53 цитаты из книги «Н. А. Арзуманова. И дум высокое стремленье...» — читать онлайн

Собрали 53 цитаты из книги «Н. А. Арзуманова. И дум высокое стремленье...» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Взирая на помещика русского, я всегда воображаю, что он вспоен слезами и кровавым потом своих подданных, что атмосфера, которой он дышит, составлена из вздохов сих несчастных, что элемент его есть корысть и бесчувствие. Какое позорище для каждого патриота видеть вериги, наложенные на народ правом смутных обстоятельств и своекорыстия.

   Взирая на помещика русского, я всегда воображаю, что он вспоен слезами и кровавым потом своих подданных, что атмосфера, которой он дышит, составлена из вздохов сих несчастных, что элемент его есть корысть и бесчувствие. Какое позорище для каждого патриота видеть вериги, наложенные на народ правом смутных обстоятельств и своекорыстия.

   — В. Ф. Раевский · книга
2. «

   Мужики, которые привыкли в нужде видеть всегдашнюю помощь, привыкают скоро к лени и вам придется им помогать и в самые благоприятные годы.

   Мужики, которые привыкли в нужде видеть всегдашнюю помощь, привыкают скоро к лени и вам придется им помогать и в самые благоприятные годы.

   — Н. А. и М. А. Бестужевы · книга
3. «

   Еще в 1827 году прибыла к одному из наших товарищей, Анненкову, невеста его из России. Она была француженка и лично просила государя позволить ехать в Сибирь и соединить с ним свою судьбу, заранее соглашаясь на все условия. Она приехала в Читу летом и дня через три была обвенчана в Читинской церкви. Это была любопытная и, может быть, единственная свадьба в мире. На время венчания с Анненкова сняли железа и сейчас по окончании обряда опять надели и увели обратно в тюрьму и потом поступали с ними, как с другими женатыми, то есть: давали им два раза в неделю свидание на квартире госпожи Анненковой.

   Еще в 1827 году прибыла к одному из наших товарищей, Анненкову, невеста его из России. Она была француженка и лично просила государя позволить ехать в Сибирь и соединить с ним свою судьбу, заранее соглашаясь на все условия. Она приехала в Читу летом и дня через три была обвенчана в Читинской церкви. Это была любопытная и, может быть, единственная свадьба в мире. На время венчания с Анненкова сняли железа и сейчас по окончании обряда опять надели и увели обратно в тюрьму и потом поступали с ними, как с другими женатыми, то есть: давали им два раза в неделю свидание на квартире госпожи Анненковой.
4. «

   Пребывание наше в Чите оказалось в некоторой степени благодетельно для жителей, принадлежавших к горному ведомству и управляемых горными чиновниками. Большая часть из них были очень бедны, но при нас имели все средства поправить свое состояние. Расходы наших дам и издержки на каземат ежегодно простирались тысяч до ста на ассигнации, значительная часть которых истрачивалась в самой Чите.

   Пребывание наше в Чите оказалось в некоторой степени благодетельно для жителей, принадлежавших к горному ведомству и управляемых горными чиновниками. Большая часть из них были очень бедны, но при нас имели все средства поправить свое состояние. Расходы наших дам и издержки на каземат ежегодно простирались тысяч до ста на ассигнации, значительная часть которых истрачивалась в самой Чите.

   — И. Д. Якушкин · книга
5. «

   Все эти царедворцы, не имея другой цели для своего существования, кроме снискания благоволения своего господина, не допускали возможности политических убеждений, чем у них — и это были наши судьи!

   Все эти царедворцы, не имея другой цели для своего существования, кроме снискания благоволения своего господина, не допускали возможности политических убеждений, чем у них — и это были наши судьи!

   — А. М. Муравьев · книга
6. «

   Трудно выразить то, чем были для нас дамы, спутницы своих мужей; по справедливости их можно назвать сестрами милосердия, которые имели о нас попечение, как близкие родные, коих присутствие везде и всегда вливало в нас бодрость, душевную силу.

   Трудно выразить то, чем были для нас дамы, спутницы своих мужей; по справедливости их можно назвать сестрами милосердия, которые имели о нас попечение, как близкие родные, коих присутствие везде и всегда вливало в нас бодрость, душевную силу.

   — Е. П. Оболенский · книга
7. «

   Мы не можем жить подобно предкам нашим, ни варварами ни рабами.

   Мы не можем жить подобно предкам нашим, ни варварами ни рабами.

   — Каховский · книга
8. «

   Я уверен, что погибнем, но пример останется.

   Я уверен, что погибнем, но пример останется.

   — Кондратий Рылеев · книга
9. «

   Скольким обманам подвергаемся мы от людей, кому вздумаем довериться и которые пользуются нашим положением!

   Скольким обманам подвергаемся мы от людей, кому вздумаем довериться и которые пользуются нашим положением!

   — Н. А. и М. А. Бестужевы · книга
10. «

    Опыт всех народов и всех времен доказал, что власть самодержавная равно гибельна и для правителей и для общества. Нельзя допустить основанием правительства — произвол одного человека — невозможно согласиться, чтобы все права находились на одной стороне — а все обязанности на другой. Ставя себя выше законов, государи забыли, что они в таком случае вне закона, — вне человечества! — Что невозможно им ссылаться на законы, когда дело идет о других, и не признавать их бытие, когда дело идет о них самих.

    Опыт всех народов и всех времен доказал, что власть самодержавная равно гибельна и для правителей и для общества. Нельзя допустить основанием правительства — произвол одного человека — невозможно согласиться, чтобы все права находились на одной стороне — а все обязанности на другой. Ставя себя выше законов, государи забыли, что они в таком случае вне закона, — вне человечества! — Что невозможно им ссылаться на законы, когда дело идет о других, и не признавать их бытие, когда дело идет о них самих.

    — Н. М. Муравьев · книга
11. «

    Некоторые жены моих товарищей стали также прибывать в добровольную ссылку. С благоговением и глубоким уважением вспоминаю я имена их. Достойные женщины исполнили долг супружеской верности с героическим самоотвержением.

    Некоторые жены моих товарищей стали также прибывать в добровольную ссылку. С благоговением и глубоким уважением вспоминаю я имена их. Достойные женщины исполнили долг супружеской верности с героическим самоотвержением.

    — Н. И. Лорер · книга
12. «

    С.-Петербургская крепость, напротив дворца царя, есть отвратительный памятник самодержавия, как фатальный знак, что они не могут существовать один без другого. Привычка видеть перед глазами казематы, где стонут жертвы самовластия, должна в конце концов притупить сочувствие к страданию ближнего.

    С.-Петербургская крепость, напротив дворца царя, есть отвратительный памятник самодержавия, как фатальный знак, что они не могут существовать один без другого. Привычка видеть перед глазами казематы, где стонут жертвы самовластия, должна в конце концов притупить сочувствие к страданию ближнего.

    — А. М. Муравьев · книга
13. «

    Сибирь страшна только тем, кто в ней не бывал.

    Сибирь страшна только тем, кто в ней не бывал.

    — Н. А. и М. А. Бестужевы · книга
14. «

    Люди долго искали цели бытия своего и долго еще искать будут. Но придет наконец то время — если, впрочем можно надеяться на усовершенствование человека, — придет то время, когда люди познают истинное свое назначение.

    Люди долго искали цели бытия своего и долго еще искать будут. Но придет наконец то время — если, впрочем можно надеяться на усовершенствование человека, — придет то время, когда люди познают истинное свое назначение.

    — Николай Тургенев · книга
15. «

    Мы признаем только два разряда людей: хороших и худых, с первыми мы очень рады сближаться, а от вторых стараемся удаляться, несмотря на внешность их, на мундир, кресты, звезды, или армяки и халаты.

    Мы признаем только два разряда людей: хороших и худых, с первыми мы очень рады сближаться, а от вторых стараемся удаляться, несмотря на внешность их, на мундир, кресты, звезды, или армяки и халаты.

    — Басаргин · книга
16. «

    Здешний край богат средствами, чтобы с благодарностью ответить вашим трудам и положенным капиталам.

    Здешний край богат средствами, чтобы с благодарностью ответить вашим трудам и положенным капиталам.

    — Н. А. и М. А. Бестужевы · книга
17. «

    В Манифесте сената объявляется: Уничтожение бывшего правления; Свободное тиснение, и потому уничтожение цензуры; Свободное отправление богослужения всем верам; Уничтожение права собственности, распространяющейся на людей; Равенство всех сословий пред законом; Гласность судов.

    В Манифесте сената объявляется: Уничтожение бывшего правления; Свободное тиснение, и потому уничтожение цензуры; Свободное отправление богослужения всем верам; Уничтожение права собственности, распространяющейся на людей; Равенство всех сословий пред законом; Гласность судов.

    — Н. М. Муравьев · книга
18. «

    Граф Захар Чернышев был осужден единственно потому, что его судья носил ту же фамилию, что и он. Дед графа Захара учредил огромный майорат, на который генерал Чернышев, член Комитета, без малейшего намека на родство с фельдмаршалом, основателем майората, имел наглость пртендовать — на владение имуществом семьи, которая была ему во всех отношениях чужой.

    Граф Захар Чернышев был осужден единственно потому, что его судья носил ту же фамилию, что и он. Дед графа Захара учредил огромный майорат, на который генерал Чернышев, член Комитета, без малейшего намека на родство с фельдмаршалом, основателем майората, имел наглость пртендовать — на владение имуществом семьи, которая была ему во всех отношениях чужой.

    — А. М. Муравьев · книга
19. «

    Все действия жизни Рылеева ознаменованы были печатью любви к отечеству; она появлялась в разных видах: сперва сыновнею привязанностью к родине, потом негодованием к злоупотреблениям и, наконец, желанием ему свободы.

    Все действия жизни Рылеева ознаменованы были печатью любви к отечеству; она появлялась в разных видах: сперва сыновнею привязанностью к родине, потом негодованием к злоупотреблениям и, наконец, желанием ему свободы.

    — Бестужев · книга
20. «

    Между тем, время шло обычным путем своим и для нас шло так скоро, что из молодых людей мы сделались стариками.

    Между тем, время шло обычным путем своим и для нас шло так скоро, что из молодых людей мы сделались стариками.

    — Басаргин · книга