35 цитат из книги «Нацумэ Сосэки. Ваш покорный слуга кот» — большая подборка

Собрали 35 цитат из книги «Нацумэ Сосэки. Ваш покорный слуга кот» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Постоянство мнений свидетельствует об отсутствии умственного прогресса.

   Постоянство мнений свидетельствует об отсутствии умственного прогресса.
2. «

   Я ещё ни разу не испытывал, что это за штука — смерть, поэтому не могу сказать, понравится она мне или нет.

   Я ещё ни разу не испытывал, что это за штука — смерть, поэтому не могу сказать, понравится она мне или нет.
3. «

   До чего бывает комично, когда человек всерьез принимает шутку.

   До чего бывает комично, когда человек всерьез принимает шутку.
4. «

   Очень возможно, что общество — это сборище сумасшедших. Сумасшедшие, собравшись вместе, цепляются один за другого, схватываются между собой, ругаются и грабят друг друга, объединяются и разъединяются, а в целом это и есть общество! Если среди них появляются более или менее разумные люди и начинают им мешать, они строят сумасшедший дом и упрятывают этих бедняг так, что те уже не могут оттуда выбраться.

   Очень возможно, что общество — это сборище сумасшедших. Сумасшедшие, собравшись вместе, цепляются один за другого, схватываются между собой, ругаются и грабят друг друга, объединяются и разъединяются, а в целом это и есть общество! Если среди них появляются более или менее разумные люди и начинают им мешать, они строят сумасшедший дом и упрятывают этих бедняг так, что те уже не могут оттуда выбраться.

   — Кусями-кун · книга
5. «

   Все животные интуитивно чувствуют, что им враждебно, а что нет.

   Все животные интуитивно чувствуют, что им враждебно, а что нет.
6. «

   Когда грозит опасность, ты способен сделать то, чего ни за что не сделаешь в обычных условиях. Это называют божьей помощью.

   Когда грозит опасность, ты способен сделать то, чего ни за что не сделаешь в обычных условиях. Это называют божьей помощью.
7. «

   В чувстве равенства, которое основано на эмоциях, люди, может быть, превосходят кошек, а вот что касается ума, то тут они, наоборот, уступают кошкам.

   В чувстве равенства, которое основано на эмоциях, люди, может быть, превосходят кошек, а вот что касается ума, то тут они, наоборот, уступают кошкам.
8. «

   В мире существует много непонятных вещей, но нет ничего, в чем нельзя было бы найти какой-то смысл. Пусть фраза будет необычайно трудна — сделайте вид, что вы ее поняли, и она легко поддастся толкованию.

   В мире существует много непонятных вещей, но нет ничего, в чем нельзя было бы найти какой-то смысл. Пусть фраза будет необычайно трудна — сделайте вид, что вы ее поняли, и она легко поддастся толкованию.
9. «

   Пословица гласит: «Живя учись, а научившись – радуйся», – однако каждый день приносит новые опасности и с каждым днем нужно быть все осторожнее. И то, что приходится защищать себя двойным панцирем из коварства и подлости, тоже результат глубокого знакомства с жизнью, а с годами узнаешь жизнь все лучше. «Потому-то так трудно встретить среди стариков хоть одного порядочного человека».

   Пословица гласит: «Живя учись, а научившись – радуйся», – однако каждый день приносит новые опасности и с каждым днем нужно быть все осторожнее. И то, что приходится защищать себя двойным панцирем из коварства и подлости, тоже результат глубокого знакомства с жизнью, а с годами узнаешь жизнь все лучше. «Потому-то так трудно встретить среди стариков хоть одного порядочного человека».

   — Кот · книга
10. «

    Полное взаимопонимание — непременное условие любви.

    Полное взаимопонимание — непременное условие любви.
11. «

    Неприятности — это тоже хорошо. Всякой неприятности приходит конец, и тогда наступает хорошее настроение.

    Неприятности — это тоже хорошо. Всякой неприятности приходит конец, и тогда наступает хорошее настроение.
12. «

    Я терпеливо выслушал по порядку все три рассказа, но, не найдя в них ничего забавного или поучительного, решил, что люди только и умеют что разговаривать друг с другом, когда им вовсе не хочется этого, да смеяться над тем, что совершенно не смешно, или радоваться тому, что печально. И все это только для того, чтобы хоть как-то убить время.

    Я терпеливо выслушал по порядку все три рассказа, но, не найдя в них ничего забавного или поучительного, решил, что люди только и умеют что разговаривать друг с другом, когда им вовсе не хочется этого, да смеяться над тем, что совершенно не смешно, или радоваться тому, что печально. И все это только для того, чтобы хоть как-то убить время.

    — Кот · книга
13. «

    Ведь что бы человек ни изучал, изучает он в конечном итоге самого себя. Слова «небо и земля», «горы и реки», «дни и месяцы», «звезды и планеты» — все это лишь иные названия человека, его «я». Только собственное «я» является достойным объектом изучения. Если бы человек смог вырваться из собственного «я», оно бы в тот же момент исчезло. А кроме «я», никто изучать это «я» не станет. Да это и невозможно, даже если бы нашелся охотник изучать чужие «я» или предоставить свое «я» для изучения другим. Потому-то герои древности все становились героями только благодаря собственным стараниям. И если бы можно было познавать свое «я» при помощи других людей, то можно было бы насыщаться говядиной, которую ест другой человек. Корпеть над законами, изучать пути справедливости, не выпускать из рук книги — все это не больше чем средства утверждения, а вовсе не познания своего «я». Моего «я» не может быть в законах, изданных другими, в путях справедливости, открытых другими, в целых кипах первосортной исписанной бумаги. А если и может, то это будет всего лишь призрак моего «я». Впрочем, в некоторых случаях призрак, вероятно, лучше, чем ничего. Нельзя отрицать, что иногда можно за тенью прийти к сущности. Чаще всего тень неотделима от сущности. И если хозяин возится с зеркалом из этих соображений, — значит, он человек понимающий. Так-то лучше, нежели корчить из себя ученого, зазубрив изречения античных философов.

    Ведь что бы человек ни изучал, изучает он в конечном итоге самого себя. Слова «небо и земля», «горы и реки», «дни и месяцы», «звезды и планеты» — все это лишь иные названия человека, его «я». Только собственное «я» является достойным объектом изучения. Если бы человек смог вырваться из собственного «я», оно бы в тот же момент исчезло. А кроме «я», никто изучать это «я» не станет. Да это и невозможно, даже если бы нашелся охотник изучать чужие «я» или предоставить свое «я» для изучения другим. Потому-то герои древности все становились героями только благодаря собственным стараниям. И если бы можно было познавать свое «я» при помощи других людей, то можно было бы насыщаться говядиной, которую ест другой человек. Корпеть над законами, изучать пути справедливости, не выпускать из рук книги — все это не больше чем средства утверждения, а вовсе не познания своего «я». Моего «я» не может быть в законах, изданных другими, в путях справедливости, открытых другими, в целых кипах первосортной исписанной бумаги. А если и может, то это будет всего лишь призрак моего «я». Впрочем, в некоторых случаях призрак, вероятно, лучше, чем ничего. Нельзя отрицать, что иногда можно за тенью прийти к сущности. Чаще всего тень неотделима от сущности. И если хозяин возится с зеркалом из этих соображений, — значит, он человек понимающий. Так-то лучше, нежели корчить из себя ученого, зазубрив изречения античных философов.
14. «

    Никто не заслуживает большего уважения, чем дурак, осознавший, что он глуп.

    Никто не заслуживает большего уважения, чем дурак, осознавший, что он глуп.

    — Кот · книга
15. «

    ... История знает немало примеров того, как один сумасшедший творит с помощью силы, денег и власти страшные безобразия, и все считают его великим человеком. Странно все это и как-то непонятно.

    ... История знает немало примеров того, как один сумасшедший творит с помощью силы, денег и власти страшные безобразия, и все считают его великим человеком. Странно все это и как-то непонятно.

    — Кусями-кун · книга
16. «

    Прошлой ночью мне приснилось, будто бы я решил, что из моей картины все-таки ничего не выйдет, и выбросил ее. Но кто-то подобрал картину, вставил в прекрасную рамку и повесил на стену. Потом вижу, будто я стою перед своей картиной в полном одиночестве и думаю: «Вот я и стал признанным художником! До чего же это приятно! Уж если мою картину повесили на стену, то она и вправду, наверное, хороша». Но ночь прошла, рассвело, и с первыми лучами солнца я понял, что по-прежнему бездарен.

    Прошлой ночью мне приснилось, будто бы я решил, что из моей картины все-таки ничего не выйдет, и выбросил ее. Но кто-то подобрал картину, вставил в прекрасную рамку и повесил на стену. Потом вижу, будто я стою перед своей картиной в полном одиночестве и думаю: «Вот я и стал признанным художником! До чего же это приятно! Уж если мою картину повесили на стену, то она и вправду, наверное, хороша». Но ночь прошла, рассвело, и с первыми лучами солнца я понял, что по-прежнему бездарен.
17. «

    Древних богов почитают всезнающими и всемогущими. Особенно бога христианского, который даже в двадцатом веке продолжают оставаться всезнающими и всемогущими. Однако то, что в представлении посредственных людей является знанием и могуществом, зачастую есть не что иное, как невежество и бессилие.

    Древних богов почитают всезнающими и всемогущими. Особенно бога христианского, который даже в двадцатом веке продолжают оставаться всезнающими и всемогущими. Однако то, что в представлении посредственных людей является знанием и могуществом, зачастую есть не что иное, как невежество и бессилие.

    — Кот · книга
18. «

    У кошек как будто нет ног: еще ни разу не случалось, чтобы кто-нибудь из них неловко ступил и наделал шуму. Они ступают совершенно бесшумно, как будто идут по облакам. Их поступь подобна удару гонга в воде, звону гуслей в глубокой пещере.

    У кошек как будто нет ног: еще ни разу не случалось, чтобы кто-нибудь из них неловко ступил и наделал шуму. Они ступают совершенно бесшумно, как будто идут по облакам. Их поступь подобна удару гонга в воде, звону гуслей в глубокой пещере.

    — Кот · книга
19. «

    Тем не менее хозяина надлежит рассматривать как особь, родственную учёным и писателям, ибо у него есть кабинет, хотя и тесный, где он хотя и дремлет, но над трудными книгами.

    Тем не менее хозяина надлежит рассматривать как особь, родственную учёным и писателям, ибо у него есть кабинет, хотя и тесный, где он хотя и дремлет, но над трудными книгами.
20. «

    Поведение и слова людей становятся искусственными, жизнь превращается в муку, они с утра до вечера живут с таким ощущением, словно на смотринах. Слова «спокойствие» и «умиротворенность» стали пустыми звуками, лишенными всякого смысла. Вот почему я говорю, что современный человек детективен. Он все время высматривает и вынюхивает. Он вороват. Он скрывается от других и во всем ищет выгоду. Самосознание его обостряется. Он все время беспокоится, удастся ли ему поймать вора. Он думает о выгоде во сне и наяву и становится похож на вора и на сыщика. Все время оглядываться и копошиться, не иметь до самой могилы ни минуты покоя — вот удел современного человека. Это и есть проклятие цивилизации. Ужасно глупо.

    Поведение и слова людей становятся искусственными, жизнь превращается в муку, они с утра до вечера живут с таким ощущением, словно на смотринах. Слова «спокойствие» и «умиротворенность» стали пустыми звуками, лишенными всякого смысла. Вот почему я говорю, что современный человек детективен. Он все время высматривает и вынюхивает. Он вороват. Он скрывается от других и во всем ищет выгоду. Самосознание его обостряется. Он все время беспокоится, удастся ли ему поймать вора. Он думает о выгоде во сне и наяву и становится похож на вора и на сыщика. Все время оглядываться и копошиться, не иметь до самой могилы ни минуты покоя — вот удел современного человека. Это и есть проклятие цивилизации. Ужасно глупо.

    — Кусями-кун · книга