, монстры и мерзости, сквозь которые мы видим труды природы вывернутыми, изуродованными и обезглавленными.

   Меж всех вещей, что могут быть созерцаемы под сводом небес, ничто не выглядит столь возбуждающим чем человеческий дух, насилующим человеческие чувства, вызывающим ужас или восхищение, как чудеса, монстры и мерзости, сквозь которые мы видим труды природы вывернутыми, изуродованными и обезглавленными.
4. «

   Единственное, чего я не мог понять — испортила ли меня средняя школа или, наоборот, возвысила. Может быть, произошло и то, и другое, ведь развращение и просвещение часто оказываются неразделимыми.

   Единственное, чего я не мог понять — испортила ли меня средняя школа или, наоборот, возвысила. Может быть, произошло и то, и другое, ведь развращение и просвещение часто оказываются неразделимыми.
5. «

   Моя слабость превращалась в силу, уродство — в красоту, Апатия к миру — в желание спасти его. Я стал парадоксом. Сейчас, как никогда прежде, я стал верить в себя

   Моя слабость превращалась в силу, уродство — в красоту, Апатия к миру — в желание спасти его. Я стал парадоксом. Сейчас, как никогда прежде, я стал верить в себя

   — Мэрилин Мэнсон · книга
6. «

   Вообще-то я рос маменькиным сынком, испорченным мамой и неблагодарным ей за это... Она хотела, чтобы я был похож на неё, зависел от неё и никогда не покидал её.

   Вообще-то я рос маменькиным сынком, испорченным мамой и неблагодарным ей за это... Она хотела, чтобы я был похож на неё, зависел от неё и никогда не покидал её.
7. «

   В детстве мы все считаем, что наши семьи абсолютно нормальны, но с годами многие иллюзии разрушаются.

   В детстве мы все считаем, что наши семьи абсолютно нормальны, но с годами многие иллюзии разрушаются.
8. «

   Я научился ценить музыку, я увидел в ней некую панацею, универсального целителя. Я понял, что музыка — это возможность проникнуть туда, где меня примут и полюбят; туда, где нет ни правил, ни догм.

   Я научился ценить музыку, я увидел в ней некую панацею, универсального целителя. Я понял, что музыка — это возможность проникнуть туда, где меня примут и полюбят; туда, где нет ни правил, ни догм.
9. «

   ... Я испытывал к Нэнси целый букет чувств: отвращение, раздражение, страх, а так же знание того, что любая женщина, которой я нравлюсь, должна быть сумасшедшей.

   ... Я испытывал к Нэнси целый букет чувств: отвращение, раздражение, страх, а так же знание того, что любая женщина, которой я нравлюсь, должна быть сумасшедшей.
10. «

    Несмотря на то, что у меня с отцом было так много общего, я не хотел признаться себе в том, что похож на него.

    Несмотря на то, что у меня с отцом было так много общего, я не хотел признаться себе в том, что похож на него.
11. «

    Я понял, насколько тупыми бывают люди и что не может быть вещей страшнее, чем война, организованная религия, бюрократия и высшая школа.

    Я понял, насколько тупыми бывают люди и что не может быть вещей страшнее, чем война, организованная религия, бюрократия и высшая школа.